Ретро Бит 2 (СИ)

Обидно мне за легенду кантри-музыки. Под его ритмы отлично пишется код. Впрочем, у великого певца сейчас грандиозный спад, насколько представляю историю его карьеры. Списан в тираж и только где-то в девяностых снова покорит чарты, выдав свои лучшие песни.
Пару минут покопавшись в корзине с неликвидами, я нашел уцененную «Джонни Кэш — Величайшие хиты». Не знают в 1982-м, что главные свои песни «Человек в черном» еще не написал. Всего $1.99 за кассету, в то время как альбом AC/DC стоит все 10 баксов. Я купил и то, и то! Транжира, но ни о чем не жалею — расходы отобьются избавлением моих ушей от Хулио Иглесиаса.
  
— Тебе и правда нравится кантри? — удивилась Линда.
— Ага, у всех свои недостатки. Мой — в музыкальном вкусе. Но ты только послушай этот трек…
Я достал из рюкзака плеер, разобрался с перемоткой и нашел один из главных хитов. На самом деле кавер, но «как только Джонни Кэш спел твою песню — теперь это его песня». Протянул наушники девушке.
— «Любовь — обжигающая штука», — прошептала Линда, в такт певцу и покраснела. — «И она создает кольцо огня».
— «Я провалился в огненное кольцо», — закончил я, слыша отзвуки музыки и чувствуя, что мочки ушей у меня горят. Молодой организм, гормоны. Быть может, зря я это сделал, ей в ближайшее время на турнире играть. Или встряска, наоборот, уберет волнение за лягушку.
— Да, хорошая песня, — смущаясь, согласилась девушка и вернула мне наушники. — Нам пора, совсем скоро начнется!
По организации турнира «Железный Феликс» всё верно рассказал. Приезжие устроители привезли с собой пятнадцать аркад, по три для каждой дисциплины. Их расставили в пяти зонах. Участники согласно спискам выстроились в три очереди. Я подмигнул Линде и занял место среди зрителей, каких набралась целая толпа.
Вышел «директор зала», или как там называется должность толстого белого мужика, чем-то похожего на мистера Джонсона, и толкнул по бумажке унылую речь о том, что мы вступаем в новую эру «аркадного спорта», после чего игроки пошли к автоматам.
Полновесные пять минут не продержался ни один из них. Бандитского вида чикано слился последним, на исходе четвертых шестидесяти секунд, растратив все три жизни. Их счет — 1, 6 и 7 тысяч баллов — совсем не впечатлял. Однако наблюдение за игрой меня постепенно насторожило. Крайний левый автомат, в очереди к которому и стояла Линда, неизменно освобождался первым. Глядя, как матерится себе под нос негритенок лет двенадцати, растративший все жизни, не набрав и десяти тысяч очков, я всё понял — заедающий джойстик. Примерно каждая вторая попытка сделать прыжок вправо не срабатывает вовсе или происходит с задержкой.
Не знаю, специально игроков проранжировали и поставили в неравные условия, или устроителям попросту плевать на аппаратные проблемы и местечковый турнир. Но то, что Линда вынуждена играть на испорченном автомате — бесило.
— Мистер Феликс, сэр! Надо поменять джойстик на первом! — нашел я механика Каньон Плаза совсем неподалеку. Видимо, он пришел поглазеть на легендарного LK.
— Тоже заметил, парень? Меня даже дышать в сторону турнирного барахла не пускают, извини, у них свои механики. Твоя подружка в первую очередь попала? Не повезло. Этим раздолбаям вообще плевать, кто пройдет дальше от нашей дыры. Крик поднимать не советую — аннулируют результаты всей очереди, не разбираясь.
И меня для замены элемента управления тоже никто не пустит. У них же расписания и регламенты. Отдавливая зрителям ноги и толкаясь, за что чуть пару раз не схлопотал по лицу от чиканос в банданах, протиснулся вплотную к Линде, отделенной от зрителей красной ленточкой. Ей оставалось минут 10, два игрока впереди. Придвинулся максимально близко, едва ли не лоб в лоб и зашептал:
— Послушай, джойстик заедает. Избегай движений вправо, — предупредил девушку. — Если без них никак — дави изо всех сил.
— Да, я заметила, — прохрипела та из-под капюшона астматическим голосом и побледнела сильнее обычного.
— Ты справишься, я верю в тебя!
