Я не смогла, и ты не сможешь тоже (СИ)

-Как-то раз мама решила, что отца пора привести в нормальный вид и отвела его в салон красоты. Его подстригли на лысо, сказав, что с этими ужасными волосами ничего невозможно сделать. Папа вернулся домой злой, страшный, вошел в мою комнату и сказал: «Оля, до встречи с твоей мамой я думал, что видел в этой жизни все. Оказалось, что нет». И показал мне накрашенные бесцветным лаком ногти на ногах.
-Интересно, как ей удалось его заставить? Я по триста раз прошу Мишу не то что маникюр сделать, а хотя бы ногти подстричь – а он все равно делает это раз в месяц, после бани.
-Глупые вы девочки, стриженные ногти – это такая проза! Мне, когда я только в Москву приехал, друзья рассказали, что все москвичи обязательно бреют задницу и грудь – это как входной билет в московскую тусовку. И я побрил. Потом неделю из дома выйти не мог – кололо все и чесалось.
К утру Света и Илюша уснули, трогательно обняв друг друга за плечи. Ольга, ведя машину, поглядывала на них в зеркало заднего вида и улыбалась.
Игоря вместе с двумя смокингами они забрали, когда шел уже одиннадцатый час. Смокинги отправились на вешалку – туда, где уже висели Ольгино и Светино платье, а сам Игорь сел на переднее сиденье рядом с Ольгой.
-Хочешь, я поведу? – Предложил он, когда все перезнакомились. – У тебя на лице видно потрясающе веселую, но бессонную ночь.
-Не нужно, - отказалась Ольга. – В любом случае, у нас полно времени до начала приема, так что поедем куда-нибудь завтракать и пить кофе.
Завтракать решили в ресторане на Крестовском острове – несмотря на наступившую осень, летняя веранда еще работала, и Ольга с друзьями сумели занять прекрасный столик под белым тентом недалеко от воды.
Пока все изучали меню, она смотрела на Игоря. Сегодня он был одет иначе, чем в первую их встречу – серые слаксы, хорошей вязки бордовый свитер и выглядывающий из-под него воротничок голубой рубашки. Все это очень шло ему, создавая налет интеллигентности и аристократизма.
-Ты когда-нибудь носишь джинсы? – Спросила Ольга, когда Игорь поймал ее изучающий взгляд и вопросительно улыбнулся.
-Конечно, - признался он. – Когда сажаю картошку на даче.
Все посмеялись шутке, сделали заказ, и вскоре стол был уставлен сырниками, омлетами, фруктовыми салатами и бесчисленными чашками крепкого кофе.
-Как мы будем делиться на пары? – Спросил Илюша, закуривая. – И как ты собираешься нас представить?
Ольга наморщила лоб.
-Дай подумать… Может быть, так: дорогие родственники, позвольте представить вам моих друзей. Со Светой я сплю, с Илюшей тоже иногда сплю, с Игорем – пока нет, но как знать, что будет в будущем.
Света расхохоталась, Игорь подавился кофе и закашлялся. Он явно не был привычен к подобной откровенности.
-Не пугайся, - улыбнулась ему Ольга. – Это просто шутка. На самом деле Света и Илюша будут моими друзьями, а ты – моим кавалером. Если ты не против, конечно.
Игорь откашлялся наконец и сказал:
-Я не против. Однажды я сопровождал шестнадцатилетнюю дочь маминой подруги на ее первый бал. Чертова корова оттоптала мне все ноги, а потом я весь вечер ходил за ней и таскал сумочку. После этого я могу пережить что угодно.
Они провели в ресторане полдня. Завтрак плавно перешел в обед и грозился перейти в ужин. Ольга много смеялась, много курила, и постоянно – будто случайно – смотрела по сторонам. Она хорошо знала, что шансы увидеть Алису у нее минимальны, но почему-то все равно оглядывалась.
В Петергоф они приехали за полчаса до начала мероприятия. Переодевались прямо в машине – хохоча и подкалывая друг друга. Зато, выйдя на улицу, тут же разбились на пары и приняли, по выражению Илюши, «очень достойный вид».
Смокинг Игоря идеально ему подошел, а наличие рядом Светланы в красивом платье добавляло уверенности.
К ресторану нужно было идти через парк, и Ольга, лавируя между наставленными машинами, пошла в сторону входа. Кругом было слишком много людей, слишком много машин, всего – слишком много.
