По следу добычи (СИ)

— Главное чтоб их была не целая армия — хмыкнул рыцарь.
— Ну на армию не хватает, но на самом деле немало. Мы с Ахиллом чувствуем — кивнул я на барса — Драка будет знатной.
— Э, вообще тут я должен предвкушать подвиг — слегка толкнул меня плечом двадцатилетний парень — Где мудрость и степенность, положенная магам?
— Ждёт меня лет через пятьдесят в компании седой бороды, если раньше не сдохну — улыбнулся я, создав ещё одну ловушку — А теперь хорош меня отвлекать, мы не в балладе и враги настоящие.
  
— Как скажешь — кивнул рыцарь, замолчав.
«Мины» удалось расставить быстро, как и разобраться с воротами конюшни, одна створка теперь вросла намертво, вторая лишь чуть-чуть открывалась, позволяя пролезть лишь одному человеку. Потом закроем и дальше их только тараном выбивать. Хотелось бы конечно сделать больше и лучше, но уж как есть, месяц на подготовку оборонительных рубежей и инженерных заграждений нам никто давать не собирался. У ворот встал Винсент с обнажённым мечом и Ахилл, которые в случае чего должны прикрыть моё отступление. Я же залез на конёк дома старосты для лучшего обзора и уселся на крышу, посматривая на тусклые огоньки глаз на границе леса и поля. Солнце зашло, на небо выползала почти полная луна, а слуги некроманта медлили. Из конюшни выглянул Румин, спросив:
— Может они не придут?
— Они уже здесь — хмыкнул рыцарь — Ты со стропил под крышей чего слез? Сказали ж сидеть там с сестрой и не мешаться.
— Так может помощь какая нужна — проговорил парень.
— Была б у тебя лютня, мог бы песню спеть, помощник — усмехнулся Винсент.
— Ага, про некроманта — сказал я, видя, что некрохимеры наконец медленно двинулись вперёд на четырёх лапах, пригибаясь к земле.
— А такие есть? — полюбопытствовал графёныш.
— Ага, счас даже припомню — ответил я ему, следя за врагом и считая его по головам, пока на мою морду наползал оскал — Чем я заслужил судьбу несчастного изгоя?
Постоянно доставать себя вопросом: кто я?
Мысли, что я демон, часто выжить помогали
Люди же повсюду так меня и называли
Ты зловещая луна
В мои муки влюблена
Отобрав души покой
Что ты делаешь со мной?
Может ты мне дашь ответ
Почему весь белый свет
Обозлился на меня?
Для чего родился я?
Помню как толпа крестьян убить меня хотела
После паладины калечили мне тело!
Всё восстало против молодого некроманта,
Сделав меня мучеником моего таланта!
Ты зловещая луна
В мои муки влюблена
Отобрав души покой
Что ты делаешь со мной?
Может ты мне дашь ответ
Почему весь белый свет
Обозлился на меня?
Для чего родился я?
Наполовину человек
Наполовину я мертвец
Таким останусь я вовек
Я будто волк среди овец
Полна страданий жизнь моя
Но выбор сделанный судьбой
Нет, изменить не в силах я!
Война с самим собой!
Люди мне враги, а ведь когда-то были братья
Я на всю округу наложил своё проклятье
Гибнут урожаи, а вокруг чума и голод
И ветра залётные приносят жуткий холод
Ты зловещая луна
В мои муки влюблена
Отобрав души покой
Что ты делаешь со мной?
Может ты мне дашь ответ
Почему весь белый свет
Обозлился на меня?
Для чего родился я?
Для чего родился ты, мудло⁈ — прокричал я последнюю фразу после бессмертной классики Короля и Шута, когда изуродованные волки вступили в деревню и резко побежали вперёд.
Центральная, самая широкая улица села была гуще всего затыкана мной силками и когда волна некрохимер понеслась по ней, ловушка захлопнулась, обездвиживая сразу два десятка тварей. Те визгливо взревели неестественными голосами, а через секунду с камня на вершине моего посоха вниз упала огненная капля, на лету превратившись в шар двух метров в диаметре, который с гулким ударом встретился с землёй и покатился вперёд. К сожалению нежить не может орать от боли, но когда сфера магмы проехала по телам марионеток некроманта, они явно не были этому рады, сгорая дотла. А потом шар взорвался, расплескав вокруг себя пламя и временно сделав наступление с одной из сторон невозможным. Уж больно нежить не любит огонь.
