Алый бант в твоих волосах (СИ)

Пока она доедала свою палочку, я успел заглотить ещё одну. Но когда потянулся за следующей, Катя трижды отрывисто промычала и поводила в стороны указательным пальчиком, будто бы запрещая мне прикасаться к картофелю.
Сестра снова потянулась к миске, вытянула из неё самый короткий ломтик и, макнув его в соусницу вместе с пальцами, приготовилась скормить мне. Катя специально взяла его так, чтобы испачкаться! Не зная, что сестра сделает дальше, я приоткрыл рот. И Катя медленно засунула в него весь ломтик, а потом размазала большим пальцем кетчуп по моей нижней губе.
Протолкнула ломтик кончиком указательного пальца, и он оказался зажат между моими губами. А когда мой язык коснулся подушечки её пальца, Катя медленно моргнула. Мне даже показалось, что в этот момент мышцы на её лице едва заметно дрогнули. Сестра сглотнула слюну и, поднеся руку к лицу, сама облизала оба своих пальца.
Это что, фетиш какой-то? В голову тут же полезли жуткие пошлости. И пока я о чём-то размышлял, Катя ждала продолжения, взглядом требуя для себя новую палочку. Вынув из миски очередной ломтик, я поднёс его к губам сестры. И в этот момент из ванной комнаты вышла вторая сестра. Катя схватила зубами картофельную палочку и развернулась.
— Что это вы там едите? — с любопытством спросила нас Сашка и направилась к столу.
— А ну, стой! — воскликнула Катька и поднялась со своего стула. — Это что на тебе такое?
Сашка в нерешительности остановилась в двух метрах от стола и оглядела себя. На ней была тонкая белая маечка и такие же белые трусики.
— Что-то не так? — спросила Сашка сестру и уже опять было собралась подойти к столу.
Но Катя шагнула навстречу, опустилась на корточки и двумя руками стянула с Сашки трусы.
— Что ты делаешь⁈ У меня же там!.. — завозмущалась младшая сестра, пытаясь сопротивляться, но Катя уже сделала то, что хотела.
— Так не пойдёт! Мы же договаривались! Или это Артём выбрал? Нет?
Саша переступила упавшее на пол нижнее бельё, наклонилась и подобрала его. А затем умчалась в свою комнату, сверкая голыми ягодицами. Проводив сестру взглядом, Катя развернулась. На её лице сияла довольная улыбка.
— Катя, а это не перебор? Ты же её сейчас обидела!
— А пусть тогда одевается красиво! — громко сказала Катюха, обернулась к двери в спальню и крикнула: — И не обижайся!
— А я и не обижаюсь! Подумаешь, забыла! Могла бы просто сказать! — кричала сестра ей в ответ.
Не обиделась. Эм… Ладно.
Не успел я съесть и двух палочек, как мне стали приходить сообщения с фото. Разблокировав свой смартфон, я открыл мессенджер и начал разглядывать изображения. На каждом из них Саша высоко задирала нижний край майки, эффектно позируя в нижнем белье.
Катя подошла ко мне сзади. Прижимаясь грудью к спине, она обхватила меня левой рукой и мягко опустила голову на моё правое плечо. Вторая рука сестры потянулась к миске, вытянула оттуда палочку и ловко отправила в рот хозяйки.
— Ну и как тебе? — спросила меня Катя, а потом громко облизнула свои пальцы у моего уха, пока я пролистывал фото. — Стой. Верни!
На последней фотографии на Саше не было ничего, кроме маечки. И поэтому я тут же перелистнул фото обратно. Но Катя потребовала вернуться. Она протянула пальцы к смартфону и, увеличив фото, стала двигать его по экрану.
— А может, пусть так и ходит? — иронично спросила меня сестра и засмеялась. — Выбор за тобой. Всё, я в душ.
Катя отлипла от меня и ушла в ванную. А я ещё раз пролистал Сашины фото и отметил ту, где на ней надеты белые трусики. Почти такие же, в каких она была, когда только вышла из ванной комнаты. Саша отправила мне поцелуй и через полминуты подошла к столу.
— М-м… Жареный картофель! — схватив из миски палочку, сказала она, и тут же ей захрустела.
Не доев первую, с громким хрустом она запихала в рот вторую и потянулась через полстола за третьей. Каждый раз, когда Сашка наклонялась, её грудь, обтянутая тонкой майкой, оказывалась перед моими глазами. И я отчётливо видел бугорки, торчащие из-под ткани.
