Ненавистная месть (ЛП)

Мое сердце билось ровно, пока я осматривала дурно пахнущую скотобойню, обдумывая план побега. Прежде чем я успела пошевелиться, рука Тайлера удержала меня на месте.
— Это не стоит того, чтобы убегать, — его рука крепко держала меня, но он смотрел вперед. — Он заставит нас убить тебя, и не заставляй меня проходить через это, Пэйтон.
Я высвободила руку из хватки Тайлера и попыталась растереть ноющие запястья, внимательно наблюдая за отцом. Он был не тем человеком, которого я помнила ребенком. Исчезло то тепло, которое раньше светилось в его глазах. Исчезла фальшивая, спокойная, заботливая внешность, замененная этим мерзким, отвратительным недочеловеком, который заботился только о себе. Мой разум не мог постичь, как он мог сделать то, что он сделал со мной, и как он передал меня Дэву, чтобы тот использовал и издевался надо мной, чтобы заплатить свой долг. Я была уверена, что это был мой конец. Это была моя жертва за то, что я родилась в положении, которого никогда не хотела. Я никогда не просила быть частью этого гребаного общества, чтобы служить и повиноваться.
  
Я не могла понять внезапной перемены в лояльности парней. Какого черта они все делали, как приказывал Грейсон? Мне хотелось закричать от отчаяния, но мое внимание привлек слабый гул, который эхом разносился по всему зданию. Я оглянулась, чтобы посмотреть, откуда, черт возьми, доносится этот шум, когда Тайлер снова сжал мою руку.
Он наклонился ко мне и коснулся губами моего уха.
— Доверься нам. Мы не позволим, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
Я попыталась вырвать свою руку из его хватки, но он крепче сжал пальцы вокруг моей плоти, боясь, что я убегу. Я перевела взгляд на него и наградила убийственным взглядом.
— Пошел ты, — выплюнула я.
Низкий гул превратился в скандирование, и в здание вошли десятки мужчин в золотых масках с черепами и мантиях до пола, которые развевались позади них, как на каком-то гребаном средневековом параде. Они образовали полукруг посреди комнаты, заняли свои позиции и ждали следующего приказа.
Они гудели в совершенной гармонии, низкие и смертоносные, ровно настолько, чтобы вызвать страх перед неизвестностью. Я почувствовала, как холодный пот пополз вверх по спине и встал дыбом от волос на шее. Зловещее чувство возмездия захлестнуло меня, когда я заметила людей в масках, несущих резной гроб. Они двигались в совершенной гармонии, как королевская стража, когда внесли покрытый замысловатой резьбой гроб и поставили его на стол в центре.
Я не могла дышать от страха, который душил меня. Я хватала ртом воздух и чувствовала, как у меня подгибаются колени. Прежде чем я успела упасть на пол, Тайлер схватил меня за талию и прижал к себе.
— Это не то, что ты думаешь, — прошептал он, когда его рука сжала меня крепче.
Я наблюдала за разворачивающимся передо мной ужасом, когда Грейсон занял позицию рядом с гробом и воздел руки ладонями к потолку, как будто он был кем-то вроде Бога для этих людей. В этот момент в зале воцарилась тишина, и я наблюдала, как все мужчины в мантиях и масках одновременно опустились на колени, включая четверых рядом со мной.
Только мы с отцом остались на ногах. Я взглянула вниз на Тайлера, склонившего голову, и задалась вопросом, что будет дальше в этой гребаной демонстрации силы.
— Поднимитесь, мои люди, — крикнул Грейсон в холодный ночной воздух, и я снова посмотрела на него. Его лицо представляло собой безмятежный пейзаж уравновешенности и силы.
Все мужчины встали и оставались на своих местах, пока тишину не нарушили шаги. Я в замешательстве наблюдала, как человек в мантии и маске вошел в здание и подошел к Грейсону. В руках он держал черную мантию и золотую маску, которые осторожно надел Грейсону на голову, пока тот стоял и смотрел прямо на меня. Его злая ухмылка быстро скрылась под маской. Я почувствовала, как воздух со свистом вышел из Колтона рядом со мной, когда черная бархатная мантия накинулась на плечи Грейсона.
— Что за черт? — Колтон зарычал, и от низкого гула у меня по коже побежали мурашки.
— Добро пожаловать, братья мои. Давайте соберемся и отпразднуем поворотный момент в жизни Братства. — Голос моего отца звучал искаженно, как у гребаного Дарт Вейдера. — Сегодня вечером мы избавляемся от чувства семьи и верности. Кое-кто подвел нас. Шагни вперед, моя дорогая Пэйтон.
Мое сердце ухнуло куда-то в низ живота, и я услышала глубокий горловой рык Тайлера. Я посмотрела на парней в поисках ответов, но все четверо уставились на Грейсона так, словно хотели убить его так же сильно, как и я.
— Делай, как он говорит, — прошептал мне Колтон, мягко подталкивая меня вперед. Его рука на моей пояснице вызвала глубокую тупую боль в моем разбитом сердце.
Я медленно продвинулась вперед и уставилась на людей в масках, которые выстроились на коленях со склоненными головами, готовые к следующим приказам.
— Наверное, я потерпела неудачу в том, что не умерла, когда ты ударил меня ножом, — я кипела от воспоминаний о том дне, когда потеряла все.
— Ты потерпела неудачу задолго до этого, милая, и теперь ты должна заплатить. — Он неодобрительно покачал головой.
Я сглотнула, когда его слова укоренились в моем мозгу.
— Иди к черту, — закричала я и совершила ошибку, попытавшись сбежать. Я едва успела сделать два шага, когда Колтон буквально врезался в меня. Его собственническая хватка ощущалась по-другому в этой атмосфере. Он казался далеким, но в то же время близким к тому, каким я знала его до сегодняшнего вечера.
— Всего одно задание, Найт, и ты даже его, блядь, не можешь сделать как следует. Приструни маленькую сучку, пока я сам ее не прикончил. — Грейсон повернулся и открыл гроб.
Чистый ужас, вырвавшийся из моих легких, эхом разнесся по зданию, когда Колтон нес меня, брыкающуюся и кричащую, к гробу. Лед пробежал по моим венам, и мое тело напряглось, когда Колтон зашагал дальше.
— Успокойся, мать твою, — прошептал Колтон мне на ухо, сокращая расстояние между нами и гробом.
— Братья мои, — перекрикнул меня Грейсон, — «respice finem.»
«Respice finem.» Их голоса отдавались эхом, как навязчивая мелодия, волнами накатывая на меня.
Я в ужасе наблюдала, как Тайлер появился из ниоткуда и схватил меня за ноги, чтобы помочь Колтону поднять меня в гроб. Тишина эхом отдавалась в моей голове, но я была уверена, что кричу, и першение в моем горле подтверждало это. Лицо Колтона было в нескольких дюймах от меня, и его умоляющий взгляд встретился с моим. Его глаза цвета морской волны были мрачными и неспокойными, когда он пытался успокоить меня.
— Пэйтон, доверься мне. — Это были последние слова, которые я услышал, когда крышка гроба закрылась, и я погрузилась во тьму.
  
