Чисто шведские убийства. Отпуск в раю

Винстон крепко зажмурился раз, другой, чтобы прогнать пузырьки, и одной рукой схватился за дверной косяк. Нельзя сейчас падать в обморок, нельзя.
— Элин, — слабо проговорил он. — Элин?
Никто не ответил. Пульс понесся вскачь, шум в голове нарастал.
Полный дурных предчувствий, Винстон сделал глубокий вдох, нажал на дверную ручку и медленно открыл дверь спальни.
  
Глава 26
 
Кровать Элин Сиденвалль была застелена так же аккуратно, как в прошлый раз. Шторы на приоткрытом окне слабо колыхались.
В остальном в спальне было пусто.
Винстон с облегчением опустился на кровать и несколько минут посидел, пока сердце не успокоилось. Он чуть не потерял сознание, причем в обстоятельствах, хуже которых не придумаешь. А тревога оказалась ложной.
Винстон оглядел комнату. Так же прибрано, как в прошлый раз, за исключением, может быть, наполовину пустой упаковки ибупрофена, лежавшей на ночном столике рядом с книгами.
Верхней в стопке оказалась «Убийство Роджера Экройда» — Винстон и сам любил эту книгу. Что касается детективов, у Элин определенно хороший вкус. Винстон поднялся и проверил окно. Задвижка на месте. За окном виднелась унылая битумная крыша гаража.
Винстон снова спустился вниз — и обнаружил, что входная дверь широко распахнута. В дверном проеме стояла Эспинг, а за ней — Элин Сиденвалль, лицо которой наполовину закрывали большие солнечные очки.
— Дверь террасы была открыта, — объяснил Винстон, немного оправившись от смятения. — Мы стучали, но вы не открыли.
— Мне позвонил прораб, — сказала Элин. — Пришлось съездить в Йислёвсстранд.
— На машине Джесси, — прибавила Эспинг.
— Да. Мою надо было заправлять, а дело срочное.
— Вы перед тем, как уехать, заперли дверь террасы? Не помните? — спросил Винстон.
— Н-нет?
Похоже, Элин лишь теперь поняла, о чем он говорит, и встревоженно спросила:
— Вы думаете, ко мне в дом кто-то влез?
— Не знаю. Проверьте, пожалуйста, всё ли на месте.
Элин быстро прошла по дому; Эспинг и Винстон следовали за ней.
— Все как будто так же, как когда я уезжала, — сказала она. — Я, наверное, просто забыла запереть дверь. Ужасно глупо…
И она жестом пригласила Винстона и Эспинг выйти на террасу.
Проглянуло солнце. Пели птицы, и сад выглядел не так мрачно, как когда они приехали.
— Мы хотели спросить вас еще кое о чем, — начал Винстон, когда они усаживались. — Джесси состояла в связи с Никласом Мудигом?
Элин сначала замерла, потом сдержанно кивнула:
— Думаю, да.
— Джесси что-нибудь говорила? — спросила Эспинг.
— Нет. Она предпочитала не распространяться о своей личной жизни. Но я что-то такое чувствовала. Джесси, когда у нее была назначена встреча с Никласом, всегда прихорашивалась особенно тщательно. А еще я заметила, что Даниэлла и Джесси недолюбливают друг друга. Ну и потом, тот неловкий телефонный звонок прошлым летом…
Элин смущенно потупилась.
— Мы показывали дом. Джесси сопровождала клиента и отложила телефон. И когда телефон зазвонил, ответила я. Рефлекторно ответила, я тогда еще недолго у нее работала. Увидела, что звонит Никлас, мы пару раз встречались, и сказала: «Добрый день, Никлас» или как-то так. Он, наверное, принял меня за Джесси и успел наговорить сальностей, прежде чем я бросила трубку.
Элин помолчала; щеки у нее пылали.
— Джесси потом так меня выругала! Сказала, чтобы я больше не смела прикасаться к ее телефону. Ужасно неловко вышло…
Она снова опустила глаза.
— Я правда очень сожалею, что не рассказала вам об этом в понедельник, но я не хочу разрушить брак Никласа. К тому же поначалу все решили, что Джесси погибла из-за несчастного случая, а история с тем звонком казалась мне неважной. Но я все равно представить себе не могу, чтобы Никлас имел какое-то отношение к смерти Джесси.
— Понимаю. — Винстон пару секунд помолчал, давая молодой женщине собраться с духом, и сменил тему: — У нас еще один вопрос. Проект начал трещать по швам, но всего через месяц на счет агентства поступила денежная сумма со счета некой фирмы, зарегистрированной на Кипре. На эти деньги Джесси, в числе прочего, купила скульптуру. Вам об этом что-нибудь известно?
 
