Я не смогла, и ты не сможешь тоже (СИ)

Все нужно вернуть на свои места. И возможно, именно это все окончательно изменит.
Весь остаток дня Ольга думала то о Ларе, то о завтрашнем празднике. Дотерпела до дома и только оттуда набрала номер. Послушала длинные гудки, и выключила телефон. Что происходит? Что, черт возьми, происходит? Передумала? Не хочет разговаривать? Что?
Больше всего Ольге хотелось сесть за руль и поехать в знакомый дом у моря, но она понимала: нельзя. Если Лара действительно передумала, то таким шагом она только унизит себя и ничего более. Поэтому весь вечер Ольга отбрыкивалась от попыток Светки поговорить, ближе к ночи вызвала ей такси, поцеловала на прощание и отправила в аэропорт.
Ночь и весь следующий день тянулись целую вечность. Лара так и не перезвонила, а Ольга больше не стала ничего ей писать. Зачем? Если не звонит – значит, не хочет. Если не хочет – значит…
Значит, чудес не бывает, и люди из разных вселенных не могут быть вместе. Значит, все слова снова были просто словами. Она поддалась моменту, она пошла за моментом, а когда все закончилось и голова стала трезвой – передумала, только и всего.
Ольге хотелось кричать. Ее целиком переполняло ощущение провала, самого большого провала в ее жизни. Она сделала этот шаг, она пошла навстречу, она попыталась. Не вышло. Что же – запишем в список неудач и будем жить дальше.
На празднование Инниного дня рождения она шла уставшая, не выспавшаяся и очень грустная. Ей больше не хотелось мирить их с Лизой, не хотелось извиняться, вообще ничего не хотелось – закрыться бы дома на ключ, лечь на диван и выть собакой.
Но пришлось надевать вечернее платье, делать макияж, прическу. Стоять посреди украшенного зала, улыбаться сквозь зубы и разговаривать, разговаривать, разговаривать, поглядывая на вход, через который – Ольга знала и ждала – должна была появиться Инна.
Но она не появилась. И клапан прорвало окончательно.
Не помня себя, Ольга выскочила из ресторана, села за руль и поехала по знакомому адресу. Полыхая от ярости, бегом поднялась по ступенькам. Она понимала, что делает глупость, что это сейчас никому не нужно, но остановиться уже не могла.
Инна открыла дверь и то, что она стояла напротив в пижамных шортах и футболке – растрепанная со сна, удивленная, взбесило Ольгу еще больше.
-Что ты себе позволяешь? – Спросила она ледяным голосом, вталкивая Инну в квартиру и шагая следом. – Как ты посмела не явиться на собственный день рождения?
Инна равнодушно смотрела на нее, не понимая, что это равнодушие для Ольги сейчас – как красная тряпка для быка.
-Свой день рождения я отпраздновала вчера, - сказала она коротко.
-Но я устроила это для тебя! – Выкрикнула Ольга, толкая Инну в плечо. Ей страшно хотелось размахнуться и ударить, чтобы на этом лице появилась хоть какая-то эмоция.
-Всего доброго.
Инна выразительно показала Ольге на дверь. Ольге Будиной. На дверь.
Через секунду Ольга уже крепкой хваткой держала Иннин локоть в своей и говорила ей в лицо – в холодное, безразличное лицо:
-Ты пожалеешь. Клянусь тебе, ты пожалеешь.
Инна скосила взгляд, и Ольга вздрогнула.
-Отпусти.
Отпустила руку, сделала шаг назад.
-Пошла вон.
Еще секунду они смотрели друг на друга, и если бы взглядом можно было убивать – Инна без сомнения уже лежала бы мертвой.
-Ты пожалеешь, - повторила Ольга прежде чем развернуться и выйти из квартиры.
Ненависть застила собой все. И больше ничего не осталось.
Ее сердце замерзло, а мысли обрели невиданную четкость. Сев за руль и выехав на дорогу, она была уже практически спокойна. Доехала до Лизиного дома, набрала смс:
-Спускайся, я жду тебя внизу.
И в ту же секунду передумала. Нет. Не ждать. Не везти к себе – это лишнее и ни к чему. Пусть все произойдет здесь, в ее доме. Так будет больнее.
Забыв закрыть машину, Ольга рванулась к подъезду. Не успела одолеть и двух пролетов, как навстречу выскочила Лиза. И в затуманенном Ольгином взгляде она снова – который раз – соединилась с кем-то другим, с кем-то из прошлой жизни. Ярость снова вышла на свободу.
