Прерыватель. Дилогия (СИ)
В общем, Цицерона из меня в этот день не вышло.
Я снова поднял пакет и направился в сторону проспекта, по обеим сторонам которого располагались всевозможные магазины.
Комиссионки мне на глаза не попалось, однако в одном из подвальчиков я обнаружил салон видеофильмов. Можно было попробовать сбагрить магнитофон там.
Внутри тесного помещения, заставленного видеокассетами и увешанного по стенам афишами с рекламой боевиков, меня встретил длинноволосый парень с козлиной бородкой и круглой серьгой в ухе.
— Здравствуйте, — оживлённо поприветствовал он меня, единственного в этот момент посетителя.
Я молча кивнул и попробовал улыбнуться. Получилось как-то не очень.
— Что-нибудь подсказать?
Я решил не раскачивать долго свою тему, а начать сразу с сути.
— Да собственно, — промолвил я, — мне больше не купить, а продать.
— Не понял, — прищурился одним глазом парнишка.
— Хожу по проспекту, ищу комиссионные магазины. И найти не могу. За год тут всё изменилось до неузнаваемости. Не подскажете, есть тут у вас хоть один?
— А продать-то чего хотите?
— Видеомагнитофон. Совсем почти новый.
— Хм… — парень провёл пальцами по бородке. — У нас в городе только одна комиссионка, но это надо на Кутузова ехать, в другой конец. А фирма какая?
— Шарп, — с гордостью произнёс я. — Сделано в Японии.
— Пишущий?
— Пишущий.
— Можно взглянуть?
Я вынул из пакета магнитофон и аккуратно поставил его на прилавок.
Парень с интересом покрутился возле него, пощупал руками, понажимал кнопки.
— В ремонте не был? — спросил он.
— Нет, — уверенно сказал я, хотя и не знал, что делали с этим магнитофоном в течение последнего года. Может, он вообще уже не работал.
— Вы проверьте, — предложил я. — Год назад покупал. Если интересно, продам за полцены.
Парень ушёл за прилавок, подключил технику к сети и к телевизору, вставил кассету и посмотрел на экран. Магнитофон исправно произвёл все положенные ему действия. Парень удовлетворённо улыбнулся.
— За полцены, говорите? — он снова потеребил бородку.
— Если сомневаетесь, — сказал я, — предложите любую свою.
И в эту секунду взгляд мой упал на одну из афиш, которая и до этого меня как-то смущала, но я не сразу придал ей значение. На столбе, отделявшем одну часть прилавка от другой, висел плакат с Уиллом Смитом и ещё каким-то чернокожим актёром, которого я не знал, а внизу было написано: «Долгожданная премьера осени скоро на DVD — комедийный боевик «Плохие парни» от Майкла Бэя». Что же здесь было не так? И меня осенило — ну конечно же! Плохие парни. Их упомянул Миронов в комментарии к своей последней цитате. Но если на дивиди этот фильм до сир пор не вышел, то откуда Борисыч мог знать его содержание? Видел в кинотеатре?
— А скажите, — решил я уточнить у продавца, — «Плохие парни» уже шли в кинотеатрах?
— Да вы что! В апреле состоялся релиз в Штатах. Пока не ясно, будут ли вообще крутить в наших кинотеатрах. Тем более что сами понимаете, какие нынче дела у нашего проката. Кормятся в основном эротикой да порнухой. На такие вещи, как эта, не хватит никакого бюджета. Да и пиратка в любом случае опередит и первой снимет всю пену.
— Вот как? А пиратка уже есть?
— Обещают в конце августа. Но качество, разумеется, говённое. Да и перевод… Не думаю, что будет приличным. А вы фанат Смита?
— Да не то чтобы… Просто один мой знакомый утверждал, что уже посмотрел этот фильм на кассете.
— Я думаю, врёт ваш знакомый. Уж я бы точно знал о нелегальном релизе. Я в этом деле большой спец, и весь рынок мне известен до самого днищенского дна. Не мог он его нигде видеть.
— Странно, — чуть слышно промолвил я. — А вот, к примеру, что скажете о сериале «Касл»? — мне вспомнилось только это название из всех, что упоминал при мне Борисыч.
— Касл? — задумчиво повторил парень. — Ничего не могу сказать. А о чём сериал?
— Не знаю. Тоже слышал от того самого знакомого. Стало теперь интересно, откуда он всё это берёт.
— Да уж. Интересный у вас знакомый. Простите, но про «Касл» я точно ничего никогда не слышал. Так что насчёт видака? За четыреста косых отдадите?
