Некромаг. Конкурент (СИ)

— Ясно, — кивнул тот дэв, который вел разговор, и переглянулся с остальными.
— Раз все прояснилось, то я могу добить свою добычу и пройти в небесные чертоги?
— За нападение на стража по закону полагается отлучение от небесных чертогов. Но страж напал на тебя сам. И, судя по вашим воспоминаниям, он это сделал до того, как ты его спровоцировал или напал на него первым. Так что, за драку со стражем ты наказан не будешь.
  
— А он будет? — спросил нахмурившийся Илья. — Он ведь напал. Это разве законно?
— Такое поведение, безусловно, неподобающее. Отныне он больше не страж. Благо, что драконов на его место найдется в достатке.
— За нападение на меня вы его просто уволите? Он ведь мог меня убить!
— Поверь, для дракона быть поверженным Носфератом пятого чаран — это несмываемый позор. — улыбнулся выступивший вперед дэв. — Сохранение жизни станет для него большим наказанием, чем ее отнятие. К суициду драконы неспособны. Так что, этого балбеса ждут века моральных терзаний и насмешек со стороны сородичей.
— Мне это без разницы. Если он больше не страж, я могу его добить? Мне очень хочется себе летающего зомби.
— Он будет исцелен и удален. После, если встретитесь, поступайте, как желаете. Сейчас этот дракон под защитой Коллегии.
— Что же у вас все так сложно? Ладно. Пусть так. Могу я тогда войти в небесные чертоги? Я же отмылся окончательно.
— Да. Отмылся. И можешь. Но не сейчас и не сюда. Тяжелое ранение стража автоматически блокирует небесные чертоги, которые они охраняют, на неделю. Убийство — на месяц. Туда сейчас никто не может войти, и никто из них выйти. Мы сами тебя переправим в мир песков.
— А так можно было?
— Разумеется. Если бы Саргон или Лилу поставили тебя на учет, то ты сам бы мог обратиться за помощью в Коллегию. Впрочем, это мы сейчас исправим.
По завершении этих слов Илью и все его отряд охватили столбы света, унося куда-то…
Часть 1 
Вышел месяц 
— Пап, я приемный? 
— Вовочка, конечно нет! Ты серьезно думаешь, что я бы выбрал тебя? 
Глава 1 
Илья сидел в фонтане и дурачился.
Учился замораживать крохотные шарики льда и кидал их в наглых лягушек, которые прыгали по здоровенным листам кувшинок…
Большая часть П-и-лака представляла собой парковую зону с бесчисленным количеством бассейнов и фонтанов, украшенных, среди прочего, декоративной растительностью. Поэтому даже загрузившись со своей нежитью в эти водоемы, Илья «со товарищи», практически никого не потеснили и едва ли кому-то помешали.
А жаль.
Сдавленная злоба просилась наружу, и ему хотелось с кем-нибудь подраться. Настолько, что он пошел даже на такую провокацию. Но ничего не происходило и ему приходилось тупо плавиться на жаре. Такой сильной, что даже сидение в декоративном фонтане не помогало. А пользоваться «Дыханием Иора» он не хотел.
Просто не хотел.
Устал сидеть в этом волшебном скафандре.
Бросок.
Крохотный фонтанчик воды поднялся сразу за листом кувшинки. Лягушка же даже не пошевелилась, продолжая свои попытки слиться с местностью.
— Киснешь? — спросила Нефтис подойдя.
— Отмокаю.
— Ты зачем свою нежить в фонтаны загнал и бассейны? Да еще голышом. Да и сам сюда чего так забрался?
— А кто-то против?
— Ропот по всему П-и-лак идет.
— Можешь передать тем, кто болтает глупости — пусть радуются, что я не решил свою нежить побаловать.
— Это еще как же?
— Устрою им тут оргию, тогда осознают всю глубину своих глубин.
— У тебя среди нежити только три женщины. Какая оргия?
— А кто тебе сказал, что в этой оргии будет участвовать только нежить? — оскалился Илья. — Я ведь помню их лица на том первом собрании. Да и потом. Презрение, высокомерие и все такое. Нет-нет. Здесь вам это не тут. Если я решу устроить оргию, то в ней добровольно-принудительно примут участия и все те, кто вел себя некорректно в прошлом.