Она шла, держа Игоря под руку, и думала о том, что снова пошла на поводу у мамы и ведет себя как дрессированная собачка. Але-оп, прыжок, получи награду.
  
У входа гостей встречал Александр – то ли мамин двоюродный племянник, то ли еще какая седьмая вода на киселе. Он вручал гостям открытки с указанием мест за столом, и улыбался вымученной улыбкой.
-Привет, - поздоровалась Ольга, подходя поближе. – Нас вместе посади, пожалуйста.
-А вы есть в списке?
Ей захотелось немедленно его стукнуть, но она просто посмотрела, да так, что им немедленно выдали четыре открытки с портретом бабули на обороте.
-Господи, дай мне сил пережить этот вечер, - подумала Ольга, заходя внутрь ресторана, и застыла.
Рядом с ней, буквально в двух метрах, стояла Алиса с огромным фотоаппаратом в руках и делала какие-то знаки. Ольга заставила себя высоко поднять голову и расправить плечи. Они с Игорем подошли к Алисе и встали там, где она указала. Она ничем не выдавала своего удивления, по ее лицу даже невозможно было сказать, что они вообще знакомы.
-Немного ближе, пожалуйста, - попросила она, глядя на них поверх фотоаппарата. – Еще немного. Благодарю.
В Ольгиной груди разгорался пожар. Она была взбешена, расстроена, и обижена, но ничем этого не показала. Кинула равнодушный взгляд на Алису, которая принялась снимать Свету с Илюшей, и вместе с Игорем прошла в зал.
-Ты познакомишь меня с родителями? – Спросил Игорь.
-Конечно.
Сука. Ну какая сука! Не позвонить и ни разу не написать за все это время, а теперь вообще сделать вид, что мы незнакомы! Сука!
Мать с отцом стояли рядом с царственно сидящей в кресле бабушкой. Ольга подвела к ним Игоря, дождалась, пока мать осмотрит их с ног до головы, и вручила бабуле свой подарок.
-В прошлый раз твой муж выглядел иначе, - заметила бабуля, и Ольга чуть не зарычала вслух.
-Это не мой муж, - сказала она. – Бабушка, познакомься. Игорь Александрович Бантыш-Каменский. Игорь, моя бабушка – Анжелика Генриховна Будина.
Мама покашляла демонстративно, но Ольге было все равно. Она и так нарушила все правила приличия, и еще успеет получить за это по полной программе, а пока она просто утащила Игоря к бару и попросила бармена налить ей выпить.
-Похоже, у тебя не самые теплые отношения с семьей, - заметил Игорь, принимая из рук бармена бокал с вином и передавая его Ольге.
-Не самые, - согласилась Ольга, глазами выискивая в толпе гостей Алису. – Мама так кичится своим общественным положением, что забывает из-за этого обо всем остальном. Честно говоря, все эти правила, этикеты и прочая хрень затрахали меня еще в шестнадцатилетнем возрасте.
Она думала, что Игорь удивится изящности ее речи, но он только улыбнулся и, наклонившись, прошептал ей на ухо:
-Я носил галстук с четырех лет. На моем детском горшке – герб Бантыш-Каменских. Поверь, я хорошо понимаю, о чем ты.
Ольга увидела, как Алиса входит в зал, и придвинулась к Игорю еще ближе.
-У вас и герб имеется? – Нежно спросила она, тем особым тембром голоса, который использовала обычно только в спальне.
Алиса смотрела на них без улыбки. Но именно смотрела! Не делала вид, что они незнакомы, а, казалось, застыла на месте.
-А как же, - Игорь аккуратно коснулся губами Ольгиной щеки. – Всадник, бычья голова и орел – правда, не двуглавый, но все-таки орел.
Ольга опустила глаза и улыбнулась. Боковым зрением она увидела, как Алиса скрывается в гуще гостей, и сделала шаг назад. И как раз вовремя – к ним наконец пробились несколько напуганные Илюша и Света.
-Твоя мама только что устроила нам допрос, - сказал Илюша, забирая у Ольги бокал и выпивая его двумя глотками. – Я сказал, что меня зовут граф Ильинский, а Светка – моя жена, графиня.
-И она поверила? – Удивился Игорь.
-Он от испуга заговорил очень убедительно и надменно, - пояснила Света. – Так что да, она поверила. Оль, я очень надеюсь, что твоя мама не читает журнал «Семь дней», потому что иначе она очень удивится, увидев «графиню Ильинскую», запечатленную со своим мужем-банкиром в интерьере их загородного дома.