Ретро Бит 2 (СИ)
— Си, хефе! — Рамон даже отсалютовал мне по-военному. Забавный парнишка, нетипичный для гопоты — слишком смышленый, хоть уже и нахватавшийся всякого по улицам.
— Вот, смотри, тут твоя плата расширения RS-232, — достал товар Билл. — А здесь терминал ASCII Express, уже настроенный.
— Чистая, — выложил я на стол свою дискету, и передал продавцу сложенные сорок баксов.
— Ты не представляешь, как меня выручил! Мне не хватало на полноценный модем-расширение. С автодозвоном, чтобы не мучиться каждый раз с трубкой и набором номера на дисковом телефоне!
— О, как я тебя понимаю. Я на хаб только с десятого раза пробился.
— Ладно, бывай, СиСи, мне еще кое-с кем пересечься надо. Спишемся!
— Эт что за гринго был, хефе? — подошел Рамон, нагруженный сэндвичами. На всю десятку набрал, двадцать бутербродов.
— Билли, купил у него одну полезную железку, RS-232.
— Ууу… мощная штука, уважаю, — протянул чикано, хотя по лицу у него видно, что он совсем не в теме и лишь делает вид, что понимает.
Больше нас в данной части Лос-Анджелеса ничего не держало. Сели на автобус и поехали домой. Как же прав я оказался, когда взял с собой Рамона. Фантастическая слабость, постоянно клонило в сон, и я точно бы закемарил, став жертвой грабителей, но болтливый мексиканец своими сплетнями про мою персону натурально спас меня. И схомячил три четверти бутеров, но я не в претензии — мне и пяти съеденных хватило, чтобы переполниться.
Зато я узнал, что Дюке — в прошлом чемпион Мексики по собачьим боям, а Гектор — сын короля Панамы. Не уверен, что на исторической родине Криса вообще хоть когда-то правили короли.
Автобус высадил меня в сотне метров от трейлерного парка. Мог бы и чуть дальше проехать. С огромным трудом я доковылял — рюкзак производил впечатление каменного. Но на душе образовалась легкость — я сделал это. Неидеально, со скрипом и неприятностями, но совершил важный шаг к самостоятельности.
На подкашивающихся ногах добрел до трейлера и рухнул прямо на диван в гостиной, моментально отрубившись. Тьма приняла меня в свои ласковые объятья.
Глава 26
Интерлюдия. Линда
Худшая суббота всех времен! Шестой день недели ее и так редко радовал в прошлом, но сегодня получилось особенно ужасно.
Во-первых, у Криса экзамен. Она знала, что придется скучать и заранее прихватила альбом для рисования.
Но в кабинете самоподготовки дежурил тренер Бак и больше никто не пришел. Они остались наедине.
— Знаешь, кого ты мне напоминаешь, крошка? — спросил мужчина вроде бы ровным тоном, но с плохо скрываемой яростью.
Продолжать и дальше находиться с ним рядом сделалось страшно и Линда решила, что если физрук сделает хотя бы шаг в ее сторону — она поднимется и сбежит. И плевать на отработку.
— Одну вьетконговскую сучку, что приходила к нам на блокпост. Такая же вся белокожая, хотя вы, гуки, обычно темнеете на солнце, будто вас автозагаром поливают. И такая же большеглазая и застенчивая. Приносила нам колу и фрукты в корзинке, иногда трахалась с кем-нибудь. В один день я стоял в карауле вместе с Томми, отличным парнем родом из Арканзаса, хоть и ниггером. Приходит снова она, открывает свою торбу прямо рядом с Томми и БАХ! — мистер Бак хлопнул обеими ладонями по учительскому столу. — Полная корзина гранат у нее оказалась.
— Я… сожалею… — хрипло выдавила из себя Линда. Ей на самом деле стало жалко всех участников, даже Бака, но в первую очередь — ту девушку.
— Сожалеет она! Скажешь, сама бы так не сделала? Сюда посмотри, — мужчина задрал футболку и показал ей левый бок, испещренный сеточкой мелких шрамов. — Док сказал, что на два дюйма выше — и осколок угодил бы в сердце. А Томми, добрый парень, что так хотел домой в отпуск… знаешь, что с ним стало?
— Нет, — шепнула Линда. Пытаться спорить и что-то доказывать — глупо.
— Он умер, — холодно произнес тренер Бак, — Подумай об этом, пока я слушаю игру.
Уж лучше дурацкое спортивное радио с баскетболом, чем разговоры о войне. Думать о смертях она не пожелала. Достала альбом и начала рисовать уточек. Утёнок-энсин Звездного Флота получился отличным. Больше учитель ей ни слова не сказал. Он как уснул с открытыми глазами. Не умер? Живой же? Да, грудь вздымается. Но ушел очень глубоко в себя.