  
-Идем, - велела Ольга и не слушая Лизу потащила ее за собой наверх. Втолкнула в квартиру, посмотрела по сторонам, и приказала. – Раздевайся.
Когда-то давно, может быть, в прошлой жизни, то же самое делала с ней Алиса. На несколько минут она забрала себе всю власть, власть над Ольгой. Сейчас пришло время вернуть власть себе.
Ольга схватила полураздетую Лизу за плечо и толкнула ее на кровать. Упала сверху, коленом раздвинула ее ноги и вошла пальцами. Крик, толкнувшийся в ее уши, прозвучал музыкой.
-Ты этого хотела? – Думала она, раз за разом двигаясь внутри Лизы. – Ты хотела этого, правда, маленькая мерзкая сучка? С самого начала ты хотела именно этого.
Она не смотрела на Лизино лицо – оно не было ей нужно. Она двигала кистью руки, не испытывая ни возбуждения, ни желания – вообще ничего.
-Вот так. И мы – на равных, да? Вот только власть останется у меня, только я буду решать, когда это произойдет и как. И не мне, слышишь, не мне на этот раз будет больно! Не мне!
Голос в ее голове перешел в крик и он как будто соединился с другим – вполне реальным – криком Лизы. Ольга вытащила из нее пальцы и, не глядя на ее распростертое на кровати тело, пошла мыть руки.
Остаток вечера слился для нее в одну секунду. Она трахала Лизу снова и снова, она повелевала ее телом, распоряжалась им так, как хотела. И все ждала – ну когда? Когда она почувствует хоть что-то?
Когда Ольга поняла, что ничего не выйдет, она остановилась. Села в кресло – обнаженная, прекрасная. Закурила сигарету, глядя на сжавшуюся на кровати в клубок Лизу.
-Ты хотела знать, что я к тебе чувствую, - начала она холодно. – Поначалу ты была маленькой глупой поклонницей, с которой весело было поиграть. Потом я хотела тебя – в тебе бездна секса, и это очень чувствовалось. А потом я познакомилась с твоей женой и все стало еще забавней. Кого из вас трахнуть первой? Ее или тебя? Лучше бы ее, но она не сдавала позиций и поэтому приходилось тебя отталкивать. Но ты миленькая. В итоге все вышло довольно возбуждающе.
Она смотрела на Лизу и улыбалась. Улыбалась, глядя как та одевается, как идет к двери. И только тогда опомнилась.
-Куда ты собралась? – Ольга вскочила и за плечо швырнула Лизу обратно в комнату.
Только теперь она увидела. Увидела пустые Лизины глаза, увидела наливающиеся краснотой синяки на ее шее. Увидела, как опустились плечи и плетьми повисли руки.
-Господи… Что я наделала?
От живота до горла прошел разряд тока. Ольга зажмурилась, но когда открыла глаза – ничего не изменилось. Она и правда сделала это. Она и правда это сделала.
Ночь они провели вдвоем. Ольга с трудом уложила Лизу в кровать и легла рядом, но каждую секунду из этих восьми часов она знала: не спит. Смотрит в потолок, а из глаз – слезы, тихие горькие слезы.
-Что я наделала…
Утром она отвезла Лизу на работу. Заставила себя не думать, просто вести машину, не обращая внимания на женщину, сидящую рядом. И только припарковавшись осмелилась сказать:
-Лиза.
Господи, что это было за лицо! Белое, осунувшееся, неживое. Как будто за одну ночь Ольга забрала у нее больше чем жизнь.
-Мне жаль. Лиза, мне правда жаль. И я хочу попробовать все исправить.
Ответа не было. Лиза молча вышла из машины и пошла в офис. Ольга осталась сидеть.
И в тот момент, когда она почти набралась решимости пойти следом, пришла смс:
-Детеныш, прости, я доехала до больницы и сразу две срочные операции. Потом спала в ординаторской – сил не было до дома доехать. Как ты, моя золотая? Я скучаю по тебе, очень. Когда мы увидимся?
Где-то вдалеке послышался звук вдребезги разбитого стекла.
Все было кончено. Она снова это сделала.
 Глава 12. По трепетной судьбе.  
-Ударь меня, - попросила Ольга и Коля с удивлением посмотрел на нее. – Ударь по лицу. Сильно.