— Джесси говорила, что деньги поступили от тайного инвестора. Больше она ничего не хотела рассказывать.
— Вообще ничего?
— Нет. В этом вопросе она была настроена решительно. Сказала, что подписала нечто вроде договора о неразглашении. Я решила не копаться в этом деле.
Элин убрала выбившуюся прядь.
— Вы знаете подрядчика по имени Фредрик Урдаль? — спросила Эспинг.
— Электрика? Джесси его уволила. Неприятный тип. Звонил, кричал.
— Вы не в курсе — он ей не угрожал?
— Возможно. Но Джесси было не привыкать к конфликтам. Она не давала себя запугать.
— Почему она его уволила?
Ассистентка несколько секунд помолчала, словно подыскивая слова.
— Джесси была перфекционисткой. И не терпела людей, которые не соответствуют ее требованиям. Особенно когда дело касалось проекта, который она столько времени вынашивала.
— А что произошло в день показа на вилле? — вмешался Винстон. — Когда вы ездили за шампанским? Мудиги сказали — им показалось, что буквально перед тем, как они столкнулись с вами в дверях, вы с Джесси поссорились.
От этого вопроса Элин, кажется, стало не по себе.
— Джесси иногда бывала несдержанной на язык, особенно когда выпьет, — глухо проговорила она. — Напустилась на меня из-за того, что шампанское кончилось. Я решила, что это несправедливо.
Элин натянуто улыбнулась.
— Но я понимала, что на самом деле Джесси этого не хотела. Она умела быть прохладной, держать людей на расстоянии. Но бывала и мягкой, и чуткой. Я одна из немногих, кому довелось знать ее с этой стороны. Ужасно грустно, что наш последний разговор превратился в ссору из-за идиотской бутылки шампанского.
Ассистентка достала из сумочки бумажный платок и прижала его к векам. Эспинг, бросившая тем временем взгляд в открытую сумочку, углядела там хорошо знакомый ей черный цилиндр.
— Я все-таки не понимаю, что произошло, — сказала Элин. — Вы правда думаете, что Джесси убили? И те послания в газету имеют к ее смерти какое-то отношение?
— Вы про Николовиуса?
— Да, про него. Он же тогда написал: виновные заплатят за свою алчность. Именно это с Джесси и случилось?
— Пока не знаем, — ответил Винстон. — Нам еще во многом предстоит разобраться.
От Элин они опять направились к кафе Фелисии. Солнце снова зашло за тучу, ветер гулял в ивовых аллеях.
— У меня как-то не прибавилось ясности насчет Элин, — сказала Эспинг, доставая телефон.
— Да? Она же объяснила, почему не рассказала про Никласа Мудига.
— Нет, там другое. У нее в сумочке перцовый баллончик, я его увидела, когда она доставала платочки. Элин утаила от нас информацию во время первого разговора и, по-моему, продолжает что-то скрывать.
— Может, вы и правы. Но что странного в ее страхе? Она живет одна, ее работодательницу недавно убили.
— Это верно, но как же она тогда так неосмотрительно не запирает двери?
Когда они подъезжали, по окнам машины застучали первые капли дождя. Винстон высадил Эспинг у кафе.
— Завтра созвонимся, — сказала Эспинг. — Подозреваю, что Эл-Йо захочет поговорить с вами.
По дороге домой Винстон поймал себя на том, что все больше думает об Элин Сиденвалль.
Что-то в ней ему нравилось. Может быть, она напоминала Аманду.
Подъезжая к Бэккастюган, Винстон увидел у дома машину. Вероятно, к нему явилась Кристина, и Винстон приготовился к нагоняю. После того как Кристина вчера накрыла его в Брёсарпе, она ему не звонила, и Винстон по опыту знал, что легко не отделается.
Однако, подойдя к двери, Винстон, к своему удивлению, обнаружил Поппе, который курил сигару, сидя на крыльце.