По следу добычи (СИ)

Я же пока суть да дело сократил дистанцию между нами с двадцати до восьми метров, но ближе не пошёл. Бейлион привык, что я рвусь в ближний бой, чтоб настучать ему палкой по голове, а следовательно готовился к противодействию подобной тактики. Но вынужден был принять на щит огненный шар, от чего полупрозрачная преграда слегка прогнулась. Его же ответная молния прорезала лишь пустоту рядом с моим плечом. Это была игра на гране фола, но в ней и заключался мой план. Северянин был объективно лучше меня в дальнобойных атаках и щитах, но он всё же не был ни Корнегуром, ни своим учителем. Ученик ведь априори слабее. А ещё проигрывает мне в скорости реакции и подвижности. А значит нужен бой на коротке, где он не будет успевать сплетать что-то сложное, вроде той версии силков из корней, которая сработает на местных скалах. Мне правда придётся уворачиваться от более простых подарочков на смешной дистанции, но к этому я был готов, всё таки заклятия моего наставника летят заметно быстрее, чем пусть почти доучившегося, но всё же ещё не полноценного друида. Вторым компонентом победы был постоянный прессинг, Байлион должен всё время держать щит, вливая в него энергию и не ослабляя концентрации. А дальше всё будет зависеть от того, кто первый допустит ошибку. Но тут я всё таки надеялся на свою викторию, как-никак завладев инициативой мне кажется удалось выстроить ситуацию так, что она оказалась максимально неудобна для моего оппонента. К тому же я хотя бы буду тратить и физические и магические силы, он же вынужден надеяться только на волшебу, а значит должен устать раньше.
  