Я, честно говоря, на минуту забыл даже о цели моего визита в салон. История с «Плохими парнями» меня сильно смутила. Ну откуда мог знать Борисыч фразы из фильма, которого в России ещё никто не видел? Или сам сочиняет на ходу? Но ведь были же и Бродский, и Конфуций, и это знаменитое «айл би бэк», на самом деле сказанное когда-то Терминатором. Ерунда какая-то. И вообще, хорошо, что я ничего пока не рассказал Миронову о существовании пальца. Уже хотел было вчера, когда он вывалил передо мной столько важнейших фактов. Чисто из благодарности хотел рассказать, рискуя лишиться и работы, и этого сдвинувшегося с мёртвой точки дела. Вообще, внезапно бросивший пить и поспешивший приехать в Подковы посреди ночи Миронов сразу показался мне не совсем похожим на того прежнего капитана, над которым почти в открытую посмеивались коллеги. Было в нём что-то не до конца понятное, всё время ускользающее и вводящее в заблуждение. И откуда все эти знания о какой-то там «Сетке»? О том, что Гарин скрывается где-то под Первоуральском? О том, наконец, что Ракитов убил Козырева? Может, он и сам имел какое-то отношение теперь к ФСБ и знал наверняка, что наше дело прикроют? Или вёл двойную игру? Чего он так опасался в городе, когда всматривался в зеркало заднего вида? Какой слежки он ожидал? И почему? Чего ещё он хочет накопать в этом деле? Ведь за этим же он отправил меня на Урал, а сам остался наводить какие-то справки в Подковах? Все эти мысли одновременно нахлынули на меня одним неудержимым потоком. И я не мог ответить ни на один из вопросов, заданных самому себе. Думать так о Борисыче было неприятно. Мне всегда казалось, что он мне благоволил и как-то по-отечески проявлял обо мне заботу. За целый год, пока я учился у него азам профессии в Перволучинске, я не замечал за ним никаких косяков. Он мог нечаянно обидеть какой-нибудь неуместной, на мой взгляд, цитатой. Но чтобы задеть как-то специально и тем более использовать другого человека втихую для своих целей — никогда за ним подобного не водилось. Но вот Лена, например… Разве мог я ожидать от неё такого? Не мог. Или я ошибаюсь, или совершенно не разбираюсь в людях. Но ведь и то и другое делают меня всё равно, как ни крути, глупым.
— Эй! — парень пощёлкал длинными пальцами в воздухе. — За четыреста, спрашиваю, отдадите?
— Да, конечно, — рассеянно сказал я. — Берите.
Глава десятая
Пока я, ожидая поезд, размышлял в Перволучинске над происками своей судьбы, Анатолий Борисович, вооружившись улыбкой, ходил по домам подковцев и задавал им сомнительные вопросы. Никто из них нисколько не успокоился после случившегося на почте. Так и не получив внятных объяснений по поводу инцидента, они ещё более уверились в том, что в деревне творится сущая чертовщина. Почти все вели себя с Мироновым как малые дети — бычились, ссылались на фитофтору или фузариоз, возмущались тому, что их пытаются заставить вспомнить времена двенадцатилетней давности.
— Да вы что, товарищ капитан, — говорили одни. — Это ж когда было-то… Это ж и жизнь-то другая совсем была. Как вспомнишь — так и заплачешь. Да ну его. И не спрашивайте. И так настроения никакого нет.
— Так ведь я, — говорили другие, — совсем мала́я тогда была. Скоко ж это лет-то мне тогда… Тринадцать? Да-а… Я ж тогда или в поле на сенокосе, или с мальчишками на реке. Мы ведь не как нынешние балбесы и не как городские. Не до странностей было.
И только дядя Гена, хитро улыбнувшись, утвердительно закивал головой, дескать, знаю-знаю, капитан, видел, слышал и даже трогал собственными руками.
Но даже Миронов к этому времени успел понять, что дядя Гена — любитель приукрасить или выдумать нужные детали, если таковых не хватает для интересной беседы. Однако сейчас важна была любая зацепка, и Анатолий Борисович к дяде Гене отнёсся вполне серьёзно. Была у Миронова и ещё одна цель похода к дяде Гене. Нужно было сделать копию ключа от рабочего кабинета в моём доме. Многоходовочка с этим ключом, задуманная капитаном, несколько дней спустя сыграла важную роль — ключевую, позволю я себе каламбур, — в деле о японских часах да и в моей жизни тоже. Но об этом чуть позже.