Я не смогла, и ты не сможешь тоже (СИ)
Глава 13. Я выключаю свет.
От кого: Ольга Будина < [email protected]>
Кому: Алиса < [email protected]>
Черновик.
Что еще должно произойти для того, чтобы я поняла бессмысленность и глупость борьбы с собой? До какого дна в своей душе я должна дойти, чтобы понять: обычная человеческая жизнь не для меня, и обычные человеческие люди – не для меня тоже? Сколько еще жизней будет разбито мною прежде чем я осознаю, что я просто не вижу в людях людей? А? Сколько?
Ты – такое же дерьмо, как и я. Чуть лучше или чуть хуже – это не играет роли, потому что понятие это абсолютное, и от этого никуда не денешься.
Может, все дело в смирении? Может, я должна, как мама однажды, смириться с тем, что вот это – мой путь, и другого не будет? Может, я должна принять себя вот такой и успокоиться наконец? Надеясь только на то, что на том свете (если он, конечно, существует) мне наконец воздадут по заслугам?
А?
Ольга позвонила в дверь. Глубоко вдохнула и позвонила снова. Из квартиры послышался шум, дверь открылась и на пороге Ольга увидела Иннину подругу.
-Ты что здесь делаешь? – Спросила она в лоб, забыв поздороваться.
-Мне нужна Инна.
Ольга отстранила подругу со своего пути и прошла в квартиру. Инна лежала на диване, завернувшись в плед – бледная и несчастная.
-Привет, - сказала Ольга тихо. – Мы можем поговорить?
Взгляд, которым ее наградили, был красноречивей любых слов. Инна молча отвернулась, уткнувшись носом в подушку.
-Мне очень стыдно за то, что я сделала, - сказала Ольга, глядя на ее затылок. – Сегодня я просила у Лизы прощения. Она меня простила.
Она увидела, как судорога проходит по Инниному телу, и поспешила объяснить:
-Нет. Ты не поняла. Никаких отношений – да я никогда их с ней и не хотела. Если откровенно, я сказала ей, что влюблена, а она меня прогнала.
-Зачем? – Тихо спросила Инна, повернувшись наконец к Ольге.
Ольга пожала плечами.
-Считай это ложью во благо, если хочешь.
Она сделала шаг и присела на край Инниного дивана. Нащупала пальцами холодную руку, сжала.
-Дай мне шанс, - сказала тихо, замирая сердцем. – Я не такая, какой ты меня видишь, правда. Ведь у тебя что-то ко мне было – я это видела и чувствовала. Дай мне шанс все сделать иначе, и может быть у нас получится?
Инна села на диване и отняла у Ольги руку. Посмотрела внимательно. И по этому взгляду Ольга поняла: нет. Нет. Ничего не будет. Ничего и никогда уже не будет.
-Она любит тебя, - обреченно произнесла Ольга, отвечая на незаданный вопрос. И улыбнулась. – Знаешь… Ты самый непостижимый человек, которого я встречала в этой жизни. Дорого бы я отдала за то, чтобы ты любила меня так, как любишь ее.
От кого: Ольга Будина < [email protected]>
Кому: Алиса < [email protected]>
Черновик.
Все прошло, и ничего не осталось. Одни сожаления о бездарно и глупо растраченном времени, когда я пыталась что-то доказать самой себе. Даже маме было доказывать проще – был шанс, что сработает. Себе же доказать ничего невозможно. Ты либо можешь, либо нет. А пытаться врать, что можешь – глупо и бессмысленно.
Я не уверена, что могу и должна отправить тебе все это. Но ты была первой, и… Впрочем, нет. Не первой. Первой была Светка. Помнишь, когда мы еще не встречались лично, ты однажды звонила мне и просила «не делать этого»? Так вот, я сделала. И первой моей женщиной была она, а не ты.
В чем разница между любовью и болью? И от той, и от другой сердце раздирает на куски, по интенсивности эти чувства очень похожи. Так в чем разница, ответь? Может быть, удар по лицу ничем не отличается от поцелуя? А?
