Долг человечества. Том 5 (СИ)

— Я тожэ, ара, Катю-джан спасать. — Вызвался и Микаэль.
— Ну и куда вы нарядились ни свет, ни заря, шумите тут… — Заспанная, нервная Варя выглянула из своей ячейки.
Егор присоединился к мужчинам, тоже уверенно на меня глядел, выказывая желание пойти. Я же, заметив Варю, припомнил еще кое-что, и бравую троицу пока оставил в покое, дойдет до них очередь.
— Варь, кое-что приключилось, мы экстренно покинем территорию долины. Ты за старшую, мы на выручку Кати. — Попытался я прояснить так быстро, как смог.
  
— Дуралей, Женя сказала лежать смирно и не рыпаться. — Ее голос, обычно спокойный и слегка надменный, сейчас сквозил ядом в мой адрес. Она проскользила взглядом меня с макушки до пяток, бледного и с трудом стоящего на ногах. — Что происходит? Пока не объяснишь необходимость в очередной раз рисковать жизнью, я тебя никуда не пущу.
В подтверждение своих слов, Варя спустила босые ноги из своей ячейки на землю, отставила в сторону кисть, и в нескольких сантиметрах от ее ладони разгорелся тугой пламенный шар, бурлящий ожившей магмой.
— Сейчас совсем не время для споров. Я же объяснил, Катя сделала глупость и сейчас отправляется к Барону, нужны еще доказательства необходимости? — Злился я все сильнее.
Шарик вспыхнул сильнее, завертелся быстрее и, лопнув, как воспламенившийся мыльный пузырь, рассеялся.
— Я уже говорила, что она тупица?
— Себя вспомни. — Буркнул Боря. — Тоже тебя с бревна снимали, и тоже из-за глупости.
— Тоже верно, толстячок. — Ухмыльнулась она. — Ладно, возвращайте эту змеюку домой.
Я еще не решил, что мне делать с этими тремя. Боря-то однозначно пойдет со мной, как поддержка и прикрывать меня, на всякий случай, но эти… В глазах читается уверенность и смелость, для всех троих это дело чести, ведь… когда-то они были невольниками. Да и, насколько я понимаю, в коллектив влились, считают Катю своей.
К черту думать об этом. Решились идти на подмогу — значит так тому и быть. Разве что…
— Егор. — Бросил я взгляд на парня. — Принимаю твой порыв, но ты уверен?
— Абсолютно. — Не мешкая ни секунды ответил парнишка. — Я пойду.
— Ладно, хрен с вами, золотые рыбки… Выдвинулись, к лифту и почапали, времени совсем нет! — Отдал я команду бодро, скрывая внутренний раздрай, усталость и боль.
  
