Царица барахолки или мой магический сэконд-хэнд (СИ)

И вот сейчас, погладив себя по крутым бёдрам и плоскому животу, мимоходом отметив, какая шелковая у меня теперь кожа. И как упруго и бесстыже подпрыгнули груди, не отягощенные бюстгальтером. И тяжеленная коса до задницы. Ее было не видно, но она ощущалась затылком и спиной.
И вроде бы я должна сейчас быть в шоке и все отрицать. Ну, как же! Этого не может быть! Мне пятьдесят, у меня шрам от аппендицита и три крупных родинки тупоугольным треугольником чуть ниже локтя!
  
Но ничего подобного! Это новое тело ощущалось своим-родным едва ли не больше, чем то, прошлое!
Не как будто я подселилась без спросу в голову какой-то несчастной девчонки, утратившей рассудок, как случалось во многих любовно-приключенческих книжках, которые я читала в тайне от детей и знакомых. И никаких даже мыслей, типа: “Я сплю! Это все не взаправду!”
Ну, то есть, в начале что-то такое мелькнуло, но улетучилось очень быстро. Сменившись на уверенную такую реальность. Где я чётко и бескомпромиссно понимала, что я и есть вот эта упругая красотка с шелковой кожей и дерзко торчащими сиськами. И Горбун именно меня сейчас разглядывает самым что ни на есть бесцеремонным образом.
– Что? – снова повторила я, поддерживая драный подол. Прикрывал он только одно колено.
– Срамота! – изрек Горбун и быстро шагнул ко мне. Так быстро, что я даже отшатнуться не успела. Схватил меня за руку, больно сжав запястье и быстрыми шагами потащил за собой. К другой двери, не той, за которой скрылся шериф.
– Отпусти! – я безуспешно попыталась вырвать руку из цепких пальцев Горбуна. – Куда ты меня тащишь?!
– Больно ты нервная, Клепа! – не обращая никакого внимания на мои попытки освободиться, Горбун сноровисто сунул ключ в замочную скважину, распахнул дверь и вытащил меня внутрь. В его уродливом теле оказалось столько силы, что он как будто даже не заметил моих усилий!
Божечки-кошечки! А ведь я только что думала, что не позволю этому урода к себе прикоснуться. И свою девичью честь буду защищать, как дикая кошка! В клочки, мол, Горбуна порву, если он ко мне руки свои кривые протянет.
Ага-ага, в клочки.
Да если он вдруг замыслит меня использовать с целью, так сказать, удовлетворения своих низменных потребностей, трепыхаться будет совершенно бесполезно!
Откуда в таком убогом теле столько силы?!
Но на мое счастье, планы насчёт меня в Горбуна были совсем другие.
– Значит так, Клепа! – Горбун вытолкнул меня на середину второго помещения в этом доме. – Эти свои тряпки снимай немедленно! Подбери что-то приличное, чтобы мне не краснеть тут за тебя!
И тут же мне показалось, что из его разных глаз будто бы на долю секунды выскочили змейки. Прямо как в том мультике, про калифа-аиста.
Жуть накатила ледяной волной, но я мысленно себя осадила. Толку-то ахать и отпрыгивать? Можно подумать, это кого-то тут впечатлит или чему-то поможет!
– Вообще-то меня зовут Клеопатра! – строптиво заявила я и гордо выпрямила спину. Так резко, что грудь подпрыгнула и заколыхалась.
– Ишь ты, поди ж ты! – Горбун покачал головой, а потом расхохотался. – Сама придумала? Или у кого-то позаимствовала?
– Родители в паспорте написали, – огрызнулась я.
– Где-где написали? – спросил Горбун. – Откуда у тебя паспорт, ты же рабыня беглая! Тебе документов не полагается!
Фух! А я только-только успела испугаться, что ляпнула что-то не то. Это же явно какой-то другой мир, не мой старый. Вдруг тут никаких паспортов нет вовсе?
Но оказалось, что есть.
Только вот, к сожалению, наличие паспортов никак не мешает рабству. Беглая рабыня, купчая… Хм.
– А если я вовсе никакая не рабыня, а царица на самом деле? – я ещё более гордо выпрямилась. Да что ж такое?! У меня, можно сказать, в первый раз в жизни оказались такие роскошные сиськи, которые чуть ли ткань платья не рвут, а на этот роскошный аксессуар мужики никакого внимания не обращают!
