Твой (не) желанный наследник (СИ)

— Ну, знаем, — усмехается Вадим. — Это ничего не меняет. Как я скажу, так и будет. Поверят мне, а не тебе. Что-то Джонсон не спешит спасать тебя в этот раз.
Нагло улыбается.
— Да, не ты мне машину повредила, но произошло это из-за тебя. Если бы не ломалась, а дала, что от тебя требуется, то и проблем не было бы. И при работе была бы, и я не обидел бы. Я люблю ласку, Каролина. Ласку. Будь со мной ласкова и я буду щедрым и добрым. Если мне понравится, можем повторить. Иди сюда, — хлопает по дивану рядом с собой. — Ты же за этим пришла?
— Нет, — твёрдо отвечаю я. — Я пришла обсудить условия. А все остальное — завтра. Такой был уговор.
Лицо Вадима становится злым. Он садится прямо.
— Не играй со мной, Каролина. Не играй.
— И не думала. Встретимся завтра.
— Погоди, — уже с улыбкой произносит Вадим. — Не уходи просто так. Выпей со мной хоть бокал вина.
— Настроения нет, — говорю я, вставая.
— Может, оно появится, если я предложу небольшую сделку? — хитро улыбается он. — Ты посидишь со мной сегодня. Немного совсем. Просто выпьем, закусим. Без остального. И тогда завтра я вычеркну из программы твою попку.
Изумлённо смотрю на него.
— Что, простите? — могу еле произнести.
— Да, Каролина, я собираюсь попользовать тебя по полной. Во все, — и он пальцами показывает круг. — Но можешь выторговать у меня свою милую задницу. И? Твое решение?
Быстро соображаю, что, если сейчас откажусь, то это вызовет подозрения у этого извращенца.
— Ладно, — соглашаюсь и Вадим сразу же наливает мне из бутылки. У него уже полный бокал.
— Молодец. Выгодное предложение не упустишь, — произносит с улыбкой. — Давай выпьем, Каролина, за наше долговременное сотрудничество!
Ржет своей же шутке.
— Обещаю быть нежным. Ну, по крайней мере, в начале.
Смотрит на меня своими сальными глазами.
Я чуть отпиваю из бокала и ставлю его на стол.
— До дна, Каролина. До дна, — настаивает он.
Залпом осушаю бокал и, не закусывая, встаю из-за стола. Но тут же хвастаюсь за спинку стула. Голова начинает кружиться.
— Что такое? — Вадим оказывается рядом. Когда успел?
Смотрю на него и его лицо расплывается.
— Что это? — спрашиваю, хотя сама не понимаю, о чем.
— Пойдём, на диван. Голова кружится? Надо просто отдохнуть. Ты устала, наверное, — голос Вадима такой мягкий.
Опять смотрю на него. Улыбка. Нечего бояться. Поэтому послушно иду за ним.
Он сажает меня на диван.
— На, выпей, — протягивает мне бокал.
— Что это? Я не буду, — остатками разума сопротивляюсь.
— Это минералка, Каролина. Не бойся. Вода. Выпей.
И подносит бокал к моим губам. И я отпиваю.
И правда, вроде, становится легче.
— Ну вот, — слышу как эхо голос Вадима. — Так-то лучше. Ну-ка, что там у тебя в сумке?
Потом тишина. Я сижу, откинув голову назад и глядя в потолок.
— Сука. Так и знал.
Потом вдруг резкая боль. Хватаюсь за щеку.
— Думала, хитрее всех? Шваль!
И опять боль, но с другой стороны.
— Хотел по-хорошему, тварь.
Потом меня как будто куда-то тащат, тянут, толкают с бока на бок.
— С задницы твоей начну! Чтобы лучше урок усвоила!
Носом ударяюсь обо что-то.
Боль, но я как будто и не чувствую ее.
А потом вдруг другой голос. Другой, но такой знакомый:
— Сука!
А дальше провал.
  
12. Лина
 
Где я?
Что со мной?
Такое ощущение, что я падаю. Долго падаю, а дна так и не видно.
Вырывает меня из темноты какой-то резкий запах. Мотаю головой, а она как чугунная. Каждое движение дается с трудом.
Да что со мной?!
Кладу ладонь на лоб. Приоткрываю глаза.
— Жива, — слышу опять знакомый голос.
Поворачиваюсь на него.
Мэт! Матвей!
Откуда?! Как?!
Хочу встать. И не могу. И Мэт не дает. Давит на плечо своей рукой.
— Лежи.
— Где я? — голос как будто чужой.
— У меня.
Я хмурюсь и опять пытаюсь встать.
— Да, лежи ты, — уже строже говорит Мэт. — Сейчас доктор приедет.
Закрываю глаза. Не могу долго смотреть. Глаза устают как будто я полдня просидела за компьютером безвылазно.
 
