Чисто шведские убийства. Отпуск в раю
Он уже почти заканчивал свое преображение, когда коллега из комиссии перезвонил ему.
— Спасибо, — сказал Винстон. — Да, именно так я и думал.
По телу распространилось странное спокойствие. Головную боль как ветром сдуло. Воздух казался чистым. Даже кот больше не раздражал.
Винстон надел начищенные ботинки, встал перед зеркалом, повязал галстук.
Двойным виндзорским узлом.
— Ну, что скажешь? — спросил он Плутона.
Кот склонил голову набок.
— Ты абсолютно прав, — согласился Винстон. — Самое время позвонить Эспинг. В последнем акте нам без нее не обойтись.
Глава 50
Примерно через час Винстон уже звонил в домофон Йислёвсстранда.
— Алло? — отозвалась Элин Сиденвалль.
— Здравствуйте, это Петер Винстон. Вы не могли бы впустить меня? И оставить ворота открытыми. Будут еще гости.
— У нас собрание…
— Да-да, я знаю. Но это по полицейской части и не терпит отлагательств.
Ворота медленно открылись, и Винстон подъехал к дому, возле которого было припарковано еще несколько машин. Винстон узнал «Теслу» Никласа Мудига и зеленый «Рендж-ровер» Софи Врам. «Ягуар» на электротяге, принадлежавший Поппе, соседствовал с автомобилем с логотипом «Симбрисхамнсбладет».
Винстон в последний раз поправил галстук, глядя в зеркало заднего вида, и вылез из машины.
Открыл входную дверь, пересек холл, прошел мимо огромной кухни. Постоял на площадке верхнего этажа. Отметил, что стекло наконец вставили. Изменилось и еще кое-что.
Скульптура-крюк исчезла, а холодную стальную мебель заменили деревянной, что вместе с новыми коврами и картинами сделало дом уютнее. Внизу, как во сне, было полно людей.
Помимо Мудигов и Софи Врам Винстон увидел здесь Поппе, Кристину и Аманду — всех с бокалами в руках. Там же был Клас Мортенсон и еще несколько человек, незнакомых Винстону. В одном углу стояла Юнна Остерман вместе со своим молчаливым коллегой, а в другом — мускулистый молодой человек с сережкой в ухе и волосами, собранными в пучок, — это он проверял списки гостей на дне рождения Аманды. Судя по серьезному, как могила, выражению лица, он и был тем телохранителем, которому Мортенсон доверил защищать Элин. Официант обходил гостей с подносом шампанского.
На одной стене был натянут экран; Элин Сиденвалль как раз выступала перед собравшимися.
— …поэтому мы с Класом решили изменить концепцию проекта, — услышал Винстон ее слова. — Вместо того чтобы продавать виллы в единоличное владение, мы задумались о таймшере по образцу испанского. Эстерлен — для всех, а не для горстки избранных.
Элин сделала паузу, чтобы коллега Юнны сделал пару снимков. Затем она показала несколько графиков и заговорила о прибыли. Гости с интересом слушали, Юнна делала пометки в блокноте.
От входной двери донесся шум. Это явилась Эспинг, которая, как они с Винстоном и условились по телефону, привезла с собой Маргит Дюбблинг и обоих Шёхольмов. За ними шел Эл-Йо с озабоченным лицом.
— Ладно. — Эспинг явно запыхалась. — Все на месте. Я привезла компьютер. Мы готовы!
Винстон шагнул к перилам.
— Прошу прощения! — веско произнес он.
Все взгляды обратились к нему. Элин замолчала.
— Прошу прощения, что прерываю презентацию, но нам необходимо прояснить некоторые обстоятельства.
Винстон спустился по лестнице. За ним спустились Эспинг и остальные новоприбывшие. Ян-Эрик с любопытством озирался.
— Вот она, пасть зверя! — излишне громко произнес он и подхватил с подноса бокал шампанского. — Дорогой Петер, придется вам объяснить, что все это значит. Не каждый день полиция увозит тебя из собственного дома. Хотя постойте… — Ян-Эрик расплылся в довольной улыбке. — Вы собрали здесь всех подозреваемых, чтобы обличить преступника, прямо как в «Убийстве в Восточном экспрессе». Браво, дорогой Петер! Браво!
Грузный актер поднял бокал, прочие гости загудели, но затихли, когда Винстон вскинул руку.
— Ян-Эрик прав. Мы собрались, чтобы разгадать тайну, и сделаем это вместе.
— А нельзя было до завтра подождать? — раздраженно прервал его Мортенсон. — И сделать все как-то более цивилизованно? Эл-Йо?