2
 
У меня сводило челюсть, когда я смотрел, как гроб несут в заднюю комнату, и мы все непринужденно встали. Потребность убить каждого, кто прикоснется к ней, заставила мой желудок сжаться от яда. Он свернулся кольцом и потек по мне, готовый вырваться наружу в любую минуту. Я чертовски устал от этого ублюдка сегодня вечером. Он думал, что заслужил это звание только потому, что избавился от старого Лидера Братства.
Мы никогда не присягнем ему на верность после сегодняшней ночи. Его больная и извращенная жажда власти зашла слишком далеко, и я был уверен, что наши отцы замышляют его свержение. Их приказы выполнять наши задачи сегодня вечером не имели никакого гребаного смысла, но у нас не было выбора, кроме как подчиниться.
— Братья, кто здесь сегодня вызвался добровольцем? — Его больной голос прервал мои мысли, отразившись от все еще пребывающих в шоке участников.
  
Каждый последний ублюдок в этой комнате знал, что не стоит добровольно соглашаться на предложение Грейсона. Я оглядел каждого из своих братьев и призвал их сделать шаг вперед. Я уже предупредил их, что их жизни не будут стоить того, чтобы жить, если они тронут хоть волосок на ее голове. Они будут храниться как мои маленькие игрушки, чтобы мучить и играть с ними, как мне заблагорассудится. Никто не осмеливался пошевелиться. Больной части меня нравился тот контроль, который мы имели над ними.