— Что со мной? — шепчу пересохшими губами.
Почему каждое слово дается с трудом? Что такое?
— Тшшш, — ласковое скольжение руки по моим волосам. Как приятно. — Отдыхай, Лина. Сейчас доктор тебя посмотрит. Тихо.
Под его мерный шепот и движение руки по моей голове я проваливаюсь опять в пустоту. Но сейчас мне там хорошо. Я не падаю. Я лечу.
— Да, я приеду чуть позже. Без меня не начинайте, — сквозь полудрему слышу знакомый голос.
Приоткрываю глаза и сразу же в них бьет яркий солнечный свет. С непривычки зажмуриваюсь. Прикрываю их рукой и опять открываю.
Где я?
Осматриваюсь, приподнявшись на локтях. Я не знаю это место.
Приподнимаю одеяло — я в какой-то майке. Где моя одежда? И кто меня переодел?
Откидываю одеяло и пытаюсь встать, но тут открывается дверь.
— Очнулась? — Мэт заходит в комнату. На нем лишь спортивные брюки и мой взгляд сам невольно падает на его грудь.
Ничего не изменилось за эти три года — те же рельефные мышцы и идеальный загар.
— Где я? — спрашиваю пересохшими губами и понимаю, что ужасно хочу пить. — Пить хочу.
Мэт уходит и возвращается со стаканом воды. Протягивает мне. Я жадно осушаю его. И, вроде как, немного прихожу в себя.
— Где мой телефон?
Мэт достает из кармана мой телефон и передает его мне. Он что, лазил в моем телефоне?!
Но нет, телефон отключен.
— Я отключил его, пока ты тоже была в отключке, — поясняет с улыбкой Мэт.
Я быстро хватаю телефон, включаю его и ищу Ирину. Набираю.
— Кто же такой важный, что ты первым делом бросилась ему звонить? — хмурится Мэт, пока я слушаю гудки.
— Алло, Ирина? — кричу в трубку. — Как вы… ты? Как ты?
Понимаю, что не должна себя выдать.
— Все в порядке, — отвечает мне Ирина. — А что с тобой, Лина? Почему ты так долго не отвечала?
— Долго? Сколько?
— Ну так, три дня ведь, — у меня чуть телефон из рук не выпадает.
Но нет, надо успокоиться. Перевожу взгляд на Мэта. Он внимательно следит за мной. Мне хочется спросить про Даню. Собственно за этим я и звоню. Но нет. Ирина сама приходит мне на помощь:
— С Данечкой все в порядке. Не беспокойся. Спит сейчас. Скучает правда. Ты когда к нам приедешь?
— Я постараюсь в ближайшие дни. Ладно, Ирина, потом еще позвоню. Сейчас идти надо.
Прощаюсь и кладу трубку.
— Куда это ты собралась? Идти? — складывая на груди руки, с улыбкой спрашивает Мэт.
— Где моя одежда? — спускаю ноги с кровати.
Но он подходит и кладет их обратно на кровать, укрывает меня одеялом.
— Никуда ты не пойдешь, — произносит серьезно. — Врач запретил.
— Врач? А что случилось, Мэт? Что со мной?
— Отравление.
— Отравление? Но я… я ничего не ела такого…
И тут у меня в голове, наконец, всплывают воспоминания. Вернее, обрывки.
— Я же говорил тебе не ходить с подозрительными личностями, — строго говорит Мэт.
— Подожди, — я опять сажусь на кровати. — Вадим… я же с ним встречалась… ресторан… вино… Подожди, — вскидываю на него взгляд. — Это правда? Вадим?
Мне страшно озвучить свои предположения.
— Ты как была наивной девочкой, такой и осталась, — качает головой Мэт, присаживаясь ко мне на кровать. Проводит рукой по волосам. Его прикосновение такое нежное, такое знакомое, что сразу миллион мурашек бежит вниз по спине.
— А одежда моя где? — опять спрашиваю я, вспоминая, что я в майке.
— Я выбросил ее, — отвечает Мэт.
— Как? Зачем? А как же я? — удивленно смотрю на него. Меня поражает его спокойствие.
— Она в негодность пришла после всего этого. Давай без подробностей, — улыбается.
— Это ты меня переодел? — тихо спрашиваю.