— Нет! — неожиданно твердо ответил Эл-Йо. — Дело не может ждать. — Он кивнул Винстону. — Продолжайте, пожалуйста, Петер!
Винстон кивнул в ответ и смотрел на гостей, пока не убедился, что все внимание снова направлено на него.
— Перед нами загадочная история, — начал Винстон. — В ней есть сильные чувства, незавершенные дела. — Он взглянул на Софи Врам, потом на Класа Мортенсона и продолжил: — Любовь и ненависть. — Отметил, как поежились Мудиги. — А еще это история о короле Лире, летних беседах и неуловимом коте. И, что немаловажно, о семейных связях.
Винстон заметил, с какой надеждой смотрит на него Аманда.
— Эта история начинается с Софи Врам. Не зная, что делать с бесполезным участком земли в Йислёвсхаммаре, она связывается со своим старинным другом, яблочным королем Класом Мортенсоном.
Винстон указал на Софи, потом на Мортенсона.
— Класу приходит в голову идея построить элитные виллы. Но, чтобы избежать ненужного внимания, нужна подставная фигура. Кто-то, кто не боится конфликтов. И тут появляется Джесси Андерсон. Селфмейд-риелтор, звезда телешоу с жесткой хваткой и умением держать нос по ветру. Идеальный фасад. При Джесси ассистентка — малозаметная, но компетентная.
Элин бледно улыбалась, теребя блузку.
— Благодаря знакомствам Мортенсона разрешение на застройку без труда проходит все инстанции, в том числе и охрану береговой линии, — продолжал Винстон. — Хотя местные жители выступают против застройки единым фронтом и отнюдь не молчат. Громче всех звучит голос Маргит Дюбблинг, а также Яна-Эрика и Альфредо Шёхольмов, чей дом еще и оказался по соседству со строительной площадкой.
— Hear, hear! [40] — Ян-Эрик снова с довольным видом поднял бокал. Альфредо и Маргит происходящее явно забавляло гораздо меньше.
— Но Клас, Софи и Джесси недооценили сопротивление. Местные жители начинают собирать подписи против застройки, подают жалобы, а пресса пишет критические статьи.
Винстон кивнул Юнне Остерман; та в ответ заинтересованно взглянула на него.
— Потенциальные покупатели насторожились. Остались только Софи Врам, которой пообещали скидку в благодарность за то, что она продала участок, и супруги Мудиг. Проект вот-вот обанкротится. Но тут вмешивается Клас: со счета его кипрского предприятия приходит внушительная сумма, а Клас благодаря этому значительно увеличивает свою и без того существенную — и анонимную — долю.
Клас Мортенсон изо всех сил старался сохранять невозмутимый вид.
— Далее — гениальный ход. — Винстону стало жарко. — Джесси Андерсон покупает скульптуру-крюк, уводит из-под носа у муниципального совета и обещает пожертвовать ее городку. Эта мера создает проекту хорошую рекламу, мнения меняются, снова появляются покупатели. А Маргит Дюбблинг и Шёхольмы стремительно теряют единомышленников. Но у них есть союзник — неизвестный, называющий себя Николовиусом. Этот человек пишет в «Симбрисхамнсбладет» письма-заметки о проекте — злые, но бьющие точно в цель.
Винстон указал на Эспинг, которая подключила свой ноутбук к проектору.
— Итак, вечером семнадцатого мая на этой вилле кое-что происходит. Некто поджигает контейнер для отходов и краской из баллончика пишет на машине Джесси Андерсон ругательство.
Эспинг запустила запись с камеры наблюдения. Одетая в темное фигура в лыжной маске стала подкрадываться к машинам.
По толпе зрителей прошел тихий гул. Эспинг остановила запись и увеличила кадр, на котором была та блестящая точка.
— Вандалом, как вычислила моя достойная похвалы коллега Туве Эспинг, оказались вы, Маргит, — медленно произнес Винстон. — Под лыжной маской можно заметить ваши очки.
Гул стал громче. Маргит Дюбблинг смотрела в пол.
— В первый раз, я думаю, вы действовали на свой страх и риск, — продолжил Винстон. — Вы пробрались к вилле со стороны пляжа, подожгли контейнер, испачкали машину и тем же путем вернулись. Но молчать о этом вы не могли и все рассказали Яну-Эрику и Альфредо. Когда до вас стали доходить слухи о том, что проект, против всех ваших надежд, не умер вместе с Джесси, вы решили действовать дальше. На этот раз вы пробрались на стройплощадку с участка Шёхольмов, через лаз под оградой, а потом тем же путем вернулись к ним. Эспинг успела заметить вас в окне их гостевого дома.