Сумрак Андердарка (СИ)

Потому, основательно забив повозки припасами в Чед-Насаде, мы двинулись в путь, постепенно уходя во всё более дикое Подземье, где движение торговых караванов — редкость, а уж зачистка пещер городской стражей и вовсе не проводилась никогда.
Две недели спустя.
— Какая скука… — зевнула Шеллис, наблюдая, как огры и минотавры затаскивают наши телеги на уступ в треть людского роста высотой, за которым продолжалась нужная нам дорога… Если, конечно, этим гордым словом можно назвать направление, которого никогда не касалась рука разумного. — Эй, малютка, иди сюда! Тёте Шеллис надо расслабиться! — с предвкушающей улыбкой повернулась она к Ю Лан. И нет, дьяволица не испытывала развратных поползновений к уже молодой девушке, а не девочке, просто…
  
— Руки прочь от ребёнка! — мгновенно среагировала на этот манёвр Линвэль, оборонительно сцапав девочку, с явным намерением не пущать и не допущать. — Ну-ка, милая, скажи, как я тебя учила!
— Ушки… не дам, — послушно выдавила та, стараясь, чтобы это звучало максимально решительно, но я-то чувствовал, насколько сильное смущение она испытывает оттого, что её норовили за этим самым ушком чесать при любом удобном случае.
— Уй-ти моя хорошая! — расцвела лунная эльфийка, ещё сильнее стискивая ребёнка, после чего торжественно зыркнула на дочку Асмодея: — Слышала? Она тебе не игрушка!
— Ой, вы только посмотрите на неё! — манерно передразнила мою супругу Шеллис. — Да ты же сейчас от лицемерия лопнешь! Жадность — это плохо!
— А и утрёшься! — ответили ей самодовольным взглядом. — Я невинное дитя от натурального дьявола защищаю!
— Конкретно сейчас ты её грозишься придушить, — фыркнула в ответ баатезу. — И давай спросим у неё. Ну же, малышка, хочешь к тёте Шеллис? Ты же знаешь, эти коготочки умеют делать твоим ушкам очень-очень хорошо… — с самой сахарной интонацией прожжённой маньячки поиграла она пальчиками и наклонилась к девочке.
— Умф… — совсем смутилась Ю Лан, уже сама пряча лицо в груди Линвэль и в целом втягивая голову в плечи.
Я же за всем этим наблюдал с тщательно скрываемым весельем. Ага, и псионически общался с обладательницей ушек и хвостика, совмещая тренировку с весельем, ведь я мог транслировать ей ощущение почёсывания за этим самым ушком, обходя её попытки закрыться и защититься, а она, собственно, продолжала тренироваться в защите, пытаясь мои ментальные щупальца скинуть или и вовсе «свернуть узелком», закольцевав на самих себя, ха, ловко-ловко!
— Ну вот, вы научили её плохому! — между тем возмутилась моя фамильяр.
— Ну-ну, — хмыкнула подошедшая ближе Айвел, — ты бы себя со стороны видела! С таким лицом только пленников до припадка доводить!
— А вы на меня не кивайте! Ваши лица я тоже наблюдаю каждый день и видела, какие выражения они принимают, когда вы сами её тискаете!
— Ты ещё скажи, что выражения «позаботился дьявол» и «позаботился эльф» — это одно и то же!
— Вот-вот! Не манипулируй тут, страшная, злая женщина!
— Ах вы! — вскипела дьяволица, но, бросив на меня взгляд, осеклась. — Я вам ещё отомщу, — резко перешла она почти на шёпот. — Вы у меня ещё будете извиняться! — уже более спокойно и даже с некоторым предвкушением посулила она, складывая руки на груди.
— Она сейчас о чём-то пошлом думает, верно? — повернулась ко мне Айвел.
— Да, — не стал скрывать я, прекрасно ощущая, что задумала моя фамильяр нечто явно крайне неприличное.
— Нет-нет, хозя-я-яин, — в следующее же мгновение прильнула к моей груди дьяволица, — не рассказывайте им. Пусть это будет сюрпризом! Обещаю, вам очень… очень понравится!
— Кхм… — сделал я вид, что задумался, хотя, конечно, думать тут было не о чем.
— Э-э-эй… — начали было укоризненно тянуть мои супруги, но тут нас прервало возвращение улетевшей исследовать дорогу впереди Тмистис, за которой спешили двое дроу из передового дозора и Эндаэль.
