Магическая Академия, мой бывший ректор-дракон и я (СИ)

— Ты заметила кого-то знакомого?
— Учились вместе. Подойдем или нет?
— Если хочешь, можем и подойти.
Решительно направляюсь по петляющей дорожке к беседке, Эрик идет следом. Все эти восемнадцать лет я даже не задумывалась, скольких оставила позади.
— Арвин и без бутылки? Что с тобой стало, друг мой?
Арвин поворачивается в нашу сторону и смотрит недоверчиво:
— Вы тоже ее видите? — Собравшиеся в беседке утвердительно кивают.
— Катерина! Предательница! Бросила меня одного! — Арвин кидается обниматься. — Я уже думал, что никогда тебя не увижу. Присоединишься к нам?
— Я не одна, — показываю на сына.
— Присоединитесь? — исправляется Арвин.
Смотрю на сына, он лишь пожимает плечами в ответ:
— Мы ненадолго, — поднимаюсь по ступенькам. Компания сдвигается в сторону, освобождая нам немного места. Усаживаюсь и расправляю подол, Эрик устраивается рядом.
— Знакомьтесь, моя подруга, которая меня бросила в Ландорской Академии, Катерина, — Арвин показывает на меня.
— Катерина Даккорская, — показываю на сына, — Эрик Дариан Даккорский.
— Вы родственники? — уточняет русалка, заинтересовано поглядывая на моего сына.
— Да.
— Катерина, а когда ты успела стать Даккорской?
— Я ею родилась. Графиня Даккорская моя родная бабушка.
— И ты молчала? — возмущенно спрашивает Арвин.
— Не обижайся, я просто не знала.
— Надолго в столице? — сменяет гнев на милость.
— Надолго. Эрик будет в Академию поступать. — Благодарю за налитый чай и надкусываю круассан, внутри густой сливочный крем. Вкусно.
— Симон тоже в этом году поступать собирается.
Это младший брат Арвина? Как быстро растут чужие дети.
Когда младшему едва исполнилось три года, у Арвина и Симона погибли родители. Других родственников у них не оказалось, поэтому все заботы упали на плечи старшего Арвина. Ему пришлось отложить поступление в Академию, чтобы воспитывать Симона, ведь тот бродил по дому, плакал и звал брата. И только когда Симону исполнилось восемь, и он смог оставаться с няньками и учителями, Арвин поступил в Ландорскую Академию Магии.
— Симон, я тебя не узнала, богатым будешь. — Он ухмыляется, сверкая клыками.
— Как я погляжу, молочные зубы все выпали?
Все, кроме Эрика и Симона смеются. Ведь мой сын сам становится жертвой историй о детстве. Симон же страдальчески закатывает глаза. Подростки.
— Что? Тебе тогда исполнялось девять, ты сидел и ревел, что у тебя перед празднованием дня рождения выпал правый клык. Ты весь праздник не улыбался.
Симон обиженно поджимает нижнюю губу.
— Ты совсем не меняешься, Симон. Вот с точно таким же лицом ты тогда и сидел. — Допиваю чай и обращаюсь к сыну. — Ты не устал?
— Нет.
— Еще погуляем?
— Если хочешь.
— Ладно, мы пойдем прогуляемся.
Арвин достаёт переговорник. Достаю в ответ свой. Обмениваемся контактами. Прощаемся и мы уходим.
— Эрик. Меня пугает твое состояние.
— Ма, не волнуйся.
Чувствую себя навязчивой и прилипчивой. Это ужасно, когда твой ребенок ходит чернее тучи, а ты ничего не можешь сделать. Желаю несколько глубоких вдохов и продолжаю рассказывать как ни в чем не бывало.
— Эрман начал строительство Лэдо, через пять лет после завершения Ларон. Лэдо запоминается своими колонами, — подвожу сына к одной из колон, что украшают вход. Стражники даже не реагируют, привыкли, что посетители восторженно отсматривают все вокруг. Белые массивные колоны украшены тонкой резьбой. Показываю на знакомые фрагменты. — Танцующие девы с богиней. Дева в гробу, история отдалена напоминает земную Белоснежку, только здесь в истории монетка, которая застряла у нее в горле. Мачеха испекла подобие пирожков с монетами и угостила ими падчерицу. Съесть еду с монетами, значит… принести жертву богу смерти. Холодное тело девы положили в стеклянный гроб и оставили на утесе. И прекрасного принца, что разбудил деву, здесь не было.
— А мачеха?
— Родила герцогу наследника, — пожимаю плечами.
— Никакой справедливости… — вздыхает Эрик.
— … лишь суровая реальность. Пойдем смотреть Ладор? В оранжерее много диковинных цветов. Лидо можно пропустить, там нет ничего особенного, его строил не Эрман. Просто красивое белое здание.
 
