Между демоном и бесом (СИ)
Если я и не лишилась в те мгновения сознания, то точно благодаря какому-то неземному чуду. А может и этой парочке. Поскольку никто из них не собирался меня отпускать или позволять делать мне что-то им неугодное.
— Какая умница… Сладкая, послушная девочка… Ради подобной женщины можно и не на такое пойти…
Кажется, всё это прохрипел с самодовольным утробным рыком Дэм, перед тем как переместиться к другому полушарию моей груди и обвести его влажными узорами извивающегося языка. До того как остановиться там на соске и растереть его до сладких вспышек очередных приступов эрогенной лихорадки. Причём смешавшихся с более сильными спазмами острой похоти, которые меня атаковали с помощью языка и пальцев Беса на моей киске.
И, похоже, я всё-таки кончила или же была на грани этого, не различая, где же был предел, а где лишь его начальная стадия.
7
Нет, они и не думали останавливаться. И даже не переговаривались между собой, что и кто будет делать со мной в ближайшие минуты. Словно уже договорились обо всём этом когда-то заранее, а может, действуя чисто по наитию и то, что хотели больше всего в той или иной ситуации. Как и не позволяли мне сбегать из их реальности, удерживая в ней всеми способами — от запредельного возбуждения, до лёгких отрезвляющих встрясок.
Одной такой из последних был момент, когда Дамир подхватил меня за подмышки и подтянул головой к ближайшему подлокотнику, чтобы я приняла более удобное для него положение. Я и очнуться тогда толком не успела, испуганно распахнув глаза и поняв, что же от меня хотят только тогда, когда он снова восстал надо мной во весь свой гигантский рост и приблизил к моему лицу свой пугающе большой член, придерживая его расслабленными пальцами руки. Понять, что именно он от меня хотел было совершенно несложно. Впрочем, как и всё то, зачем они вообще всё это устроили.
Бес, к слову, тогда тоже прервал свои развратные манипуляции с моей киской, неожиданно вдруг отстранившись и поднявшись надо мной и диваном. Но когда я кинула на него смутившийся взгляд, увидела, что он тоже начал раздеваться. Вернее, снимать с себя остатки одежды — чёрную футболку и джинсы.
Как будто только тогда до меня окончательно дошло, что со мной происходило и что на самом деле эти двое собирались со мной сотворить. А уж когда увидела освобождённый член Беса, далеко не маленький и покачивающийся с угрожающе вздутой головкой прямо над моей раскрытой и возбуждённой им же киской, поняла, что это далеко не шутки. Впрочем, как и от вида эрегированного фаллоса Дамира в нескольких сантиметрах от моего лица.
Их намеренья были более, чем очевидными. Скорее даже, желания с пробравшей каждого из них до мозга костей звериной похотью. Да и меня, по ходу, тоже.
— Вот видишь, Дэм… Мечтам всё же свойственно иногда сбываться. Даже самым безумным…
Бессарабов и в этот раз не удержался, чтобы не вставить своих пяти копеек. Правда, я тогда не обратила на его слова никакого внимания, если только не считать воздействующую на меня вибрацию самого голоса мужчины, которая прошлась по моим нервам и под кожей очередным разрядом эрогенного тока в тот самый момент, когда вторая рука Дамира обхватила мне затылок, зафиксировав мне голову в желаемом положении. И когда головка его члена уже практически коснулась моих губ, а я… Не понимаю, как я вообще это сделала. Приоткрыла рот и высунула язык, чтобы коснуться упругой уздечки мужского пениса и провести влажной дорожкой вверх по центральной впадинке к самой вершине залупы, к накопившейся там крупной капле смазки.
Дэм тут же довольно рыкнул, сжав в кулак у корней мои волосы до лёгкого болезненно-сладкого натяжения, но удержавшись от иного импульса — толкнуться наконец-то всей головкой мне в рот. Пока ещё почти пассивно наблюдая, как я размазываю по ней языком густую каплю эякулята, перед тем, как обхватит её упругую и очень гладкую вершину губами.
Бес тоже не отставал, а может даже в чём-то и опережал своего напарника, так как очень скоро заставил меня дёрнуться и жалобно всхлипнуть. Потому что прижал в тот момент свой член к моей воспалённой киске и несколько раз провёл по ней своей упругой залупой, дразня ею мой перевозбуждённый клитор и сводя этим с ума до нестерпимых ощущений. А потом и вовсе долго не думая вошёл неглубоко, ткнувшись изнутри в самую эрогенную во влагалище точку, которую совсем ещё недавно растирал пальцами.