— Ты серьезно? — ошалело переспросила Нефтис.
— А что такого? Пройдут углубленную практику по знакомству с загробным миром.
— Шутник, — фыркнула эта особа. — Вот к чему-чему, а твоей манере шутить с каменным лицом я пока привыкнуть не могу. Это просто, как ты любишь говорить, мне мозги взрывает.
— А если я не шучу?
— Ты же не хочешь, чтобы я подумала, будто ты сошел с ума?
— Чего сразу так? Может быть, мне обидно. Руководство этого Плюка обделалось по полной программе, а наказывают нас. Что это за скотство?
— Почему сразу наказывают?
— Мхею, Оби и Юми уже вручили дипломы и выгнали домой. Досрочно. Теперь с нами решают. А еще и трех суток не прошло с нашего возвращения. И как это назвать? Наказание и есть.
— Милый, а что нам тут делать?
— Как что? Учиться.
— Ты серьезно? — улыбнулась она.
— Вполне. Эти учебные практики — очень полезная вещь.
— Только сам П-и-лак им в этом плане не помощник. Он вообще для другого нужен и используется.
— Да-да. Я помню, что ты говорила, будто бы это место для установления дружеских и генитальных связей.
— Грубовато, но, по сути, верно. Да. Одна из причин, почему тут никто не старается и не напрягается в основном, заключается в ненужности подобного. Здесь они все для другого. Какой-то минимум им нужно будет выполнить. Для вида. Но не более. Настоящая учеба идет в кланах, куда они и отправляются с новым статусом. Потом. После завершения. Как Мхей, Оби и Уми.
— Но я-то в клане не состою. И получается, что меня выбрасывают на улицу.
— Если ты возьмешь меня в жены, то войдешь в клан Лал-Тала. И, как его наследник, получишь доступ ко всем нашим библиотекам и мастерам. В том числе клановому духу-наставнику, который в свое время пытался учить меня магии.
— Мы уходим от темы. Зачем они нас отсюда выгоняют?
— А ты сам-то как думаешь?
— Мы создаем им слишком много проблем?
— Да нет. Все проще и сложнее одновременно. Боевой факультет П-и-лак внезапно стал самым известным и выдающимся. О наших похождениях практически во всех городах говорят. Кем были Оби и Уми еще месяц назад? Нулями. Да, из хороших семей, но совершенно никакими, серыми и бездарными. Счастье, если бы лет через пять они П-и-лак закончили второй-третьей ступенью ученика. А кто они сейчас? Уже адепты. Притом, что адептами П-и-лак заканчивает, хорошо если, каждый тридцатый. А взгляд ты видел, как их изменился? А характер? Они вернулись домой другими. Все эти встряски пробудили в них какой-то внутренний стержень. На их фоне выпускники других факультетов выглядят тускло.
— Допустим. Но Мхей соплей не выглядел изначально.
— Мхей уже мастер. Знаешь, сколько учеников П-и-лак за последнюю тысячу лет вышли отсюда мастерами?
— Даже и пытаться не буду догадаться.
— Десяток. Всего десяток. Он и так прыгал выше головы, упорно развиваясь. Хотя ему мешали. Ему оставалось доучиться последние пару месяцев, когда мы сюда прибыли. И он рассчитывал взять всего одну ступень за оставшееся время. А тут — целый мастер. Его статус в городе поднялся чрезвычайно.
— И что?
— А то, что все так захотят. Понимаешь? Лень-ленью, но вернуться из П-и-лак мастером — очень почетно. ОЧЕНЬ. И все захотят к нам. Что разом оттенит все остальные факультеты, которые на нашем фоне будут выглядеть отбросами. А оно совсем не надо. Поэтому нас с почестями и выпроваживают отсюда, а учебную практику по факультету лет на сколько-то вообще прикроют. От греха подальше. Я не удивлюсь, если они даже факультет расформируют «из-за чрезмерной опасности для учащихся».
  
— Вот уроды…
— Ну почему сразу уроды?
— А почему нет? Ладно — вы аристократы. Пришли — ушли. Вам есть где жить, за вами стоят кланы и большие доходы. Меня же они, по сути, выбрасывают на улицу.