Метод Чарли (ЛП)

 
НИК: Она говорит нет и спрашивает, почему ты спрашиваешь.
 
 
Я: Я читаю фанфик про Александра и королеву Елизавету.
 
 
НИК: Почему ты такой, Данн?
 
Я усмехаюсь телефону и возвращаюсь к чтению. Минуту спустя приходит ещё одно сообщение.
 
НИК: Дарси хочет ссылку на фанфик.
   
Я немного разочарован, когда понимаю, что после седьмой главы ничего нет. Похоже, Уилл вычитывает эту историю по мере её написания.
Но, клянусь богом, если Лурдес вставит твист о том, что Александр Македонский — путешественник во времени, это произведение мгновенно взлетит до пятизвёздочного рейтинга.
Когда я слышу, как открывается входная дверь, я захлопываю компьютер Уилла и тянусь за пультом от телевизора. Я не провёл последний час за чтением странного фанфика. Нет.
— Привет. — Он заглядывает в гостиную. — У меня есть новости.
— Да?
— О да.
Он неторопливо идёт по коридору к кухне. Из другого дверного проёма, разделяющего две комнаты, я вижу, как он у холодильника, берёт бутылку воды. Он отвинчивает крышку, прислоняясь к дверному косяку.
Я закатываю на него глаза.
— Ты собираешься поделиться этими новостями или будешь держать меня в напряжении…
— Я знаю, кто такая Чарли.
  
