Ретро Бит 2 (СИ)

— А вот тут уточку-девушку, в том же стиле, пожалуйста.
— Крис, я все равно не смогу ее дома надевать, — попробовала протестовать девушка, — не получится объяснить отцу и мачехе, зачем купила и откуда взяла столько денег.
Мне жалкие пять долларов прямо такой уж тратой не показалось. Ну да, я транжира, не забываем.
— Оставим у меня, наденешь, когда пойдем гулять.
— Тогда уточку вот такой, пожалуйста, — на то, чтобы создать новый эскиз, у Линды ушла буквально пара минут.
  
— Красиво рисуешь, чикита. Не хочешь к нам на вторую точку? Нормальные деньги поднимешь. Аэрографом пользоваться умеешь? Сама видишь, клиенты в очередь становятся.
— Рисовать и на этом зарабатывать? Мне очень интересно, но пока нет возможности, — призналась Линда.
— А сколько бы ты взял за то, чтобы раскрасить две боковины аркадных автоматов, хоми? — спросил я у художника. — По таким же эскизам. Большую часть просто загрунтовать, но утки должны оставаться узнаваемыми.
Видя, сколько у художника оборудования, отсутствующего у Линды, мне показалось разумным доверить работу профессионалам, оставив за госпожой арт-директором создание персонажей и творческий контроль. На футболках он прямо как живой принтер рисует. Никогда не встречал подобного мастерства. Придуманные девушкой уточки-канальи воплотились, может быть, и не точь-в-точь, несколько рисовку Хорхе упростил, но похожими и узнаваемыми.
— Баксов пятнадцать-двадцать за каждый, — прикинул мексиканец. — Тебе как своему считаю, эсе, для гринго назначил бы дороже.
— Договорились, завтра привезем первую боковину, — возможно, ее одной для привлечения внимания и хватит, автоматы же стоят рядом.
Моя художница слегка насупилась после делегирования.
— Уверен, ты бы нарисовала не хуже, даже лучше, просто не хочу, чтобы ты дышала краской, — объявил ей, предупреждая возможный негатив. Девушки, бывает, обижаются на пустом месте. Не помню подруг из прошлой жизни, но то, что некоторые из них уходили, хотя я ничего такого не делал, зафиксировано четко. О Ктулху, как этот ваш перенос душ работает? Как так, что номер жигулей-шестерки цвета баклажан в памяти остался, а почему свалила девушка, с которой я почти полгода прожил — нет? Я, может быть, хочу избежать ошибок прошлого-будущего!
— И я бы потратила краски больше, чем на сорок долларов, еще и испачкалась бы вся, пришлось бы отцу объяснять, где и зачем я рисовала. И так быстро не смогла бы, провозилась бы весь день. Да, ты прав. Но я хочу находиться рядом и контролировать! Вдруг он испортит наших уточек.
То, что утки уже наши, меня прямо радует. И что обиды никакой не осталось — тоже.
— Вот именно, верно подметила. Если каждый автомат остановить на целый день — это заметные убытки, а так мы обернемся за одно утро.
Не удержались и надели на себя футболки прямо там, поверх другой одежды. Благо художник высушил их мощным феном и на месте прогладил утюгом. Я немного промахнулся с оценкой размеров и на голое тело получилось бы мешковато.
Среди развалов электроники нашелся еще один необходимый мне гаджет — фотоаппарат Полароид. Вместе с кассетой на десять кадров обошелся в двадцать долларов неподалеку от места, где мы купили дискеты.
— Улыбнись, — попросил Линду, — сейчас мы сделаем селфи.
— Сделаем что? — не поняла девушка, но все-таки послушалась, увидев, как я одной рукой направляю на нас камеру, обняв её второй.
— Сфотографируемся. Смотрим прямо в объектив.
О Великие Древние, что за лучезарная улыбка! Линда и раньше меня одаривала ей, но в данную секунду уровень милоты и няшности зашкалил настолько, что моё сердце забилось чаще.
И-и… вышел эпический провал — не имея видоискателя, я нацелил камеру откровенно паршиво и захватил только верхнюю часть головы Линды. От меня же в кадр попала лишь левая половина туловища. О том какое фото получилось максимально размытое, из за фиксированного фокусного расстояния, на которое моя рука не вытягивается, лучше и вовсе промолчать. Я, собственно, и со смартфоном никогда нормально себяшки делать не умел. Что уж говорить насчет архаичного полароида. Внутри головы звякнул виртуальный кассовый аппарат, не добитая посреди дороги жаба потянула лапки к моей шее с целью придушить. Каждый кадр мне обходился примерно в один доллар.