— Может уже в следующий раз? Я немного устал.
Возвращаемся в отель, где заказываем в номер поздний обед. День выдался очень насыщенным, не ожидала, что встречу столько знакомых.
— Куда отправимся завтра? Можем прогуляться по торговому кварталу, посетить императорскую библиотеку или устроить пикник в императорском саду.
Эрик задумывается:
— Я бы выбрал торговый квартал и пикник.
— Отлично. Завтра просыпаемся, завтракаем и отправляемся в торговый квартал, а после на пикник. Для него ничего не нужно покупать, в императорском саду продаются уже готовые корзины с покрывалами.
Знала бы я в этот самый момент, кого встречу в императорском саду, то ни за что не упомянула пикник!
  
Глава 9. «Лекарь»
 
Погода выдалась теплой, на небе светит местное солнце. Знакомые вампиры называли светило — Сор, Пауль — Милхт, Герард — Урдор, Дамиан — Ндаш. Подумав, стала называть его не-солнцем. Не солнце, но тоже светит.
Потягиваюсь в кровати. Все еще ощущаю магическую немощность. После моего побега на Землю, меня ждал магический откат. Неделю с постели встать не могла. Мне было то холодно, то жарко, всю трясло, зуб на зуб не попадал. Бабушка отпаивала меня какими-то настойками и убеждала, что это обязательно пройдёт.
Теперь же в мое бренное тело хлынула магия. Физически я ощущаю себя прекрасно, но вот магически… стараюсь держать себя в руках и не использовать магию.
Вчера капнула немного соуса на подол платья, надо лишь щелкнуть пальцами и пятно исчезнет, но я сдержалась. Скинула платье в прачечную.
Скоро все придет в норму и я смогу пользоваться своими способностями.
И тут меня накрывает озарением… Эрик. Его пассивность. Ему ничего не надо, его ничего не интересует. Дракон, проживший всю свою жизнь в слабой магической среде, вдруг попадает в магический мир.
Прости сын, у тебя непутевая мать. По дороге заедем к лекарю, он быстро со всем разберется.
Завтракаем. С большим удовольствием поедаю кашу с фруктами, на очереди круассаны с маслом и джемом, а Эрик ест мясо. Ему нужно есть намного больше в его возрасте, но я ничего не смыслю в драконах и их взрослении, и упускаю даже элементарное. Знала бы, сразу поняла, что с сыном не так, и обратилась к лекарям.
Спасительная капля на платье заставила меня наконец-то задуматься в нужном направлении. После завтрака собираемся. Выбираю юбку, рубашку и жилетку. Выглядит мило. Не хватает сумки, надо исправить это маленькое упущение.
Спускаемся по лестнице в холл, сегодня здесь оживленно. В столицу прибывают будущие студенты, многие обеспечены, что позволяет им останавливаться в отелях, и с родителями, которые планируют устроить удобную жизнь своему ребенку.
— Илка, жизнь в общежитии не для тебя, мой цветочек, мы с папой тебе квартиру снимем, хорошую и рядом с Академией, — дородная женщина в малиновом платье сидит на диванчике, сурово посматривая на дочь.
— Но я хотела жить в общежитии, — мямлит Илка.
— Нет, мой цветочек, в общежитии жизнь сурова, твой брат Маркус в прошлом году категорично заявил, что жить будет только в общежитии. И что? Спустя месяц слезно умолял снять ему квартиру…
Подтверждаю, жизнь в общежитии не сахар. Комендантский час. Одна душевая комната на этаж. Отсутствие кухни. Приходилось есть в столовой или бегать перекусывать за стенами Академии. А если любитель поесть ночью, то только запасаться легким перекусом заранее. В комнатах для более зажиточных был свой душ и даже холодильный морозильный ларь, но там как повезет, у кого-то они попросту не работали, а местный кастелян прикидывался глухим.
Выходим на улицу. Извозчики в количестве трех штук о чем-то оживлено разговаривают. Подхожу поближе.