Конечно, я не могла не ахнуть и не содрогнуться, словно меня попытались только что вывести из строя. Я даже не заметила, как крепче схватилась напряжённым кулачком за ствол члена Дамира, неосознанно подмахнув другому, который находился сейчас во мне и с каждым последующим толчком проникал всё глубже и глубже. Растягивал, раздражал, доставал до ноющих точек изнутри…
— Бл@дь, ну какая же ты сладкая и… тугая. Похоже, кто-то так и не сумел лишить тебя девственности по-настоящему.
То, что Бес говорил о моём муже, догадаться было несложно. Но я всё равно цеплялась сознанием не за смысл его слов, а за интонацию и за сам голос мужчины. За понимание того факта, насколько Бессарабов был сейчас на взводе сам и как сильно хотел меня в эти секунды. Так же сильно, как и Дамир, чьё доказательство запредельного возбуждения я сейчас держала в руке и уже частично вобрала в свой рот. И это было действительно за гранью реальности и здравого понимания. Меня как будто несло на бешеной скорости в эту губительную бездну, в которую меня затягивали эти двое, не испытывая на этот счёт никаких отрезвляющих мыслей с самоосуждением. Я действительно этого хотела и сходила с ума от того, насколько безумным было моё желание. А уж как меня плавило сумасшедшим возбуждением, под которым нещадно сгорал и здравый разум, и агонизирующая сущность.
— Ох@еть, Дэм… я уже на пределе. Трахать такую самочку, будто впервые в жизни пробовать наркоту…
8
В том-то и дело, Бес меня не просто трахал. А именно насаживал на свой член, уже вбиваясь в меня на полную длину и глубину, крепко удерживая горячими ладонями за таз, и, как заведённым поршнем, растирал меня изнутри быстрыми толчками. А будоражащий звук его ударов о мою влажную промежность, казалось, и вовсе доводил до полного изнеможения, заставляя выгибаться и задыхаться от стонов.
Не удивительно, что мне было сложно сосредоточится на минете. Может оттого Дамир и не стал со мной фамильярничать и, в конечном счёте, принялся сам трахать меня в рот, задвигав напряжёнными бёдрами и растирая крупной головкой своего фаллоса мои губы, язык и даже нёбо.
Да я едва ли вообще хоть как-то соображала в эти секунды, что же со мной происходило. Единственное, что, наверное, сумела тогда чётко запомнить, это как сама схватилась за ногу Дэма (а может даже и за его крепкую ягодицу) и чуть было не рехнулась окончательно. В ту самую секунду, когда ощутила, какой стала более вздутой залупа у меня во рту, готовая вот-вот выплеснуть мне на язык первые порции горячего семени. Я даже почувствовала насколько сам Дамир уже был на пределе и готов был уже кончить, но…
В этот момент меня настолько сильно накрыло, что я тут же выгнулась и неосознанно отстранилась от живота трахавшего меня в рот Дэма, выпуская изо рта его член. И это действительно было сложно контролировать, поскольку столь мощного оргазма я не испытывала наверное вообще никогда. Я буквально захлебнулась собственным криком, выгибаясь и не понимая, что мне вообще делать — то ли как-то отстраниться от Беса, то ли, наоборот, подключиться к его вбивающимся в меня ударам. Я, кажется, даже потерялась на какое-то время в пространстве, пока моё тело содрогалось от мощных внутренних спазмов, а оргазм словно и не желал заканчиваться. Даже когда ощутимо затих и даже когда руки Дамира снова меня подхватили, а член Беса выскользнул из меня.
Окружающая комната снова вокруг меня перевернулась, но опять ненадолго. Очнулась я вскоре уже в другом месте. Точнее на Дэме, когда он усадил меня верхом на себя, после того, как растянулся на ближайшей тахте, заставив обхватить его таз и рёбра голенями и коленками и раскрыться всё ещё кончающей киской над его так и не удовлетворённым членом. Я и вжалась в него вскоре очень горячей и очень мокрой промежностью, снова громко всхлипнув и одуревшим взглядом уставившись в почерневшие глаза мужчины прямо перед собой в упор.