Ненавижу себя и ненавижу свою жизнь. Как можно было дойти до такого? Как?
Лара не звонила. Не писала. И Ольга не звонила и не писала ей тоже. После того, что она сделала – какое право она имела? Но мыслям и чувствам бесполезно было рассказывать про права – и каждую секунду, каждый миг Ольга думала о Ларе.
Белый свитер и синие джинсы. Крепкий чай на холодной улице, завернувшись в одно на двоих одеяло. Запах сигарет от кожи, волос. Сильные руки, сжимающие плечи. Ладонь на груди и тихое «послушай, как бьется».
От кого: Ольга Будина < [email protected]>
Кому: Алиса < [email protected]>
Черновик.
Любила ли я тебя? Нет, конечно, нет. Наверное, в тебе я чувствовала нечто, что было и во мне самой. И бросалась на тебя как на пришельца того же вида, той же планеты. Бросалась, сочиняя сказочки про плохих и хороших девочек, которые не могут быть вместе.
Мне казалось, что я – плохая, а ты – хорошая. Но самое смешное, что тогда все было ровно наоборот.
В ноябре в Таганрог прилетела Ковальская. Они встретились в «Старом замке» на Петровской, и Ольга удивилась, как сильно Ксения изменилась за прошедшие несколько месяцев.
-Паршиво выглядишь, - сказала Ольга, целуя ее в заострившуюся еще больше щеку. – Не ожидала так скоро тебя увидеть.
-Я и сама не ожидала, - ответила Ксения, усаживаясь напротив и заказывая бокал виски. – Впрочем, я по делу. Хочу предложить тебе свое место в компании.
Ольга засмеялась. Игорь. Года не прошло – а вот он, зовет обратно, намекает, приманивает. Вот уж нет, милый. Вот уж нет.
-Давай так, - сказала она вслух. – Твое предложение меня не интересует, и абсолютно уверена, что приехала ты не за этим. Переходи к настоящему делу, или я пойду.
Она видела, что Ксения колеблется. Пьет свой виски, рассматривает ногти на пальцах, снова пьет.
-Да говори уже, - вырвалось у Ольги.
И Ксения начала рассказывать.
Многое Ольга и так уже знала, но – как оказалось – далеко не все. Значит, женщина, которую Ксения так трепетно и нежно любит – школьная учительница? Да разве ж так бывает? Разве можно любить так долго?
А Ксения тем временем рассказывала о том, сколько она сделала плохого, чтобы эта учительница осталась с ней. Сколько сделала ужасного, чтобы обеспечить своей женщине призрачное счастье.
-Я поняла, - сказала Ольга, когда Ксения закончила. – Ты то еще дерьмо. И что дальше?
-А дальше, - Ксения усмехнулась. – Дальше я должна ее отпустить. Потому что только так у нее будет шанс построить настоящие отношения и быть счастливой.
Ольга покачала головой.
-Но если ты так ее любишь… Если она так тебя любит… Почему ты лишаешь вас возможности?
Она не успела договорить. Ксения посмотрела на нее волчьим взглядом и зашипела:
-Да потому что я так больше не могу! Я чертовы двадцать лет ощущаю все это настолько сильно, что странно, почему у меня до сих пор не разорвалось к чертовой матери сердце. Слишком сильная любовь, слишком сильная боль… Думаешь, я хочу этого для нее? Нет. Не хочу.
Ольга протянула руку и успокаивающе погладила Ксенину ладонь.
-Знаешь… - сказала она тихо. – Я тут успела слегка влюбиться.
Она поймала удивленный Ксенин взгляд и улыбнулась.
-Нет, это не стало взаимным, но… Но я задумалась. Что со мной не так? Почему я вечно выбираю людей, с которыми у меня априори ничего не может получиться? Вот ты сейчас рассказывала мне свою историю, а я думала, что не смогла бы так. Любить без взаимности двадцать лет. Знать, что ничего никогда не будет – и все равно любить. Быть рядом, защищать, и опять любить…
Нагнулась, посмотрела Ксении в глаза.