Ну, во всяком случае, те два, которые мне встретились. Шериф смотрел на меня, как на вещь. И вообще вез, завернув в ковер. И Горбун, который сначала мне показался вроде как стариком, но сейчас кило понятно, что вовсе даже он не старый. Ну, пожилой, в лучшем случае. Но он тоже игнорирует вот это вот доставшееся мне внезапно юное богачество!
Почему-то это было ужасно обидно. Иррационально и нелепо, конечно, но чувство было незамутненным, чистейшим и настоящим. Не отмахнешься.
Хотя, казалось бы, радоваться надо, дуре! Что хорошего меня бы ждало, если бы эти двое отнеслись ко мне как к объекту страсти и возжелали бы свою похоть немедленно удовлетворить?
Ну да.
Мозгом я понимала, что для меня все складывается наилучшим образом. Но эмоции выдавали странные фортеля. Подростковые гормоны фонтанируют?
– Значит будешь ты в меня, Клепа, царица барахолки! – Горбун обидно засмеялся и потрепал меня по щеке, как маленького ребенка.
– Какой ещё барахолки? – раз остроумного ответа в моей голове не нашлось, я решила, что надо хотя бы информацию уже собрать.
– Позвольте представиться, ваше величество, – Горбун отвесил мне неловкий шутовской поклон. – Я Дикон Вирби, барахольщик. В ты – моя собственность. И купил я тебя как помощницу в моем неблагодарном деле.
– У тебя купчей нет, – наугад брякнула я.
– А у тебя – паспорта, – криво ухмыльнулся он. – И ты не помнишь ничего. Сбежишь – мигом окажешься в Башне Дураков.
Где-то с минуту мы смотрели друг другу в глаза. Молча. Играли в гляделки. Я с каждой секундой убеждалась, что была совершенно права, у него реально нет никаких доказательств, что я – его рабыня. Он что-то темнит, это точно! Но ведь и он, получается, прав…
– Как зовут нашего князя? – быстро спросил он. – На какой реке стоит наша столица?
Я молча насупилась. Похоже, Горбун знает про меня что-то такое, чего я сама о себе не знаю.
– Я вижу, мы друг друга поняли, – Горбун снова улыбнулся. Теперь его улыбка была торжествующей. И жуткой. – Шериф завтра про тебя забудет, у него хватает и других дел. А если ты всё-таки сбежишь и нажалуешься, то меня уличат всего лишь в том, что у меня бумажки нет. И мне придется искать новую помощницу. А вот ты отправишься в Башню Дураков. А оттуда, как ты знаешь, не выходят…
– Не знаю я ничего такого, – строптиво огрызнулась я. Просто чтобы что-то сказать.
– Верно, – Горбун подмигнул и снова попытался потрепать меня по щеке. Но на этот раз я увернулась. – Знать ты этого не можешь. Ты же ничего не знаешь! Но лучше тебе поверить мне на слово.
В глазах Горбуна снова мелькнула жутковатая тьма. Как будто змейки выскочили.
Было ли мне страшно?
О, да!
Но гораздо больше внутри меня вскипали другие эмоции.
Злость на бессилие, и что вот этот убогий уродец так запросто меня переиграл.
Иррациональную обиду, что все два встреченных здесь мужика не падают в обморок от моей красоты.
Страх, что вдруг что-то не так с моим лицом, вот никто на сиськи и не смотрит.
Божечки-кошечки, у меня тут судьба, можно сказать, решается, а меня волнует, не размазалась ли косметика у меня на лице! И ещё мне стыдно, что я недостаточно остроумно отвечала своему горбатому “хозяину”.
– Так, Клепа, мне сейчас нужно уйти, – перешёл Горбун на деловитый тон. – Так что сейчас я тебя тут запру. А ты пока осмотрись, выбери себе из одежды что-нибудь приличное. Лицо умой…
Тут он противно так захихикал.
Ну точно! Что-то не так с моим лицом! И я быстро огляделась в поисках зеркала.
И не успела отследить момент, когда осталась одна. Горбун выскочил за дверь, лязгнул замок. И как будто по всему периметру двери пробежались едва заметные искорки.
  
Показалось?
  
Если и страдать, то в невероятном платье!
 
Внезапно наступившей тишиной меня накрыло как одеялом. Несколько секунд я просто стояла неподвижно, как будто превратилась в свою собственную статую.
Потом решилась пошевелиться. И только сейчас осознала, в каком напряжении находилась.