Метод Чарли (ЛП)

 
ДЖОН ЛОГАН: Пошёл ты, Дин. Если бы это была одна из твоих дочерей, ты бы сделал то же самое.
 
 
ШЕЙН ЛИНДЛИ: Можно мы поговорим о номинациях в Зал славы?
 
 
Шейн Линдли был удалён из чата «Папаши»
 
 
Люк Райдер был удалён из чата «Папаши»
   
 
Уилл Ларсен был удалён из чата «Папаши»
 
  
Глава 40
 
Шарлотта
 
Он просто ужасный, да?
После месяцев тщательного планирования и бесконечных встреч — с парой великолепных презентаций в придачу — наконец наступает вечер гала-ужина президентов Delta Pi. И я должна признать, мои сёстры по обществу отлично справились с украшением. Центральные композиции Яры выглядят просто великолепно.
Бальный зал в отеле в Бостоне сверкает, освещённый люстрами. Я разглаживаю перед своего бледно-розового платья и поправляю тонкие бретельки, оглядываясь в поисках Уилла — моего спутника на этот вечер.
Моё сердце замирает, когда я замечаю его у бара — он выглядит невероятно красивым в элегантном чёрном смокинге. Он ловит мой взгляд и одаривает своей привычной лёгкой улыбкой, от которой у меня всегда подкашиваются колени. Он умеет быть безупречным, но я не удивлена. Конечно, мистер Всеамериканский парень может носить смокинг.
Я не могу не замечать, как он выделяется среди моря старших, более богатых выпускников. Он выглядит уверенным, собранным, словно ему здесь самое место — и, наверное, так и есть. Он сын конгрессмена. Он отлично вписывается в подобные мероприятия, в эту публику.
Я пробираюсь к нему, лавируя между группами людей, которые слишком заняты светскими беседами, чтобы заметить, как я проскальзываю мимо. Когда я добираюсь до него, он целует меня в щёку, его рука мягко ложится мне на поясницу.
— Прости, очередь за напитками вечность, — говорит он.
— Ничего. Мы никуда не спешим. Почётные гости ещё даже не приехали.
Я продолжаю оглядывать арочный вход в поисках мамы — она писала несколько минут назад, что уже почти у отеля. Папа не смог поехать с ней из-за срочной работы, так что она одна.
При очередном взгляде мой взгляд падает на знакомое лицо.
Фу. Митч здесь.
Каждый мускул во мне напрягается. Не знаю, почему я удивлена видеть его здесь. Треть моих сестёр по обществу встречается с парнями из Delta Tau. Их братство — наша мужская параллель, и мы часто проводим совместные мероприятия, так что сегодня здесь присутствует много выпускников Delta Tau.
Когда взгляд Митча встречается с моим, он криво ухмыляется. Я отвожу глаза от его самодовольного лица, гадая, что я вообще в нём нашла. Когда мы только начинали встречаться, он был таким милым. Внимательным. Добрым. Но его энергия никогда не могла сравниться с моей — ни в спальне, ни в учёбе, ни в жизненных устремлениях. Не могу поверить, что потратила на него почти два года.
Уилл прослеживает за моим взглядом.
— Это Митч?
— Ага. Просто игнорируй его.
— С удовольствием.
Бармен наконец приносит Уиллу два бокала красного вина. Он протягивает мне один, и я беру его под руку, когда мы отходим от стойки. Мы находим тихий уголок в другом конце зала с Фейт, Ярой и Блейк, и вместо того чтобы обращать внимание на постоянные взгляды Митча в мою сторону, я пытаюсь сосредоточиться на звуке низкого голоса Уилла, когда он болтает с моими подругами. Бальный зал гудит от смеха и разговоров, звон бокалов эхом отражается от стен.
Когда я в очередной раз смотрю на вход, я замечаю свою мать, проходящую под аркой.
Я касаюсь руки Уилла.
— Моя мама пришла.
Он невозмутим.
— Хочешь сначала подойти одна или мне пойти с тобой?
Я смотрю на него.
— Что? — говорит он.
— Ты сейчас встретишься с моей матерью, а ты ведёшь себя так, будто это не имеет значения.
Уилл пожимает плечами.
— А это и не имеет значения. Ты же сказала ей, что мы встречаемся, да?
