Я не смогла, и ты не сможешь тоже (СИ)

-Дай ключи, - велела холодно.
-Ты так хорошо знаешь Питер? – Прищурилась Алиса.
Ольга только рукой махнула, засунула руку в карман Алисиных брюк, и вытащила ключи от студии. Схватила Алису и потащила за собой.
Ярость колотилась молоточками в виски. Ольга открыла дверь, зашла внутрь и с силой толкнула Алису на матрас. Та испуганно смотрела на нее, но Ольге было все равно.
Она упала сверху, прижала ее своим телом, накрыла губы поцелуем, но Алиса вывернулась и ударила Ольгу по лицу. Теперь Ольга лежала на спине, а Алиса нависала сверху. Она отодвинулась назад, посмотрела на Ольгу и велела своим бархатным теплым голосом:
-Раздевайся.
Никто никогда так не разговаривал с Ольгой Будиной. Никто не смел ей приказывать.
-Извини? – Начала она, но в голосе Алисы зазвучали металлические нотки.
-Я сказала тебе раздеться.
Она как будто загипнотизировала Ольгу своим взглядом. Сопротивляться, казалось, просто невозможно. И Ольга не стала сопротивляться. Она села, через голову стащила платье, стянула трусики, приподнимая бедра, и легла снова.
Мгновение они смотрели друг на друга, а потом Алиса навалилась на нее сверху.
Ураган – дичайший, сумасшедший ураган подхватил их и понес, не оставляя ничего вокруг. Алиса укусила ее в шею, лизнула ключицу и, глядя в глаза, велела:
-Раздвинь ноги.
Ольга послушно раздвинула. Она ощущала ткань Алисиной футболки, трущуюся о ее соски, ощущала ее сильные – и совсем не ласковые – руки, и улетала все выше и выше.
Алиса с силой закинула Ольгины ноги на свои плечи и наклонилась вперед. Посмотрела в глаза. И вошла в нее резко, сильно и больно.
Ольга закричала от адской смеси боли и наслаждения. Она попыталась поднять бедра, но Алиса придавила ее обратно к матрасу. Ее движения становились все сильнее и резче, острее и непереносимее.
-Значит, ты меня только трахаешь? – Шипела она, на мгновение касаясь Ольгиных губ своими и отодвигаясь, не давая поцеловать. – Значит, никаких отношений?
Ее пальцы не ласкали – они врывались, ударяли, выходили на секунду и врывались снова. Ритмическими толчками, и каждый из них – с болью. Ольга была вся открыта для нее – более открытую позу сложно было себе представить, и – самое ужасное – ей нравилась эта открытость. Алиса как будто была завоевателем, а Ольга жертвой. Бессильной, беспомощной, способной только на то, чтобы выполнять приказы и отдаваться снова и снова.
Кто знает, сколько времени продолжалась эта пытка. Ольга понимала, что она не сможет получить оргазм в таком сексе, понимала, что эта беспомощная поза, это положение полного подчинения – это ужасно, это отвратительно. Но вместе с тем это так возбуждало, что тело горело и плавилось в Алисиных руках, и бедра невольно двигались навстречу ее пальцам.
Ольга уже плохо видела. Алисино лицо расплывалось в ее глазах, сползало вниз растопленной лавой, и утекало куда-то. Слышно было только ее собственные крики и стоны, и больше ничего.
А в следующую секунду Алиса повернула голову и поцеловала Ольгину щиколотку, прижатую к ее шее. Поцеловала нежно, ласково, едва коснувшись губами. И от этого контраста – силы того, что происходило внизу, и нежности поцелуя, Ольга закричала еще громче и задвигала бедрами сильнее.
-Кончай, - велела ей Алиса, глядя в глаза и ускоряя движения. – Кончай, сучка.
И добавила еще несколько слов, от которых безудержный взрыв пронзил Ольгу с ног до головы, раскидывая в ошметки сознание, разум, ее собственное тело – все на свете. Она крикнула еще раз и затихла, закрыв глаза.
Алиса мгновенно оказалась рядом. Стянула с себя футболку, брюки, что-то еще, легла с Ольгой и обняла ее, прижимая к своему холодящему телу. Она целовала ее глаза, губы, щеки – легкими, невесомыми поцелуями, гладила спину и зализывала языком укусы на шее и плечах.
И когда Ольга наконец смогла соображать, она встретила ее взгляд тепло и нежно.
-Просто трахаемся, да? – Улыбнулась она, обнимая Ольгу еще крепче. И от тепла, от простоты, от нежности этих звуков, этих волшебных звуков голоса волшебной женщины, Ольга Будина чуть не заплакала.
