Моя прекрасная повариха (СИ)

  
Лариса Петровичева
 
Моя прекрасная повариха
   
Глава 1
 
Фьярви
Все портила зеленка – жидкость, которой мажут эльфийских детей при ветряной лихорадке. Без россыпи ее пятен на лице и руках маленькая девочка была бы похожа на куклу в розовом платье.
– Не буду! – заявила она, готовясь разреветься. Завитые золотые локоны задрожали. – Не буду я с вами играть!
Но Дархановых пацанов так просто не возьмешь. Если Нар и Очир решали, что им что-то нужно, то от них было не отбиться. Вот и сейчас они крутились возле входа в гостиницу и искали, где бы еще напроказить. Как правило, все их игры заканчивал отцовский ремень.
– Ну как не будешь? – деловито произнес Нар. Его круглолицая физиономия так и лучилась энергичным нетерпением. – Мы хотим играть в Алтын-Баатора, Золотого богатыря. А ты будешь прекрасная орчиная принцесса Гарухта.
– Ты совсем зеленая! – добавил Очир. – Ты орчиха уже!
Девчушка разревелась от обиды и прижалась к маме. Эльфийка была высоченная, тонкая, как веточка, и такая рыжая, что глаза начинали болеть. Одежда была, конечно, не эльфийская. Никаких дорогих тканей, золотого шитья, камней, светлее блеска звезд. Простая синяя рубашка, темные штаны, аккуратные туфли, видавшие лучшие времена.
Бедствуют. Ни один эльф не придет искать работу у гнома, если не дошел до крайней нищеты.
– Ну ладно тебе, пошли играть! – не отставал Нар. – Поиграем и пойдем накопаем червяков для ежа. Тут знаешь, какой еж? Ух! Он крысу задавил, я сам видел.
Но девочку еж не впечатлил. Я подошел, стараясь придать себе спокойный и деловой вид, и осведомился:
– Вы ко мне?
Эльфийка окинула меня хмурым оценивающим взглядом. Да, она в нищете. Это видно по осунувшемуся лицу и проступающим венам на натруженных руках.
– Если вы Фьярви Эрикссон, то к вам, – ответила она и вынула из кармана штанов сложенный вчетверо листок объявления. – Вам нужна повариха?
Из проулка вышел Дархан, отряхивая руки: сразу ясно, исправлял какую-то утреннюю каверзу своих ребят. Он увидел эльфийку, и у него сразу же сделался глуповатый вид. Даже зеленая кожа слегка просветлела.
– А ну! – привычно прикрикнул он, и мальчишки сделали шаг в сторону. – Ухи оборву!
Про обрывание ух он говорил каждый день, по вечерам воплощал в жизнь, но я не видел, чтобы из этого был особенный толк. Эльфийка посмотрела так, что Дархан замер и заулыбался, словно его ясное солнышко согрело.
– Да, я Фьярви Эрикссон, – ответил я. – Да, повариха нужна, Пекка сегодня работает последний день. Умеете готовить?
Красивое лицо, словно выточенное из слоновой кости, едва заметно дрогнуло. Кажется, эльфийка натерпелась и навидалась всякого. Мне даже стало жаль ее, но я быстро убрал жалость подальше.
Ее народ не жалел гномов, когда изгонял из Благословенного мира. Вот пусть теперь сами справляются с подземной гнилью и тварями, кушают полными ложками.
Впрочем, не стоит издеваться над теми, кому и так плохо.
– Умею, – кивнула эльфийка. – Меня зовут Азора Палевеллин, это моя дочь Глория.
Я кивнул.
– Яичницу с беконом поджарить сможете? – осведомился я. Азора кивнула с прежним достоинством. Я невольно задумался, кем она была в своем мире.
– Вот и отлично. Поджарьте, я голоден. Дархан покажет, куда идти. Это ваши вещи?
В ногах Азоры лежала сумка: да, они действительно беженцы. Бежали, в чем были. Удивительно, что девочка наряжена, как кукла.
Дархан заулыбался, словно ему оказали великую честь. Неудивительно.
– Да, наши, – с достоинством кивнула эльфийка. Все-таки они обаятельные стервы, я поймал себя на том, что уголки губ начали подрагивать, разъезжаясь в улыбку.
– Несите внутрь, пока оставите в холле, – сухо добавил я. – Жду вашу яичницу.
Если вы управляете гостиницей, то у вас всегда будет уйма дел. Вскоре пришел Дархан, и несколько минут я слушал его отчет. Ночь прошла спокойно. Никто не напился, не буянил, не желал странного за счет гостиницы. Вот и слава Глубинному Червю.
 