Правда пока эта зараза находилась на пике формы, ситуация была откровенно на гране моего поражения. Новая молния заставила меня припасть к земле, кидая с посоха лезвие ветра. Затем пришлось отпрыгивать в сторону, изгибаясь как гимнасту, чтобы разминуться с ледяными шипами и по приземлению отправить в оппонента новый огненный шар. Ещё два шага влево, воздушный кулак, а затем прыжок вправо, чтобы сбить Соколиному Глазу прицел. Зуб даю, он уже готовился жахнуть чем-нибудь неприятным на упреждение, но вынужден был повернуться вслед за мной и укрепить щит против новой груды камней. А потом уже мне пришлось рвануть вбок, едва не разрывая свои мышцы в прыжке, чтобы не получить отправленными обратно булыжниками по нежной тушке. Как там один подвальный алхимик говорил, вы используете мои заклинания против меня, Поттер? Не знаю как там мальчик, которого хрен убьёшь, но этот парень точно ничем не брезговал.
Однако выносливостью и выдержкой взрослых друидов похвастаться не мог. Сначала он строчил заклятиями как с пулемёта, явно разозлённый тем, что всё никак не может меня подловить, а когда всё же получается меня задеть хотя бы краем, мой собственный, жиденький, щит более-менее надёжно спасает от этих попаданий по касательной. Я же давил его планомерно и неустанно, пусть почти все мои заклинания были не так чтобы сильными, но тактика тысячи порезов с иногда проскакивающими пушечными ударами заставляла держать щит на максимуме, слишком щедро вливая в него энергию. И это сработало!
В какой-то момент концентрации Байлиона не хватило и очередное лезвие ветра с моего посоха не полностью разбилось о магическую преграду, а порезало руку помора. Не глубоко, вышла не рана, а скорее царапина, но и она была неприятной. Первая кровь капнула на скалы Рифейских отрогов. Байлиор сцепил зубы, но от летящего следом огненного шара попытался инстинктивно уклониться. Зря.
Нет, по уму-то идея хорошая, чего ж не начать тоже принимать мои заклятия не в лоб, а по касательной или и вовсе не давать себя задеть. Только вот я в таком стиле учился драться три года, пытаться в нём со мной соревноваться не самая хорошая идея. Играть лучше на своём поле, а не на чужом. Но кто я такой, чтобы отказываться от удачных возможностей? Моей прессинг тут же усилился, а концентрация противника начала снижаться. До этого мы обменивались заклятиями почти на равных, теперь я атаковал, северянин же защищался. Да, умело. Да, сохраняя хладнокровье. Однако не к этому он готовился. А я вцепился в инициативу, как Тузик в тряпку и меньше чем через минуту очередной мой огненный шар проник за чужой полупрозрачный барьер на уровне лица. Пусть одними только искрами, но они заставили Байлиона зажмурится, заслоняя лицо рукой. Мгновение потери концентрации на щите стоило ему кулака ветра, врезавшегося в плечо и развернувшего парня вокруг своей оси. А потом булыжник, попавший в голову, завершил разгром.
Я же наконец остановился и опираясь на посох начал пытаться отдышаться. Зараза, спортсмен фигов, дожать-то дожал, но ещё минут пять и сам бы прилёг отдыхать просто потому что сил не осталось совсем. Уворачиваться от заклятий на пистолетной дистанции — это всё таки развлечение на любителя.
Пока я сдабривал матом свои ошибки и боролся с лыбой, наползающей на морду, потому что всё таки удалось вырвать победу из пасти поражения, Токмар подошёл к ученику, положив ему руку на лоб. Целительная магия быстро привела парня в чувства, Байлион открыл глаза и тут же услышал:
— Ну как ощущения?
— Дрянь — лаконично ответил он, щурясь от закатного солнца. Сдаётся мне у кого-то тут сотрясение мозга и это для разнообразие не я. Однако парень всё таки приходил в себя и спустя секунду выдавил — Но жить точно буду.
— Ну раз так, то доставай мешок и собирай руду — проворчал побратим филина.
— Мог бы и помягче — рассмеялся на это Корнегур.
— Не лезь, тут и без сопливых скользко — фыркнул Токмар, запуская руку в свою кладовку на Зелёном Пути и доставая небольшой деревянный ларец — Держи свои Лунные лилии.
— Приятно иметь с тобой дело — расплылся в улыбке зелёнобородый друид, открыв крышку и осмотрев луковицы.
— Что на следующий год ставим? — поинтересовался северянин.
— Ничего не ставим, готов мой ученик. И так больше трёх лет прошло — развёл руками мой наставник, припрятав выигрыш — Да и твоего пора на свою дорогу отправлять, парень застоялся.
— Ничего, ещё годин ему на пользу пойдёт — не согласился Токмар.
— Дело твоё — равнодушно пожал плечами Корнегур, а потом повернулся ко мне, проговорив — Подойди.
— Похоже всё заканчивается? — улыбнулся я.
— Так и есть — кивнул он — Впрочем если притащишь что-то интересное в подарок старому учителю, гнать в шею не буду.
— Кто бы сомневался — хохотнул я на это.
— Ладно, хватит болтать — махнул друид рукой — Этим днём я призываю в Круг Матери-Природы новую душу и ручаюсь за неё своим словом. Клянёшься ли ты идти Зелёным Путём, не сворачивая?
— Клянусь — коротко отозвался я.
— Клянёшься ли ты наставлять на нём других честно и без лжи?
— Клянусь.
— Клянёшься ли ты беречь наш мир ото всякого зла из-за кромки?
— Клянусь.
— Три клятвы произнесены, три слова сказано — ударил посохом о скалы Корнегур.
— Свидетельствую в том — повторил его жест Токмар.
На несколько секунд повисло молчание, после чего я поинтересовался:
— Это всё?
— А ты хотел длинную вычурную церемонию со всенощным бдением? — рассмеялся мой уже бывший наставник — Оставь это всяким идиотам, что любят прятать за мишурой суть. Наш древний ритуал прост. Я, как учитель, считаю, что ты готов. Токмар засвидетельствовал, что ты поклялся идти Зелёным Путём. А больше ничего и не требуется.
  
Глава 4
 
Я шёл спокойным шагом по припорошенной снегом дороге, к которой меня на последок «подбросил» Корнегур, смотря как белые хлопья опускаются с неба на землю. Как-то обыденно закончилось моё ученичество, действительно ожидал чего-то большего, какого-то напутствия что ли или ещё чего. Но Зелёный Путь подразумевает внутреннюю свободу, так что никаких последних приказов, запретов и тому подобной дребедени не было. Может оно и правильно, а трёх коротких древних клятв действительно более чем достаточно. Тем более что в Моравии друиды так живут не первое столетие и в ус не дуют. Будь тем, кто ты есть, учи других, оберегай мир от внешнего зла и сего довольно. А всякие заповеди из серии возлюби бога превыше себя самого, жены своей, родителей своих и детей своих — уже перебор. Впрочем пусть об этом у жрецов головы болят, мне как-то ближе вещи поприземлённее.