— Фобос, там впереди воробьиные крабы! Во-о-от такие! — насколько могла, развела руки в стороны фея.
— Кто? — тут же переключилась на новость Лин.
— Такие большущие воробьи, даже вороны, наверное! Тока без перьев и с клешнями! Агромадные! И глазы у них дурные! Злобные глазы! Совсем как у бобров на плотине, вот!
— Э-э-эм…
— Господин, — обогнув уже затащенные на уступ телеги, спрыгнул к нам командир передового дозора, — впереди возможны охотничьи угодья крюков ужаса.
— Вот как? — я сосредоточился на чувстве жизни, но никого уловить не смог — видимо, ещё слишком далеко. — И сколько их, по твоему мнению?
— Не могу сказать, — пожал плечами эльф, — это может быть как одиночный разведчик, так и охотничья группа, а то и вовсе клановые стражи, что охраняют логово.
— Тмистис видела семь! — напомнила о себе малютка. — Огромные! И к нам идут.
— Что же, будьте готовы к бою, — распорядился я.
Крюки ужаса представляли собой типичную тварь Подземья — феноменально огромную, до трёх метров в холке, отвратно-страхолюдную помесь прямоходящего жука с птицей, чьи верхние конечности венчали острые искривлённые когти длиной с хороший полуторный меч. Когти эти явно когда-то были клешнями, о чём свидетельствовали рудиментные отростки у основания крюка, но в какой-то момент у предков данного вида монстров нижняя часть клешни начала атрофироваться, а верхняя — всё больше превращаться в подобие меча. В любом случае эти твари были стайными и даже немного разумными, а потому представляли собой не самого приятного противника даже для тёмных эльфов. Правда, для отряда в сотню клинков, тем более с поддержкой магов (причём полноценных, а не «урезанных» по самое не могу волей правящих стерв), даже самая большая стая не должна стать проблемой. Однако расслабляться я не собирался, ибо мало ли что?
В общем, перетаскивание товаров временно приостановилось, и огры с минотаврами принялись облачаться в доспехи, а дроу, что с доспехами не расставались даже во сне (том медитативном состоянии, которое им сон заменяет), взялись проверять оружие и собираться в ударный кулак, на который маги уже накладывали первые заклинания усиления.
Прошло совсем немного времени, прежде чем самая боеспособная часть нашего каравана двинулась вперёд — зачищать путь от нежелательных встречных, а оставшиеся встали на охрану рофов и телег. Как ни странно, первым противника засекло не моё чувство жизни, а слух. Это были чуть слышные даже для моего и эльфийского уха постукивания и поскрипывания, на какие даже не сразу обратишь внимание, ведь тоннели в Подземье порой искажают и переносят иные шорохи на десятки миль, плюс треск нагревающегося и остывающего камня, если где-то в округе течёт лавовая река. Вот только дроу не первый год по пещерам лазали, да и мы с этими тварями уже встречались.
— Их — четырнадцать особей, — сообщаю уже изученным языком жестов, активно применяемым в таких ситуациях тёмными эльфами, ибо если мы слышим монстров Андердарка, то и они услышат нас с вероятностью в девяносто процентов.
Эльфы вокруг меня, не задавая глупых вопросов, жестами обозначили понимание, и мы продолжили путь, пока не достигли весьма неприятного участка пещеры, где стены были особо густо усеяны уступами и небольшими площадками, расположенными на ярус-два выше дна тоннеля. Тут-то эти гады и засели в засаде, судя по всему, или услышав ещё хеканье перекладывающих грузы огров, или, что более вероятно, учуяв запах оных огров, рофов или минотавров. И всё бы хорошо — мы с собой здоровяков не взяли и, не без помощи магии, до сих пор прекрасно себя скрывали, да только очень уж неудобно твари засели под самым потолком. Так, что и всех разом не выцелишь, и для ближнего боя не подберёшься. А так как крюки ужаса были существами почти разумными, то могут и смекнуть, что им тут ничего не светит, после чего начать разбегаться, начни я швыряться магией по тем, кого точно зацеплю. И я совсем не был уверен, что смогу догнать в незнакомых тоннелях всех представителей данной охотничьей партии, чтобы не дать им добраться до гнезда и привести подмогу, что может следовать за нами в попытках отомстить ещё пару недель.