– Те инженеры из Кавентона съехали в пять утра, – сообщил Дархан и со вздохом добавил: – Эльфы, шеф. Три номера. Заезд в полдень, как раз к обеду.
– Эльфы, – со вздохом кивнул я. – Три номера, чтоб их.
Как и все гномы и орки, мы с Дарханом терпеть не могли эльфов, и не потому, что они изгнали нас из Благословенного мира. Когда у тебя гостиница, то ты с удовольствием примешь любых постояльцев, лишь бы они платили. Но с эльфами хлопот всегда было больше, чем толку.
Как вы думаете, почему из холла убрали рояль? Потому что некоторые дивно время провели. Их, конечно, оштрафовали, полиция помогла внести их в черный список по всему региону, но это было слабое утешение.
А еще они притаскивали с собой шлюх по вечерам. Настолько уродливых, что я всегда этому поражался. Дархан считал, что после деликатесов всегда тянет на соленый огурец, маринованный чеснок или лапшу быстрого приготовления – поэтому красавцы в шелках и бархате тратят деньги на страшилищ.
– Я уже позвонил в полицию на всякий случай, – сообщил Дархан. – Шеф Гемини сказал, что приедет и примет их в лучшем виде.
В дверь постучали. Дархан открыл – вошла Азора с подносом, аккуратно поставила на стол и встала чуть в стороне.
Запах… запах был таким, что волосы начинали шевелиться, а все тело замирало в предчувствии чуда. Я и подумать не мог, что простая яичница с беконом может так пахнуть: тепло, ярко, с легкой ноткой дыма и пряностей, так, что рот наполняется слюной. Из ломтиков бекона было сооружено что-то вроде корзиночки, и два оранжевых глазка яичницы красовались в ней, подмигивая кусочками помидора, мелко порезанного репчатого лука и зеленого перца.
– Приятного аппетита, – сказала Азора, и я взялся за вилку.
Вкусно? Нет, слишком блеклое слово. Когда я умру, и боги встретят меня на Мировом древе, то там будет как раз такая яичница. Это был какой-то невероятный гастрономический восторг, торжество вкуса – я сам не заметил, как опустошил тарелку.
Но надо было выглядеть спокойным. Надо было не показывать, что у меня душа поет и пляшет от радости.
– Это просто праздник, а не завтрак, – снисходительно одобрил я. Не хватало еще, чтобы эльфийка стала задаваться и задирать нос с первого дня.
– Я принята? – спросила Азора. Дархан посмотрел так, словно хотел падать на колени и умолять: прими, прими ее на работу, дай ей стол и кров!
– Приняты, – ответил я. – Где живете?
Азора нахмурилась, словно я наступил на больную мозоль.
– Можно сказать, что нигде. Благотворительный приют святой Марфы для иномирян.
Ну да, ну да. Плавали, знаем. Там крысы ходят, как у себя дома.
– У меня есть свободная комната на третьем этаже, – ответил я, и Дархан просиял. Эта комната была прямо напротив той, которую он занимал с мальчишками. – Сходите устройтесь, и добро пожаловать на кухню.
Азора вздохнула с облегчением, и ее гордое лицо на мгновение сделалось настолько нежным и беспомощным, что у меня сжалось сердце.
– Я выпишу вам аванс, – сказал я, открыв чековую книжку. – Что ж, с сегодняшнего дня вы официально работаете в гостинице «Вилка и единорог». Поздравляю!
Азора
– Так как, говоришь, тебя зовут?
Пекка была гномкой – настолько толстой, что я удивилась тому, как легко и быстро она передвигалась по кухне. Толстые каштановые косы лежали на спине спящими змеями, традиционный клетчатый фартук мог бы спокойно служить скатертью. Пока я готовила яичницу для Фьярви, она не отрывала от меня глаз, с важным видом сложив руки на могучей груди.
– Азора, – представилась я. Конечно, это было ненастоящее имя. Настоящее умерло вместе со мной в Благословенном мире, и я не хотела, чтобы оно воскресло.
Незачем. Это никому не принесет добра. Мы с Глорией потратили слишком много времени и сил, чтобы спрятать прошлое в прошлом.