На Сашкином пальце всё ещё красовалось обручальное кольцо.
  
— Я помою сегодня посуду, а ты иди собирайся. Рано у тебя поезд?
— В пять сорок.
— Тогда нужно лечь пораньше, — рассуждала Сашка, словно заботливая жена.
Закинув в рот ещё один ломтик картофеля, я поднялся из-за стола, поблагодарил сестру за помощь и отправился в свою комнату собираться в командировку.
Быстро покидав в рюкзак нужные вещи, загрузил туда же свой ноутбук, рабочий блокнот и несколько папок с документами. Достал дорожную сумку, сложил в неё из шкафа вещи, в которых буду ходить ближайшие несколько дней.
А потом вспомнил, что работать придётся на объекте, и решил захватить с собой мой компактный термос. Только бы вспомнить ещё, где он лежит! После переезда я ни разу не доставал его. А значит, он где-то в коробках.
Проверив всё в своей комнате, я отправился в спальню сестёр. Но и тут не нашёл любимого термоса. Увидев стоящие на шкафу коробки, сходил за стулом и полез наверх. Однако и там оказалось совсем не то, что нужно.
— Саш! — крикнул я. — А ты не знаешь, случайно, где мой термос⁈
Стоя на стуле, я приоткрыл дверцу шкафа. На самой верхней полке лежала ещё одна коробка. Достав её оттуда, открыл и увидел лежащий в ней большой алый бант.
— Ну вот зачем ты туда полез⁈ — с гневом в голосе спросила меня вошедшая в комнату Сашка.
Следом за ней в спальне появилась завёрнутая в полотенце Катюха и с волнением в глазах посмотрела на меня.
 Глава 25 
 Чей это алый бант? 
Стоя на стуле во весь рост, я держал в руках коробку с вещами, которую только что достал с самой верхней полки шкафа. Желая найти в ней свой старый любимый термос, я наткнулся на кое-что другое. Такое же старое, но ничуть не ставшее хуже за долгие годы.
Услышав мой вопрос, в спальню примчалась младшая сестра. А следом за ней вошла и Катюха. И, кажется, обе сестры сильно удивились тому, что я полез в их шкаф. И даже разозлились, потому что сделал это без спроса.
— Зачем, зачем… — пробурчал я, отвечая на вопрос Сашки. — Говорю же, термос свой искал! — Ухватив коробку одной рукой, я достал из неё алый бант и спустился со стула на пол. Затем поставил на стул коробку и стал крутить украшение в своих руках. — Я помню этот бант! Это ведь тот самый, да? Что я подарил?
Саша испуганно смотрела на старшую сестру, а та, пока я разглядывал бант, видимо, что-то объясняла ей жестами, явно проявляя своё недовольство.
Да, это тот самый бант! Сколько им тогда было? Двенадцать, кажется? Шесть лет прошло, а он всё как новый!
— Бант только один, — тщательно проверив содержимое коробки, произнёс я. — А где второй? Их же два было. Ну? Вы чего замолчали?
— А что говорить? — первой подала голос Катя. — Ну да. Бант один. И ты тоже один! — не скрывая раздражения, сказала она.
— В каком это смысле, я один?
— Ну не два же тебя? Зачем второй бант?.. — продолжала говорить намёками Катя.
— Ты что-нибудь помнишь? — робко спросила меня Сашка.
Помню ли я? Конечно, помню! Как такое забудешь? В пятницу, когда мы с Сашей сидели в парке у фонтана, она спросила меня об этом же. Помню ли я? Тогда я не сразу понял. Но сейчас, взяв в руки этот бант, вспомнил всё. Я ведь и вправду пообещал, что женюсь на той из сестёр, кто сохранит свой бант до восемнадцатилетия. Но разве тогда я думал о том, что эти слова воспримут всерьёз? Нет, конечно!
И тогда же в парке Катька сказала, что бантов этих уже нет, и моей личной жизни ничто не угрожает. А теперь выясняется, что бант есть. Но всего один. И, как я понимаю, вторая сестра свой не сохранила.
— Ну, и чей это бант? — спросил я и по очереди посмотрел на обеих сестёр.
По едва проскочившей улыбке на лице Сашки, я сразу обо всём догадался. Это её бант! Опустив голову, она стояла около шкафа и пальцами теребила обручальное кольцо на своей руке, покручивая его то в одну, то в другую сторону.