Глава 11
 
— Светлячка не будет? — Несмело и робко спросил Егор, очутившись в кромешной тьме после минуты спуска в шахте лифта.
— Не будет. — Ответил я. — Едем так, и не шастайте по платформе без причины, мы так и не приделали перила.
— Вай, прасти, начальник, нэ успэл. — Сокрушался Микаэль, посчитав, что это в его огород камень.
— Не принципиально. Чего ради решили идти за мной? — Переключил я тему, спускаться нам минут сорок, и это даже быстро, противовес настроили так, чтобы скорость была довольно высокой.
Первым вызвался отвечать Владимир. Он, с его слов, когда вник в проблему и понял, что к чему, просто не мог остаться в стороне. Выходило, что конкретно я и Катя, эгоисты, которые остальных себе за равных не считают. Никто не потрудился хотя бы примерно объяснить ему, что мы планируем, а ведь для многих, да что там, почти всех в лагере эта грядущая встреча так или иначе важна.
— Вов, — прервал я его гневную тираду, — злись на меня сколько хочешь, но месяц с лишним на полигоне научили меня одной важной вещи.
— Это какой? Отмалчиваться? — Вклинился он, сложив руки на груди. Жаль, лица его не видел.
— Именно так. — Подтвердил я. — Буду разглагольствовать направо и налево о своих планах, никогда ничего не будет получаться. Вот и сейчас, пожинаю плоды отступления от своих правил — единственная, на чье здравомыслие и помощь я рассчитывал, безалаберно херит все, до чего дотянется. И, будь уверен, — сделал я короткую паузу на обдумывание, — именно с ее точки зрения она делает все правильно.
— Сколько людей, столько и мнений. — Бросил в темноте Борис.
— Представь на секунду, какие бурления бы начались, посвети я в план каждого. — Мысленно согласился я с Борей и дополнил.
— И что? Ну, начались бы, и что дальше? Все тайное становится явным, Марк, и то, к чему мы могли подготовиться все вместе, размышлять, предлагать идеи, сейчас все равно выполняем группой, как ты ни старался.
— Вообще-то, — прокашлялся я, — я никого, кроме Бори, с собой не звал.
— Ты должен научиться видеть в нас соратников, и тех, кому тоже важно своими глазами увидеть смерть Барона, а может даже и лично вонзить кинжал в его глотку! — Вспылил Владимир.
— Люди непоследовательны, глупы, импульсивны и склонны к излишней драматизации. — Спокойно ответил я. — Чем больше людей, тем более непредсказуемой становится обстановка. И именно из-за жажды мести лично каждого, я уверен, что вот таких вот «тайных» вылазок, какую в текущий момент предпринимает Катя, было бы больше.
— Это жестоко… — Расстроился от моего ответа Владимир, он ждал чего-то другого.
— Жестоко лишать людей возможности глупо и бессмысленно умереть? Ну так я с самого начала никого силой в лагере не держал, это прибежище, в котором людям просто позволено жить, а дуракам, одержимым идеей вендетты, дорога была открыта, нужно было только сообщить.
Повисла тишина, нарушаемая лишь раздувающимися ноздрями от нервного втягивания воздуха. Я выдохнул, успокоился, и стал искать рациональность в том, что будет дальше.
Хотя я и прояснил свою позицию, даже для меня была заметна одна несостыковка. Нет, это не попытка солгать и скрыть истинные мотивы, скорее это внутренняя тяга предотвратить катастрофу. Я противоречил сам себе, говорил, что мне плевать на тех, кто по собственной глупости ищет смерти, но то была полуправда.
— Если ты так считаешь, шеф, — прервал мои размышления Борис, — почему тогда сам сейчас идешь по Катиному следу? Почему, вопреки своему состоянию, намеревался идти туда один, никого не позвав на подмогу?
В кромешной темноте, голос Бориса звучал надтреснутым, похоже, мой следующий ответ гораздо важнее, чем может показаться на первый взгляд, и во многом определит мои будущие отношения с нашим здоровяком-целителем.
— Когда я сказал, что люди глупы, импульсивны и склонны совершать поступки под давлением эмоций, я не собирался оскорбить присутствующих. Ведь я такой же, и не могу допустить того, чтобы девчонка там погибла, а что до меня — полностью отвечать за вас я не могу, а вот за себя вполне.
Тишина в этот раз была куда дольше обычного. Минут пять так точно, а то и больше, часов в этой темноте я не видел, хоть глаза и привыкли уже немного к окружающему мраку. Я же погрузился в обмозговывание фактов.
Спустимся мы без проблем, стены, окружающие шахту лифта воссоздавала Лиза, и инсектоидам до нас не добраться. Более того, природа навыка маленькой трансмутаторши лежит в совершенно естественной плоскости, она буквально заставляет материю меняться и множиться, и если так случится, что она поймает магическое истощение, ничего с уже созданным не произойдет, она не скована лимитами.
Чего не скажешь обо мне. Тем не менее, по прошествии еще около получаса, веревки стопоров натянулись, дернули, отдав инерцию в колени, и платформа остановилась, когда противовес был на самом верху. Мы сошли с деревянного пола и я, не раздумывая, напролом поперся к западному выходу к скалам и барьеру.
Группа последовала за мной. Надо решить, что мне с ними делать, как изменить план, учитывая их возможности, и как выйти сухим из воды. Оказавшись под первыми лучами утреннего солнца, коснувшегося наших невыспавшихся лиц, я остановился, всмотрелся вдаль, оценивая обстановку.
  
— Боря, — не отводя от лба сделанного мною козырька из ладони, — что за навык ты удалил и какой получил взамен?
— Исцеление убрал, шеф… — Как-то скомканно и виновато отозвался здоровяк со щитом. — Тогда, когда я своей магией чуть не сделал хуже Мире, понял, что это не мое. И у Жени учиться пытался, и до ее ухода, и даже когда она вернулась, но я дурак, не могу ничего запомнить.