Простые удовольствия (СИ)

Я непроизвольно отшатнулся, так как там оказался тот самый кулон из зелёного метеорита, но тут же попытался обыграть это движение.
- Оу! – воскликнул я. – И кто ещё из нас Змей Искуситель, Лекс!
- Лекс? Не Саша? – с победоносно-хитрой полуулыбкой на лице изогнул бровь он.
- Нет, не Саша, - преувеличенно серьёзно покачал головой я. – «Саша» для тебя слишком просто и по-домашнему. Ты именно «Лекс». Опасный, как тот самый удар мизерикордии, о котором ты говорил.
- Пожалуй, - кивнул он. – Приму это, как комплимент, - и закрыл шкатулку. Дурнота мгновенно исчезла. Я приблизился и осторожно коснулся шкатулки. Дурноты по прежнему не было.
- Я могу взять его? – уточнил я.
- Бери, - протянул он мне всю шкатулку.
- Это действительно Царский Подарок, Лекс, - восхитился я. – Ты-таки смог подобрать «ключик». Тяжёлая… Из чего она?
- Из свинца. Мама купила её на базаре в Марокко. Торговец сказал ей, что она сделана из доспехов Святого Георгия, покровителя бой-скаутов. Она отдала её мне перед смертью, считала, что она принесёт мне удачу.
- Эм… Лекс, ты уверен? – осторожно, уже безо всякой наигранности, уточнил я. – Это ведь на самом деле важная вещь для тебя. Я понимаю, что такое память о родителях и её настоящую ценность. Может, подберёшь упаковочку попроще? Золото там, или платина, например? – всё же добавил немножко шутки в конце.
- Уверен, Кларк, - почти удачно подавил вздох Лютор. – Я ещё знаю слово «отпускать». И мне давно пора «отпустить» её. А через твои руки она принесёт капельку радости одной девочке, которой тоже стоило бы «отпустить»… А ты ей в этом поможешь.
- Пожалуй, - хмыкнул я и вздохнул. – Не стану тебя обижать вторым отказом. Я приму её.
- Кстати… - хитро взглянул на меня он. – Кларк, а что бы ты делал, если бы вода не сработала с Джереми?
- Бросил бы ему в голову огнетушитель из твоей машины… или воспользовался багром с пожарного щита.
- То есть, в любом случае не позволил бы шерифу просто пристрелить его? – подмигнул мне Лекс.
Что ж, мне оставалось только беззащитно улыбнуться и пожать плечами.
***
  
глава 7
 
Лекс даже не догадывается, что на самом деле подарил мне. Он подарил мне мою слабость «на блюдечке». И тут же защиту, от неё же. Действительно, Царский Подарок.
Глупо будет им не воспользоваться.
В том смысле, что не шкатулкой, а знанием о свинце и метеоритах. Помню, вроде бы свинцом защищаются от радиации и рентгеновского излучения. И даже есть специальная «свинцованная» резина, из которой делают защитные фартуки в рентгеновских кабинетах. Что ж, я знаю теперь, на что потратить следующие деньги, что заработаю кодингом.
Но всё же… метеорит – это больно. Очень больно. Когда я открывал шкатулку и подносил к кулону руку, он действительно начинал немного светиться, а на руке начинали вздуваться и бугриться зелёные «вены», меня же простреливало болью и слабостью. Очень неприятное ощущение. Но, стоило захлопнуть крышку, как боль пропадала, а рука приходила в нормальное состояние. Странно. Пока не могу даже гипотезу выдвинуть, почему и каким образом это работает. Но то, что работает, это несомненно.
Погружённый в свои мысли, я вернулся в свой амбар. И понял, что не один в нём.
На верхней площадке, рядом с компьютером стояла Лана Лэнг. И глядела в мой телескоп… настроенный на веранду её дома.
Эм, очень неловко быть пойманным за подглядыванием в замочную скважину. Однако… как меня назвал Лекс? Змеем Искусителем? Возможно стоит хоть немножко посоответствовать столь громкому титулу...
- Лана, - поприветствовал её я, поднимаясь по лестнице, держа шкатулку в руках.
- Твоя мама сказала мне подождать тебя здесь. Ты не возражаешь? Удивительное место, - оторвавшись от окуляра телескопа, заговорила девочка, незнающая, куда деть руки. Она нервничает. И смущена. Хм, «Высшая степень смущения – встреча двух взглядов в замочной скважине»? Да?
- Отец построил его. Называет моей «Крепостью одиночества».
- Не знала, что ты увлекаешься астрономией, - перевела всё же фокус внимания на телескоп девчонка. Хм, всё же не «Высшая степень». – Ты в курсе, что отсюда видно мой дом?
 
