В змеином кубле (СИ)

3
Двое уходящих даже обернулись. И рука одного — у второго уже далеко не на плече.
Старший Мальзери застыл мраморной глыбой. Или окаменевшим великаном из сказки. Тем, что по дурости выбрел на ослепительно режущий солнечный свет. Да не один, а с потомством.
— Ваше Величество! — окликнул Рунос спину королишки. Распаленного… государственным долгом. — Настоятельно прошу вас подождать моего заключения. Мы не можем рисковать вашим бесценным здоровьем…
Скорей бы оно уже пошатнулось. А то Гуго того и гляди — всех переживет. А гены — те же.
И ускорить-то процесс нельзя. Никто не знает, какое именно убийство погубит душу и так приговоренного к небытию.
Но в убийстве Карла еще и нет смысла. Принц Гуго на престоле — еще хуже. Хотя бы потому, что давно совершеннолетний. А Эрик согласия так и не дал.
Его Величество соизволил обернуться:
— Да оставьте вы уже этого мальчишку, Рунос! Кому он нужен?
Ах, это крысенок про Диего. Раз уже не нужен королю — значит, и никому?
— Вы — личный врач короля, а не графа Мальзери. Лучше займитесь поскорее моим дорогим Октавианом! — волосатая короткопалая лапа небрежно потрепала юношу по обтянутой камзолом спине. Если не ниже.
Валериан Диего тоже не интересуется. А единственный, кому парень вообще дорог, сейчас не смеет лишний раз обернуться. Вторично — это ведь уже слишком для счастливого соперника, да?
— Жара и духота, — поставил диагноз Рунос. — А также избыток впечатлений.
Что в положении королевского врача хорошо — так это возможность игнорировать всех, включая короля. По любому поводу, кроме его личного здоровья.
В любом случае — не казнят и никак особо не покарают. Кому нужен искалеченный или даже просто больной лекарь? Единственный способный облегчить состояние Его Величества?
А заменить такого ценного — некем. Пока.
— Отвезите вашего племянника домой.
Мальзери сейчас в таком состоянии, что ему можно отдавать приказы. И даже нужно.
— С ним ничего страшного. Обморок, нервы. Разочарование… Если это была его мечта — глубоко соболезную юноше. И искренне поздравляю вас.
Ну всё, хватит издеваться. А то сейчас все-таки схлопочешь аристократическим кулаком. Даже Мальзери порой забывают об осторожности. Только что пример был…
И еще неизвестно, как отреагирует король — если его личный врач-простолюдин даст в морду графу и Регенту. Наотмашь.
А так хочется…
И сколько, оказывается, пар собралось вокруг. Пестрых и разновозрастных. Да и просто групп и группок. Вон, прогуливаются неподалеку. Машут веерами, бокалами и целуемыми дамскими лапками. Вот-вот лбами сталкиваться начнут…
Мальзери все-таки очнулся от спячки. Подозвал слуг, те склонились над Диего. Спокойно, без суеты. Вышколенные от и до. Равнодушнее самого господина.
Впрочем, это не их сыновья угодили во… дворец.
Не избил бы граф мальчишку дома! Хотя любая порка и любые пощечины для илладийца лучше, чем то, что ждало здесь.
4
Честно говоря, Рунос надеялся хоть на минуту одиночества — прежде чем явится «мальчик для осмотра». И так и не решил: вывести на разговор или нет? И на сколь подробный.
С одной стороны: выдать себя нельзя. Значит — к такой беседе придется подходить издалека и долго. Потому как юный Мальзери — достойный наследник своей семьи. По крайней мере, по части ума.
А с другой: у кого еще узнать о судьбе Элгэ Илладэн? Иногда неизвестность — невыносима. Почти так же, как честное, точное знание.
Шаги за дверью раздались раньше, чем Рунос успел присесть. Будем надеяться, Октавиан там хоть один.
Потому как только Его Ничтожества для полной компании и не хватало. А то еще и с Гуго. Не говоря уже о паре-тройке пажей с прихлебателями. Тоже вряд ли трезвых.
Впрочем, судя по шагам — не тот, не другой и не третий. И не четвертые.
Жанна. Где ее носило раньше — когда была так нужна?
