Я не смогла, и ты не сможешь тоже (СИ)

Ольга улыбнулась собственному отражению в блестящем боку чайника и вздохнула.
Почему-то в последнее время она чаще вспоминала о бывшем муже, нежели о ком-то другом. Они не виделись все эти годы, но его призрак все время незримо витал где-то поблизости. В этом призраке больше не было унылых скандалов совместного бытия, в нем была Венеция, чайки над мостом, площадь Сан-Марко и поцелуи на высокой башне с запахом итальянских багетов.
Она усмехнулась, накрывая на стол, и посмотрела на свои пальцы. На одном из них до сих пор блестело обручальное кольцо. Она надела его снова, когда впервые вспомнила о муже, и с тех пор уже не снимала. Оно было напоминанием. Напоминанием о том, что прошлое – было, и был холодный сладкий ветер в лицо, и безудержный хохот, и театр Ла Фениче, и белый уголок платка, выглядывающий из кармашка его смокинга.
Было, и прошло.
Теперь ее жизнь – это игры, интриги, махинации. Разрушенные ее руками судьбы. Потные мужики, над которыми нужно немало поработать, чтобы у них хоть что-то получилось. И выжженная пустыня на месте грудной клетки.
-Как давно я не была с женщиной? – Попыталась вспомнить Ольга, скучно разрезая ножом бифштекс на тарелке. – Пожалуй, уже года два, не меньше. Последней была нимфоманка, которую я подцепила в Питерском клубе, приехав туда на пару дней по делам. После секса она сказала мне «ты затрахаешь меня до смерти», и я ударила ее по лицу. Сильно ударила, кулаком, не ладонью. Слава богу, хоть челюсть не сломала. Да, последней была она. А после – только мужики, одни сплошные мужики и больше ничего.
И больше ничего.
В понедельник Ольга приехала на работу первой. Шикарно припарковалась рядом с офисом, поставив свой Миникупер рядом с чьим-то Шевроле. Привычно осмотрела себя в отражении машинного стекла. Новый брючный костюм светло-бежевого цвета смотрелся шикарно, но почему-то очень странно ощущался на теле. Ольге постоянно хотелось поправлять пояс и одергивать полы пиджака. Но она не позволяла себе этого делать.
Вошла в дверь, проведя карточкой по пропускному автомату. Осмотрела огромный «опен-спейс», в котором маленькие клетушки были отделены друг от друга пластиковыми панелями, не доходящими до потолка. Где-то была и ее клетушка. Знать бы только, где…
-Потерялись? – Услышала она совсем рядом насмешливое и резко обернулась.
Ого. Никто из сотрудников еще не пришел, а начальница – вот она, стоит с чашкой кофе в руке, прищуривает глаза, и нетерпеливо постукивает каблуком дорогой туфли, едва выглядывающей из-под серых брюк.
-Да, я, видимо, рановато приехала, - Ольга постаралась вложить в улыбку максимум очарования, но видела – это не сработало. Только глаза, зеленые глаза, прищурились еще сильнее.
-Идемте, госпожа Будина, - сказала Ксения, помолчав. – Покажу вам ваше рабочее место.
Ольга шла за ней по пустому офису и любовалась на прямую спину, на бедра, едва прикрытые пиджаком и спрятанные под брюками.
-Интересно, - подумала она, - эта девочка всегда такая… запакованная? Или она бывает другой?
Она попыталась представить себе Ксению в купальнике, или в драных джинсах, и не смогла. Снежная королева, черт бы ее побрал. Похоже, это и правда будет довольно сложно.
Ксения остановилась неожиданно, и Ольга едва не налетела на нее сзади.
-Прошу, - услышала она. – Ваш… кабинет.
«Кабинет» - это, конечно, было громко сказано. Скорее отделение размером три на три метра, вмещающее в себя только стол, кресло и тумбочку. Да вешалку для верхней одежды, видимо, придуманную для того, чтобы сотрудники не бросали свои пальто и куртки где попало.
Ольга бросила сумку рядом с компьютером, присела на край стола и посмотрела Ксении в глаза.
-Ваш кабинет, наверное, выглядит иначе? – Спросила, улыбнувшись.
Ксения на улыбку не ответила. Она рассматривала Ольгино лицо, опустилась взглядом к шее, и – Ольга точно заметила! – еще немного ниже.