Да, но я упустила тот факт, что ещё встречаюсь с его лучшим другом. Мама всю неделю пишет, как ей не терпится познакомиться с Уиллом, и каждый раз, когда я читаю очередное восторженное сообщение, меня накрывает чувство вины при мысли, что Беккета нет с нами. Он настаивал, что не против, что хочет, чтобы я наслаждалась вечером, не переживая о нём, но всё равно это ощущается неправильно.
Такое чувство, будто я предаю Беккета, не знакомя его с мамой. Будто притворяюсь, что он не такая же важная часть моей жизни, как Уилл.
— Пошли, — говорит Уилл, переплетая свои пальцы с моими. — Поздороваемся.
Я замечаю, как Фейт одобрительно кивает, оценив его уверенность перед встречей с моей мамой. Она сказала мне на днях, что Уилл ей очень нравится. Она считает, что он мне подходит.
Я ловлю взгляд матери, и мы пробираемся к ней. Её лицо озаряется при виде нас, улыбка становится шире.
— Шарлотта, милая! Ты выглядишь прекрасно. — Она обнимает меня и целует в лоб, затем поворачивается к Уиллу, оценивающе разглядывая его. — И наконец-то я знакомлюсь с Уиллом! Ты гораздо красивее, чем Шарлотта описывала, — говорит она ему, и он усмехается.
— Спасибо, — говорит он, выглядя немного смущённо, прикусывая губу сквозь улыбку. — Очень приятно познакомиться, миссис Кингстон.
— Пожалуйста. Зовите меня Анной. — Она пожимает его руку, затем сжимает её обеими своими. — Это мне очень приятно. Чар почти ничего о тебе не рассказывала, так что я с нетерпением жду возможности узнать тебя получше. Ты играешь в хоккей, я слышала?
Он кивает.
— Я нападающий в мужской команде Брайара. Вы смотрите хоккей?
Мама смеётся.
— Нет! Но я с радостью послушаю об этом. Тебе нравится?
В её глазах искренняя теплота, пока она болтает с Уиллом, расспрашивая его об учёбе, об интересах. Он отвечает на её вопросы с идеальным сочетанием обаяния и уважения, и я не могу не испытывать гордости. Он действительно милый, и мама явно впечатлена.
Пока они разговаривают, меня снова накрывает волна вины.
Беккет тоже должен быть здесь.
Я не должна выбирать между ними вот так, решать, кто из них будет моим «публичным» парнем. Эта роль досталась Уиллу случайно — я сказала Фейт, что иду с ним в кино, когда впервые поехала к ним домой. И как-то так прилипло.
Вечер продолжается, церемония награждения моей матери и другого почётного президента проходит, и Уилл остаётся рядом со мной — его присутствие успокаивает и придаёт уверенности. Но я не могу избавиться от ощущения, что чего-то не хватает. Каждый раз, когда я смотрю на него, я думаю о Беккете и о том, насколько всё это несправедливо. Мне нужно поговорить с Беккетом. Просто услышать его голос, убедиться, что он в порядке.
— Эй, — шепчу я Уиллу, когда джазовый оркестр начинает играть, возвещая о начале танцевальной части вечера. — Я выйду на минутку, хорошо? Хочу позвонить Беку, узнать, как он. Я быстро.
— Конечно, — говорит он. — Не торопись.
Я выскальзываю из бального зала в тихий коридор, доставая телефон из клатча. Я вдавливаю каблуки в мягкий ковёр и постукиваю ногтями с французским маникюром по стене кремового цвета, пока жду, когда Беккет снимет трубку. Он чертовски долго не отвечает.
— Привет, детка, — наконец тянет он. От одного его голоса у меня сердце сжимается от тоски.
— Привет. Я хотела узнать, как ты. Как дела?
— Всё отлично, — уверяет он, и я слышу улыбку в его голосе. — Я же говорил, не переживай за меня. Ты хорошо проводишь время?
— Да, — признаюсь я. — Но мне жаль, что тебя здесь нет. Нам обоим.
  
— Не надо, не переживай, Чарли. Я серьёзно. Наслаждайся вечером.
— Я ничего не могу с собой поделать — я всё равно переживаю. Но я обещаю, что позже всё компенсирую.
— О? И как ты планируешь это сделать? — Его голос понижается до низкого, дразнящего тона.