Впрочем, лишний раз попадаться на глаза Гуго принцесса не любит. У нее тоже есть искушение устроить себе на одного дядю меньше.
  
Точно — так стучит только Жанна. Изящно, но настойчиво.
— Входи, — распахнул дверь Рунос. Не заморачиваясь с «Высочеством».
Красавица грациозно впорхнула в комнату любовника.
— Только сейчас здесь будет один молодой человек. А может — еще и твой коронованный брат. И нам очень повезет, если хоть без дядюшки.
— Какая мерзость! — сморщила аристократический носик принцесса. — Уже четвертый за последние полгода. Двое потом застрелились сами, одного прикончила собственная семья. Что ждет этого?
— Скорее, второе, — вздохнул Рунос. — С учетом, что новый избранник Его Величества — сын графа. Единственный. Наследник титула.
Впрочем, Мальзери за такое не прощают и троюродных кузенов.
— Карл с ума сошел! — ахнула Жанна. — Если теперь домогается графских сыновей…
Знала бы, что он уже и до герцогских добрался. Почти.
— Ему что, надоело быть королем⁈
— Это не станет поводом для восстания, — вздохнул целитель. — Дядюшку Гуго на престоле не захочет никто.
— Да всем уже скоро будет плевать, кто. Хоть Гуго, хоть любой из его пьяных солдат — лишь бы не Карл! — не выдержала Жанна.
— Сейчас не до этого, к сожалению. Прошу прощения, моя принцесса, но я вынужден просить вас уйти. Если вы, конечно, не пожелаете присутствовать на процессе осмотра юноши. И общаться с вашими… не совсем трезвыми родственниками.
— Кто хоть этот несчастный? — вздохнула она. Даже сочувственно.
Карла Жанна ненавидит. Гуго — без комментариев.
— Октавиан Мальзери.
Молчание целителя не спасет никого и ничего. Весь дворец будет знать уже завтра… если не сегодня. А послезавтра новость загуляет по Лютене.
— Не скажу, что мне жаль его отца, — усмехнулась принцесса. — Но вот парня — да. Он — хороший человек… мне так кажется. Бедный Виан.
На короля Фредерика порой находило. Он вспоминал собственное детство и позволял детям играть с их придворными сверстниками. Вот те-то были в восторге. Особенно от компании Карла.
Впрочем, тот под любым предлогом предпочитал другое общество. А вот принцесса пользовалась папиным послаблением на все сто.
— Жанна, послушать вас, так и Роджер Ревинтер — хороший человек.
— А это правда. Хочешь верь, Рунос, хочешь — нет, но я помню Джерри в детстве. Он был очень добрым. Мы с ним как-то подобрали в саду котенка с перебитой лапкой.
А перебил ее Карл. В девятилетнем возрасте он был не намного приятнее нынешнего.
— Жанна, теперешний Роджер сам с удовольствием перебьет таким котятам что угодно.
— Рунос, если сравнивать с моими братьями и дядей, то все люди — хорошие, — непривычно печально и серьезно проговорила принцесса.
Действительно. Целитель порой забывал, какова она под маской легкомыслия. А Жанна — дочь отца, с легкостью избавлявшегося от жен. И сестра полубезумного брата. Немудрено, что к первому же, кто отнесся к ней по-человечески, она привязалась.
Впрочем, нет — ко второму. Но, при всех его достоинствах, престарелый кардинал все же мало пригоден в объекты девичьих чувств.
Какой могла бы стать принцесса — вырасти она в другом месте? В другой семье?
— Ладно, о мой суровый возлюбленный! — любительница игр с огнем страстно прильнула к его губам. И почти сразу отстранилась первой — невозможный для нее факт. — Я покидаю тебя. Надеюсь, ненадолго.
Далеко ли успела отойти Жанна, Рунос не знал. Возможно, столкнулась с новым протеже Карла прямо в коридоре. А то даже и поздоровалась. Потому как стук в дверь раздался спустя минуту после ее ухода — не дольше.
С «Джерри» принцесса действительно дружила. А с «Вианом»?
— Прошу прощения, — холодноватый, подчеркнуто-вежливый тон Октавиана ничем не напоминает его же развязный — час назад. Потому что на самом деле младший Мальзери — не развязен. — Если я вам не слишком помешаю, то меня прислал Его Величество.