Своего тренер Бак, однако, добился. Настроение, и так не самое лучшее, ей испортил. Закончив отбывать наказание, Линда поехала в швейный цех и несколько часов развозила заказы. Худший день на свете. Ее подрезали на шоссе, недовольный качеством клиент начал на нее орать, как будто девушка сама сидела за швейной машинкой и криво пришила манжеты на партию рубашек. И в продолжение череды неудач третий заказ оказался в юго-восточной части ЛА, далёкой от колледжа, где Крис сдает свой экзамен. Планы на то, чтобы встретиться после экзамена и побыть вместе, отправились в урну.
Добили неприятности Линду уже на подъезде к дому. Машина, и так не гоночный болид, стала тащиться совсем уж еле-еле, а на приборной панели загорелась непонятная лампочка. Крис бы сразу понял, что там за поломка и починил бы на месте. Девушка в ужасе подумала, что ей еще повезло. Застрянь она со сломанной машиной на другом конце города, даже без четвертака в кармане, позволяющего воспользоваться таксофоном… ох, пугающая перспектива. Пришлось бы побираться, зарабатывая возможность позвонить.
Поднимаясь по скрипучей лестнице, она мысленно подбирала аргументы о том, почему не виновата в поломке машины. Пикап старый, на техобслуживании отец экономит, дешевый бензин с сомнительной заправки. Пешеходом становиться не хотелось. Здравствуй, мистер школьный автобус. Линда его ненавидела, так как независимо от выбранного места ее начинало сильно укачивать.
Уйдя в себя и поиск аргументов, девушка не сразу заметила, что происходит что-то нездоровое. Из ее комнаты доносилось шуршание и сдавленные ругательства Хеджин, а также раздраженный голос отца.
— ЯВИЛАСЬ, ДОЧЬ⁈ ЖИВО СЮДА! — потребовал мистер Ким, скорее всего услышав предательский скрип лестницы. — КУДА ТЫ ИХ ДЕЛА⁈
— Кого дела? — искренне не понимая сути претензий, спросила Линда.
Она шагнула ближе и увидела, во что превратилась ее комната. Там как будто ураган прошелся, перевернув абсолютно всё. Каждая вещь вытащена из шкафа. Матрас с кровати снят и брошен на пол, как и всё постельное бельё. Оба родителя явно принимали в наведении беспорядка непосредственное участие. Взъерошенные, раскрасневшиеся.
— Она еще и спрашивает! — зло фыркнула мачеха, — Сто долларов, дрянь! Хотела утаить от семьи? Думала, мы никогда не узнаем? Полюбуйся!
Кореянка бросила в нее скомканную бумагу. Внутренне холодея от нехороших предчувствий, Линда расправила листок. Это оказалось официальное приглашение от оргкомитета на общегородской турнир по аркадным автоматам. Гранд-финал назначен на 22 и 23 мая, но ей нужно предварительно явиться, подтвердить участие и дать интервью. Самой предательской оказалась строчка «выражаем надежду, что промежуточный приз в $100 укрепит вашу приверженность видеоиграм и поможет сосредоточиться на тренировках.»
— Дочь, где деньги? — холодно спросил Джозеф Ким.
— У Крис…тины, — попыталась соврать она.
— У этой, да?
На этот раз Линда побоялась, что Хеджин ее ударит, но кореянка лишь сунула ей под нос полароидное фото. То самое, в футболках с уточками. Ох и зря же девушка сохранила снимок при себе.
— Я предупреждала, что если дать ей свободу — пойдет по рукам! — выпалила мачеха.
— Это Крис. Мы встречаемся! Я его люблю! — откуда только взялись силы посмотреть в лица родителей с вызовом.
— Ты послушай, Джонатан, отдала громадные деньги безродному бродяге из гетто.
— Первое, — начал перечислять отец, — больше никакого… Криса, — имя лучшего парня в мире он произнес с нескрываемым презрением. — Вы с ним не встречаетесь, не видитесь, не общаетесь по телефону. Я сам заберу у оборванца наши деньги и объясняю, почему запрещено к тебе приближаться. Второе: никаких видеоигр. Ты в своём уме, дочь? Собираешься нас опозорить, показавшись по телевизору, играющей в аркадные автоматы на потеху толпе? И что скажет уважаемая семья Пак, когда узнает, кого мы им подсовываем? Что мы собираемся отдать в жены племяннику мистера Пака, приличному, образованному юноше с большим будущим — девицу-игроманку?