Глава 19
 
Шарлотта
 
Этот глупый спортсмен тебя достаёт?
Сегодня среда, и на моём столе лежит мини-пончик. Он маленький и покрыт белой сахарной пудрой. Много сахарной пудры.
Я перевожу взгляд с пончика на светловолосого австралийца, сидящего двумя рядами ниже меня. Словно почувствовав мой взгляд, Беккет поворачивается на стуле и сверкает улыбкой.
— Доброе утро, сахарная пышка. Я принёс тебе сладкое угощение.
Я морщусь.
— Пожалуйста, не произноси слова «сладкое угощение».
— Почему нет?
— Потому что из твоих уст это звучит жутко.
— Не-а. Тебе нравится то, что выходит из моих уст.
Он подмигивает мне.
Я сверлю его взглядом.
Уилл предупредил меня вчера, что расскажет Беккету, что я их подруга, но я надеялась, что Ледяной будет настолько тактичен, что не поднимет эту тему.
Жесткими, отрывистыми движениями я опускаюсь на место и достаю чехол с ноутбуком, жалея, что выбрала факультатив, где лекции идут два дня подряд, и изо всех сил стараясь игнорировать «сладкое угощение» на моём столе. Оно лежит на одной из тех кружевных белых салфеток.
Выглядит аппетитно.
— Ты знала, что в студенческом союзе больше не продают сахарные пышки? — говорит Беккет из своего ряда. — Я спросил у девушки, почему, и она сказала, что люди жаловались, что их слишком неудобно есть.
Я игнорирую его. Затем снова смотрю на пончик, и мой предательский желудок урчит. Беккет вряд ли мог это услышать, но его ухмылка становится шире.
— Давай, съешь его, — дразнит он. — Ты же знаешь, что хочешь.
Внутри меня начинается битва: одна сторона призывает не выбрасывать вполне хороший пончик, другая настаивает, что я не могу доставить Беккету Данну такое удовольствие.
Голод побеждает.
Я хватаю пончик и запихиваю его целиком в рот. Мне плевать, что я выгляжу как малыш, у которого всё лицо в сахарной пудре.
Беккет изумлённо смеётся.
— Вау. Я думал, ты откусишь кусочек, а не проглотишь целиком, как лошадь, пожирающая яблоко.
— Шарлотта?
Моя голова поворачивается к проходу, где Агата только что остановилась как вкопанная. Мой президент смотрит на меня с недоверием.
— Это не поведение Delta Pi. Леди ест свою еду, Шарлотта. Она не позволяет еде есть себя.
Я слышу хихиканье со стула Беккета.
Агата поворачивается к нему и сверлит взглядом.
— Извините, — бормочу я с набитым ртом. — Мне не везёт с выпечкой. Дайте посмотреть, есть ли у меня салфетка.
— Пожалуйста.
С раздражённым фырканьем Агата продолжает путь к первому ряду, а я роюсь в сумке в поисках чистой салфетки. Когда она усаживается на своё место, то оборачивается, чтобы убедиться, что я вытираю рот.
Я засовываю салфетку обратно в сумку, когда тень Беккета нависает надо мной.
— Мы что, телепортировались в женскую школу этикета или что-то вроде того? — весело говорит он.
Я смотрю на него недоумевающе.
— Леди ест свою еду, Шарлотта. Почему ты позволяешь ей читать тебе нотации? — Он кивает в сторону спины Агаты.
— Я член Delta Pi, — отвечаю я напряжённым голосом. — И она любит напоминать нам, что Delta Pis не должны делать.
— Например, фантазировать о том, как тебя трахают двое парней?
Я делаю вдох.
— Прекрати.
— Почему? — Его глаза сияют. — Тебе, кажется, это нравилось, когда мы болтали в приложении.
— Приложение — это не реальная жизнь.
Беккет принимает задумчивый вид.
— Знаешь, люди делают одну вещь… Мне она очень не нравится.
— О чём ты бормочешь?
Он продолжает, как будто я не говорила.
— Они думают, что интернет — это не реальность. Что если ты прячешься за экраном и печатаешь то, что никогда не сказал бы в лицо, значит, это не реально. Но дело в том, что экран не пишет эти слова. Их пишешь ты. — Он наклоняется над моей партой, его лицо так близко к моему, что дрожь пробегает по спине. — Ты хочешь всего, что описала в тех чатах, Шарлотта. Ты хочешь взять мой член в рот, пока Уилл заполняет твою киску.
Его тихие, дразнящие слова вызывают острую физическую реакцию. Удар молнии прямо между ног. Волна жара по всему телу. Это такое возбуждение, которое лишает дыхания.
Беккет выпрямляется с усмешкой.
— Это нормально — хотеть этого.
— Не хочу. — Я проглатываю отчаяние, поднимающееся в горле. — Как я сказала Уиллу, это была просто забавная онлайн-штука. Я никогда не планировала встречаться с вами в реальной жизни.
— Конечно. Delta Pi никогда не должна опускаться до такого, — насмехается он. — Delta Pi должна поддерживать свою ауру чистоты в любое время. — Он внезапно усмехается. — Чёрт. Я только что кое-что понял.
— Что? — бормочу я.
— Инициалы твоего сестринства — DP.
Я издаю сдавленный звук.
— О боже, Беккет. Прекрати.
Его губы изгибаются в улыбке.
— Это первый раз, когда ты назвала меня по имени.
— И что?
— Мне нравится.
Мягкий стук шагов прерывает нас, прежде чем к разговору присоединяется нежеланный голос.
— Чар? Здесь всё в порядке?
Митч.
Мой бывший выглядит крошечным рядом с Беккетом, что абсурдно, потому что метр семьдесят пять — это отнюдь не маленький рост. Митч выше среднего. Но при росте далеко за метр восемьдесят, с его широкими плечами и мускулистой грудью, Беккет кажется огромным по сравнению.
— Всё в порядке, — бормочу я.
— Уверена? — Подозрительный взгляд Митча мечется между нами. — Этот глупый спортсмен тебя достаёт?
— Эй, — говорю я в укор, потому что это было просто, блядь, грубо.
Беккет невозмутим перед оскорблением, смеясь над моим бывшим.
— Шарлотта просто объясняла мне концепцию климатической миграции. Ввиду того, что я глупый и всё такое. Спасибо за разъяснения, Шарлотта.
С ухмылкой он идёт обратно в свой ряд, оставляя меня наедине с Митчем.
— Какого чёрта это было? — шиплю я. — Ты был так груб.
— Этот придурок лез в твоё личное пространство, — невозмутимо парирует Митч. — Нельзя позволять парням так слюнявить тебя.
— Почему нет? — Я бросаю на него самодовольный, снисходительный взгляд. — Может, мне это нравится.
Его глаза вспыхивают. Кажется, я слышу, как он бормочет «шлюха» себе под нос, но я игнорирую эту колкость и смотрю, как он разворачивается на каблуках своих кроссовок и топает в свой ряд.
  
К счастью, приходит наш профессор, кладя конец всем дальнейшим нежеланным разговорам.
Но, несмотря на все мои усилия сосредоточиться на лекции, мой взгляд то и дело возвращается к Беккету двумя рядами впереди. И это, наверное, самая глупая мысль, которая когда-либо приходила мне в голову, но…