- Правда? – «удивился» я. – Как интересно. Буду теперь знать. Но так-то это логично, учитывая, что мы всю жизнь живём всего в миле друг от друга. Но ты никогда раньше не приходила.
- И тебе интересно, что я здесь делаю сейчас… - опустил глаза она.
- Ну, - протянул я, показательно задумчиво. – Парень, девушка… одни. В амбаре… на закате… О! Мне определённо нравится ход твоих мыслей, - заметил я, наблюдая за тем, как порозовели её щёчки.
- Кларк! – возмущённо стукнула она меня кулачком по плечу. – Вообще-то, я пришла извиниться, - тут же сбавила она обороты и снова опустила глаза.
- Извиниться? За что? – неподдельно удивился я.
- За поведение Уитни… Он подвесил тебя на столбе в поле, сделал «Пугалом»… а ты…
- А я разбил ему нос на Школьном Балу. По-моему, мы квиты, - пожал плечами я.
- …а ты спас ему жизнь! – всё же закончила свою фразу девушка.
- Ну, жизнь слишком хорошая штука, что бы позволить её потерять кому либо, из-за таких глупостей. Любой бы поступил так на моём месте.
- Не любой, - серьёзно посмотрела она. – Лекс Лютер рассказал мне о Джереми Крике, - я устало вздохнул и возвёл глаза к потолку.
- Серьёзно, Кларк! Ведь, если бы не Джереми, ты пошёл бы на Бал бить Уитни всё равно? Не верю, - заявила эта идеалистка.
- А вот сам я в этом не уверен, - честно ответил я. – В тот момент, на сцене… бить его было приятно.
- Зачем ты так говоришь? Зачем пытаешься выглядеть хуже, чем есть на самом деле? – с жаром заговорила Ленг. – Ты же спас там всех нас! Если бы ты… - я приложил свой указательный палец к её губам. Девушка от неожиданности замерла и замолчала. Глаза её широко открылись. Затем я наклонился и, убрав палец, прикоснулся к её губам своими губами. Легкий-лёгкий, целомудренный и осторожно-нежный поцелуй. Как целуются дети в свой первый раз. Можно было бы быть настойчивым, страстным, пожалуй, даже получилось бы. Но я не стал. Зачем спешить? Мне нравится эта игра. Такие острые чувства, такая бурная реакция тела («бабочки» в моём животе тоже были явно инопланетные, поскольку «трепетали» своими крылышками, судя по ощущениям, на сверхзвуке). Не-е-ет, такую игру нельзя обрывать в самом начале.
- Прости, - отстранившись от её губ, «смутился» я. А может и правда смутился? Красный, по крайней мере, я был, словно варёный рак. – Ты была так близко и так красива, что я не удержался…
- Кларк… - внезапно севшим голосом сказала она. Затем вспыхнула сильнее меня, взгляд её заметался, руки перестали находить себе место. – Я… мне надо идти… прости… - и кинулась уходить-бежать из моей «Крепости Одиночества».
- Постой, - остановил я её, успев поймать кончиками пальцев, её пальцы. Боже! Словно током пробило от прикосновения. О-о-о! Я уже поплыл. На самом деле, словно пацан безголовый, начинаю терять ясность мыслей. – Лекс нашёл твой кулон, когда снимал меня с шеста, - протянул я ей шкатулку. – Не знаю, откуда он там…
- Я давала его Уитни, как талисман перед игрой… на удачу, - обернулась девочка и посмотрела на шкатулку в моей свободной от её руки руке.
- Он не знал, чьё это и попросил меня вернуть… хозяйке, - продолжил я говорить, так и не решаясь разорвать прикосновение. – Только… Лана… ты носишь его, не снимая, после трагедии… как напоминание о боли, а не как память о них… может пора… отпустить? – сделал шаг ближе к ней и всё же заставил себя разорвать прикосновение. Но при этом зацепился за её взгляд своим взглядом.
- Возможно… пора, - словно загипнотизированная, повторила за мной она. Боже! Если такое сейчас творится со мной, со всем моим «прошлым» опытом, то насколько сейчас сносит голову ей? Кларк – ты садюга, так играться с чужими чувствами.
Вот только правильные мысли не помогали делать правильные действия, и голова моя опускалась всё ниже, а глаза и губы наши становились всё ближе.