Ну а что еще я мог сказать? Скорее всего, заедающий джойстик — это приговор. Или нет?
К любимой аркаде Линда шагнула решительно, предварительно поглубже натянув на голову капюшон. Мелькнула глупейшая мысль: девушка сейчас прямо как Ассасин из одноименной серии игр.
Микропауза. Прыг-прыг-прыг. Лягушка достигла безопасной зоны в центре. Линда чуть ли не всем своим невеликим весом налегла на джойстик и довела амфибию до крайней правой позиции.
Прыг-прыг-прыг. Первая кочка занята. За ней — вторая с тем же приемом. И третья, и четвертая. Ни один из соперников, играющих за первыми и вторыми автоматами, еще даже стартовую жабу до места не довел, а у великолепной LK уже все четыре собраны.
Второй уровень и тот же сценарий, но на большей скорости. Третий, четвертый, пятый — на реку добавились крокодилы. Часть зрителей даже дышать перестала, наблюдая за виртуозной игрой хрупкой азиатки, со спины похожей на парнишку из-за мешковатых штанов. Проблему рискованных прыжков вправо Линда решила кардинально — не пользовалась ими нигде, кроме центральной зоны, где западание стика не приносило проблем. На реке оставалась возможность сманеврировать при помощи бревен, плывущих в нужном направлении.
Игроки за соседними автоматами уже давно отправили своих жаб под грузовики, когда судья дунул в свисток, вынуждая оборвать игру. На экране застыл фантастический результат 21 300 очков. И это не считая бонуса за сохранившиеся жизни.
Наш сектор зала, следивший за Фроггером, затих в благоговении.
— Невозможно! — выкрикнул кто-то из зрителей, из числа неудачников, не набравших и десяти тысяч.
— Чемпион! — прокричал кто-то другой и засвистел.
Линда дрожащими от напряжения руками ввела игровой ник LK и на негнущихся ногах сделала шаг в сторону, освобождая место следующему. Толпа расступалась на пути перед ней, как перед мессией. Девушка нашарила взглядом поджидающего в сторонке меня и буквально рухнула лицом мне в грудь.
— Крис! Я всё провалила! — в панике воскликнула Ким и разрыдалась, прижавшись ко мне. — Ты видел, да? Я не собрала половину мух и пропустила двух леди-лягушек! И могла бы за прошедшее время еще два уровня закончить, если бы не прыжки вправо. Какой отстой! Возомнила себя чемпионкой, дура!
Потянул ее в сторону, за спины толпы. В укромный уголок между автоматами.
Вариант, как прервать истерику, мне в голову пришел лишь один — прижать к себе покрепче и обнять. Обнимашки работают! Проверено… не помню, на ком, но действуют. Вот и с Линдой все получилось. Я гладил ее по спине и по голове, сняв дурацкий капюшон, крепко сжимал в объятиях и как-то само собой вышло, что наши лица оказались друг напротив друга и ее соленые от пролитых слёз, но при том невообразимо сладкие и невероятно жаркие губы соприкоснулись с моими. Как молния ударила. Разряд почище, чем от кинескопа.
«Любовь — обжигающая штука». Легенда кантри ерунду в куплете не напишет.
  
Глава 16
 
Сколько мы целовались за автоматами? Недостаточно много! Пришел лесник и разогнал. То есть местный мордатый секьюрити с полинезийскими корнями. Вроде как неплохой мужик, но…
— Идите в другом месте обжимайтесь, тут вам не мотель, — выговорил охранник, с силой оторвав меня от девушки.
— Простите, сэр, — сказал я ему, — мы…
— Да мне плевать, кто вы и что вы. Меня премии лишат, если менеджер вас спалит.
— Прости, я расплакалась как ребенок, — смущенно произнесла Линда, когда мы с ней отошли в сторону, от основного действа. — А тебе пришлось…
  
— Стой-стой-стой! — оборвал я ее. — Давай сразу договоримся, что мы не в ситкоме и не в мыльной опере, где герои сотню серий не способны признаться. Я тебя поцеловал потому, что хотел именно поцеловать, а не утешить или еще что-то не такое.
— Меня? Почему? Я ведь…
— Не здесь. Пошли отойдем… — мест, где можно спокойно поговорить, поблизости не наблюдалось и из всех зол выбрал наименьшее, — в пиццерию. Несправедливо, что за второе место положена пицца, а за первое — нет. У нас есть не меньше часа до объявления победителей.