-Конечно, - сказала она, наконец. – А что? Вы хотите такой же?
Ольга покачала головой.
-Меня уже давно не интересует метраж и стоимость мебели в рабочем пространстве. И у меня совсем другие задачи.
  
А вот теперь ее проняло! Взгляд из равнодушного стал заинтересованным, и уходить она, кажется, передумала. По-прежнему стояла рядом с Ольгой и смотрела на нее.
-Какие? – Спросила спокойно.
Ольга пожала плечами. Ей вдруг стало очень весело.
-Ну как же, - ласково сказала она, добавляя сексуальности в голос. – Я должна следить за тем, как вы выстраиваете работу, и при любом удобном случае стучать на вас Игорю.
Ксения вдруг улыбнулась, и Ольга удивилась, насколько сильно изменилось ее лицо. Оно за мгновение стало мягким, как будто одним мазком художник стер все угловатости и неровности.
-Очень трогательно, - сказала она, оборачиваясь чтобы уйти. – И я не верю ни единому слову.
В следующие дни они практически не разговаривали. Игорь звонил каждый вечер, торопил, спрашивал новости, но отвечать было нечего. Ольга старательно ходила на работу, весь день перебирала документы, но найти что-либо, за что можно бы прижать эту Снежную Королеву, не могла.
-Если бы это было так просто – я не стал бы просить тебя, - сказал ей однажды Игорь. – Твоя задача – не в бумажках рыться, а пролезть к ней в душу. Поняла?
О да, она понимала. Все понимала, кроме одного – как, черт возьми, это сделать?
Она дважды попыталась пригласить Ксению на обед, и оба раза получила вежливый и твердый отказ. На совещаниях Ксения не смотрела на нее, а встретив в офисе – равнодушно кивала и шла дальше.
Наконец, в один из унылых и однообразных рабочих дней, ее секретарша пригласила Ольгу в ее кабинет и Ольга впервые оказалась в святая святых.
Она вошла без стука и присела в кресло, положив ногу на ногу. Огляделась. Кабинет был каким-то… никаким. Он бы больше подошел менеджеру среднего звена, впервые поставленному на начальственную должность, чем утонченной и холодной Ксении.
Мебель, по-видимому, выбиралась по принципу «беру то, что есть в наличии», на стенах – никаких картин, ни фотографий, вообще ничего. Только на рабочем столе Ольга заметила фото в дешевой рамке, купленной в Икеа. Само фото видно не было, но стояло оно так, чтобы с Ксениного места всегда можно было его увидеть – а это уже о многом говорило.
-Знакомьтесь, - сказала Ксения, и в ее глазах Ольга увидела уже не насмешку, а откровенное веселье. – Ира, это Ольга – независимый консультант-аудитор. Ольга, это Ирина – зависимый аудитор-консультант.
Только тут Ольга поняла, что в кабинете они не одни. Она повернула голову и увидела вжавшуюся в кресло, но от этого не перестающую быть высокой барышню. У барышни был нагловатый вид, который совсем не сочетался с испуганными глазами.
-И что это значит? – Спросила Ольга, переводя взгляд на Ксению. Она уже все поняла, но ей нужна была секунда, чтобы определиться с тем, как себя вести.
Снежная Королева боится ее, и подсунула вместо себя эту барышню. Интересно… Может быть, в этом и будет Ольгин шанс подобраться поближе?
-Ира, согласуйте с госпожой Будиной график отчетности и договоритесь о схеме взаимодействия, - услышала она, и поняла, что пора вступать в игру.
-Не волнуйтесь, госпожа Ковальская, - их взгляды встретились, и Ксения первой опустила глаза. – Думаю, мы с Ириной найдем общий язык.
Она повернулась к выходу и подмигнула ошарашенной барышне.
Готовься, милочка. Тебе предстоит стать разменной монетой в этой игре.
 Глава 3. Устала отвечать. 
В воскресенье рано утром ей позвонила мама. Ольга спала, завернувшись в теплое – предназначенное специально для осенних холодных ночей – одеяло, и с трудом различила сквозь сон звонок мобильного.
-Черт бы побрал эти айфоны, - пробормотала она, с усилием вытаскивая руку из-под одеяла – рука тут же покрылась мурашками от холода. – На старом телефоне звонок был потише.
-Ольга, ты что, спишь? – Возмущенно спросила мама в ответ на сонное Ольгино «слушаю».