Я же развернулся и пробежал по коньку в обратную сторону, повторив процедуру с обездвиженными на «минном поле» некрохимерами, после чего заорал:
— И это всё, что ты можешь? Иди сюда и окончательно сдохни во славу Света, трус!
Некроманты вообще славятся своим хладнокровием, но однако было глупо было даже не попытаться вывести умельца делать нежить из животных на эмоции. Однако показываться он не спешил, а мне пришлось начать кидать огненные шары в тварей, пробежавших дворами и пытающимися залезть ко мне на крышу. Я опасался, что придётся сворачиваться раньше, сваливая в конюшню и держать оборону там, но некрохимеры пёрли именно ко мне. Рядом с Винсентом только парочка запуталась в корнях и рыцарь их быстро обезглавил, после чего те перестали шевелиться. Когти у бывших волков конечно были остры и внушительны, но лазать по крутым поверхностям те умели откровенно паршиво. Я же стоял, балансируя в центре конька, мысленно благодаря Корнегура за науку и посылал огненный шар то в одну, то в другую сторону, в то время как деревня горела вокруг, освещая всё ярким пламенем. Лавовые шары штуки медлительные, применять их по подвижным целям почти бессмысленно, но мощные, зараза. Уж если жахнут, то жахнут, мало никому не покажется.
Тир с превосходящей высоты длился с минуту, после чего ветер подсказал мне, что надо резко уйти вниз. Я упал плашмя, ударившись грудью о конёк, а над моей спиной щёлкнули когти. После этого пришлось шустро скатываться вниз, чтобы меня не достала вторая тощая крылатая тень, и ехать на заднице с крыши, кинув огненный шар в показавшуюся наверху оскаленную морду.
Морда пропала, но приземление вышло жёстким, однако сразу после него пришлось сходу ворожить. От меня разошлась ледяная волна, сковавшая на несколько секунд нижние лапы ближайших тварей. Между двух из них удалось удачно проскользнуть, лишь когти одной некрохимеры чуть чиркнули по тонкой кольчуге. А вот следующую тварь с пути снёс кулак ветра. Это её не убило и даже не покалечило, но зато я добежал до пятачка перед входом в конюшню, густо засаженного корнями. Мои преследователи влетели в них и тут же получили от вышедшего вперёд рыцаря мечом и когтями от Ахилла. Барс весьма удачно целил в позвоночники, что оказались слабым местом уродливых существ.
— Давай внутрь! — крикнул я.
Кот ретировался мгновенно, а на Винсента в этот момент спикировала крылатая тварь, но тот её с хеканьем располовинил клинком вдоль тела и отозвался:
— Иду.
Вторая летающая бестия взяла выше, не желая повторить судьбу товарки, но ближайшая волчья некрохимера своими гнилыми мозгами сообразила, что если не бежать по земле, то в силки не попадёшь и прыгнула на воина. Тот встретил её ударом шита, лишь покачнувшись, а когда она упала, почти обезглавил ударом клинка, уродливая башка повисла на лоскуте кожи и мышц, тело щамерло. Винсент же допятился до двери и притиснулся в неё боком. Новая тварь попыталась заглянуть к нам на огонёк и тоже прыгнула, но целиком не пролезла, не сумев до конца развернуть тело в полёте, чтобы плечи уместились в щель между воротинами. Рыцарь снова ударил мечом по шее, а я вытолкнул незваного гостя кулаком ветра. После этого мы наконец захлопнули ворота, накинули засов, а я скрепил створки корнями.
  
— Вроде справились — выдохнул рыцарь.
— Угу. Не ранен? — спросил я.
— Не, броня спасла — отозвался он — Ты?
— Нормально — ответил я — Но с горгульями было близко. Охренеть можно!