  
Нет. Она ошибалась. Это был не просто секс. Это было нечто большее.
 Глава 14. Посмеешь? 
-Разве тебе не нужно домой?
-Нет. А тебе разве не нужно в клуб?
-Нет. Ты хочешь меня?
-Да. Ты хочешь меня?
-Конечно.
Каждой своей клеточкой Ольга ощущала Алисино тело. Она гладила его, трогала, изучала, и гладила снова. Но едва она попробовала пошевелиться – перевернуться на другой бок, как между ног будто ножом резанули.
Ольга расхохоталась, глядя на испуганное Алисино лицо.
-Если бы мы каждую ночь так трахались, я бы вряд ли смогла ходить на работу. Разве что работала бы стоя.
Алиса встревожилась и, опрокинув Ольгу на спину, раздвинула ее ноги.
-Я посмотрю, - объяснила в ответ на недоуменный взгляд.
Ее язык коснулся Ольги и заставил с силой выгнуться навстречу. Это нежное прикосновение было таким контрастным, таким отличающимся от того, что они делали до этого. Но Ольга не была к этому готова.
Она схватила Алису за плечи и потянула ее вверх, но та не далась – отпихнула Ольгины руки и вернулась к своему неторопливому занятию.
Это было как взбираться постепенно по отвесной стене. Шажочек, еще один, еще. Хватаешься за камень, подтягиваешься, еще шажок, еще, еще… Падение.
Когда Алиса отпустила ее – растерянную и промокшую от пота, Ольга перевернулась на живот и закрыла лицо руками. Сексуальный угар прошел. Теперь ей снова было страшно.
Да что там страшно! Оказалось, что раньше – это была просто легкая разминка, по сравнению с тем ужасом, что охватил ее сейчас.
-Опять лыжи намыливаешь? – Спросила Алиса, устраиваясь рядом, но не пытаясь больше прикасаться к Ольге. – Будешь говорить мне, что это просто секс, и я тебе не нужна, и прочую чушь?
-Не буду, - глухо ответила Ольга.
Помолчали.
-Ты никогда не отдавалась женщине, верно? – Спросила Алиса.
-Да.
Сейчас ей казалось, что она и мужчинам-то не слишком отдавалась. Так, как сегодня – полностью, откровенно, с какой-то животной похотью, вся словно на ладони, открытая и беззащитная – нет. Никогда.
И вот теперь это произошло. И это было ужасно. Потому что Ольга Будина – не отдается, Ольга Будина идет и берет то, что ей нужно.
-Послушай, - услышала она спокойное. – В этом нет ничего страшного, честно. Просто первый раз это очень остро. Это как довериться человеку целиком и полностью. Но когда все заканчивается – ты можешь снова надеть свои доспехи и спрятаться в них. Правда, мне бы этого не хотелось, но…
Ольга одним движением перевернулась на бок и посмотрела на Алису.
-Ты не то говоришь, - сказала она и вздрогнула: в валяющейся рядом сумке зазвонил телефон.
-Наверное, ребята, - пробормотала она, доставая мобильный, и ошиблась. Звонила мама.
Прежде чем ответить на звонок, Ольга села ровно, выпрямила спину и внутренне собралась.
-Слушаю.
Мама на этот раз решила обойтись без церемоний.
-Ольга, объясни мне пожалуйста, зачем ты устроила этот цирк? – Ледяным арктическим голосом спросила она. – Как ты посмела явиться, притащив с собой этот сброд, а потом демонстративно уйти и прихватить с собой фотографа, которого мы наняли? Объяснись немедленно.
Ольга вздохнула.
-Мам, тебя больше беспокоит то, что я явилась, то, что ушла или то, что я умыкнула вашего фотографа?
-Меня беспокоит то, как ты смеешь себя вести, - не растерялась мать. – У твой родной бабушки день рождения, а ты позволила себе испортить ее праздник!
Кто знает, что случилось с Ольгой в этот момент – может быть, близость Алисы, гладящей ее по спине, сыграла роль, а может общая усталость этих тянущихся бесконечно двух суток, но она вдруг разозлилась. Разозлилась на собственную мать.
-Значит, так, - отчеканила она в трубку. – Во-первых, ничей праздник я не испортила. Уверена, что кроме тебя никто даже не заметил, что я ушла. Во-вторых, я имела полное право пригласить с собой друзей, на том простом основании, что я бабушкина внучка и имею к ее банкету некоторое отношение. В-третьих, фотограф, которого вы наняли, прямо сейчас лежит голая в моей постели, и ты отвлекаешь меня от гораздо более приятного занятия, нежели опять выслушивать всю эту чушь.