— Не сфотографируете нас? — спросила у продавца фототехники девушка и потеснее прижалась ко мне. Решение лучше найденного мной. Удивительное везение, что хотя бы краешек нас в моё неумелое селфи попал. Вот торгующий техникой чикано видоискателем пользоваться умел и мы таки получили своё совместное фото, приемлемо выглядящее, с первого раза. Ну то есть о том, что полароидный снимок — это настоящее мыльное дно, говорить не стоит. Но, если честно, ничуть не жалею о потраченном долларе. Линда взяла фломастер и подписала фотку «Лучший день в жизни». Ох, малышка, как же тебе фигово пришлось, если поход на барахолку для тебя уже событие.
И последняя по порядку покупка — толстая подборка компьютерных журналов за несколько лет. Ее мне уступили всего за два доллара, что сопоставимо со стоимостью одного выпуска. Отличная находка, как считаю.
Получилась просто замечательная суббота, с какой стороны ни посмотри. Надо будет скататься сюда еще. Желательно вечером, когда начнут крутить кино. А то я всё по сериалам, да по сериалам. Они на голливудщине без обмана крутые, но фильмы-то тоже никто не отменял.
Вернулись домой довольными и сытыми — заехали к тете Розе перекусить. Вообще-то тянуло заглянуть, чем там на авторынке угощают — от тележек с хот-догами и буррито пахло одуряюще завлекательно, но как-то соблюдение санитарных норм чумазыми мексиканцами, стоящими у лотков с фастфудом, у меня сомнение вызывает. А не был ли еще и фруктовый лёд ошибкой? Один лишь дедушка Нургл знает, коснулся ли он той воды, что пошла на мороженку. Пожалуй, надо аккуратнее к уличной еде подходить и кушать только в проверенных местах. Вот наш любимый дайнер на Роско Бульвар как раз такой, даже изжоги ни разу не зафиксировано.
Да-да, именно домой. Я все-таки смог заманить Линду к себе в комнату. Компьютер — лучшая приманка для девушек-гиков, как я и считал. Особенно в сочетании с хитовыми «Замком Вольфенштейн» и «Визардри». Нет, мои игры Линде тоже понравились, но самопал же, изготовленный на коленке, а купил я дискеты с общепризнанными хитами.
— Твоя комната маленькая, но выглядит уютной, — похвалила Линда, оказавшись у нас дома. И она СНЯЛА ОБУВЬ при входе, что само по себе потрясающе. Елена всё еще периодически забывает переобуваться, а уж если в гости к ней заглядывает Кармен или Трейси, то и вовсе бороться бесполезно, хотя я пытаюсь.
— Присаживайся, у меня тесновато, — пододвинул верный табурет, заменяющий мне компьютерное кресло.
— А кровать где? — в общем-то невинный вопрос, дескать, где ты, Крис, спишь, но и на нем скромница Линда слегка покраснела. Должно быть, для нее оказаться в гостях у парня наедине — само по себе смущающе.
— На втором этаже, вон лесенка, там свободно, больше места, чем кажется, — приглашать «полезли покажу» — верный путь ее окончательно засмущать, хотя в теории девушка наверняка не против. Посмотреть, как я живу, имею в виду. Но и насчет остального сомнения совсем невелики — поцелуи у нее по-настоящему жаркие.
— А тут я работаю. Вон в том корпусе плата от Эппл 2.
Оба эти телевизора Линда наверняка запомнила, но ничего похожего на «фи, Крис, ты тащишь в дом всякий мусор» я не дождался.
Две купленных игры манили познакомиться и я доверил выбор монетке, четвертаку, что у владельца двух аркадных автоматов обязательно при себе. Выпала голова мистера президента. Значит, Вольфенштейн. Сам не знаю, почему так назначил.
  
И какой же отстой! Начнем с того, что игра черно-белая. Два цвета! Я столько бился с тем, чтобы Тетрис получился цветным. Разработчик Принца Персии сумел все шесть оттенков hi-res режима заюзать, а тут игра, удостоенная дифирамбов в прессе и легендарного продолжения — монохромная. Ну не халявщики ли? Нет, я понимаю всю боль от цветовой палитры Эппл 2, но могли бы хоть что-то выжать.