Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
– В нашей области нет такого понятия, как везение! – возмущенно перебил его онколог. – Везение – это когда пациенту удается найти хорошего врача, и все!
– Но почему вы считаете, что лечение Цибулис не может быть столь успешным?
Гаспарян собирался что-то сказать, набрав в легкие побольше воздуха, но вдруг передумал. Он снова сел на свой стул с высокой спинкой и несколько раз глубоко вздохнул, приводя в порядок нервы, которые, судя по всему, у него пошаливали. С другой стороны, стоит ли удивляться? Дамир даже не представлял, каково это – лечить людей, двадцать процентов из которых являются смертниками! Двадцать процентов – это статистика, а вот двадцать умерших пациентов из ста – человеческие жизни…
– На самом деле, – уже гораздо спокойнее проговорил онколог, – Цибулис не афиширует свои методы и подходы, но и молчать не может, ведь лечение дает результаты. Так что кое-что просачивается, так сказать, сквозь стены медицинского центра, в котором она работает… Поймите меня правильно, я не против частной медицины, но в то же время абсолютно убежден, что в нашей стране нет ни одного частного медицинского учреждения, способного сравниться с государственным ни в плане диагностики, ни, уж простите, в плане лечения!
– Вы хотели рассказать о методах Цибулис, – напомнил оперативник. – О том, что «просочилось»…
– Да-да, конечно! Слышали ли вы о самой большой афере прошлого столетия, основанной на лечении рака при помощи акульего хряща? Я, разумеется, говорю о веке двадцатом, а не о девятнадцатом!
Дамир неуверенно покачал головой: в данной области он вообще не слышал ни о чем, кроме операции, химиотерапии и облучения. Доктор удовлетворенно крякнул и, откинувшись на спинку стула, приготовился вещать, словно читая лекцию нерадивому студенту.
– Так вот, друг мой, до недавнего времени ошибочно считалось, что акулы не болеют онкологическими заболеваниями. У них, мол, врожденный иммунитет из-за того, что в тканях хрящей и в печени акул есть бета-протеин, убивающий раковые клетки. Есть даже книжка, написанная неким господином Лейном, под говорящим названием «Акулы не болеют раком». На данное издание частенько ссылаются торгаши лекарственными препаратами и всевозможными биодобавками на основе экстрактов из печени и хрящей акул.
– Так в чем же обман? – поинтересовался Дамир.
– В том, что в этом, с позволения сказать, подходе нет абсолютно ничего нового! Еще в семидесятые годы двадцатого столетия в Московском и Ереванском научно-исследовательских университетах проводилось экспериментальное лечение раковых опухолей при помощи так называемого «Соматина» с экстрактом хрящей черноморского катрана. Видимых результатов добиться не удалось, и лаборатории потихоньку прикрыли. Однако в Штатах лженоваторы развернули бурную и широкомасштабную деятельность. Книга Лейна стала настоящей «библией» для фармкомпаний, принявшихся штамповать «лекарства от рака» – стоит ли уточнять, что по баснословным ценам! Эти самые препараты использовали миллионы разочарованных в традиционном лечении пациентов – и умирали. Кстати, чтоб вы знали: многочисленные производства «чудо-лекарства» создавал не кто иной, как родной сын Уильяма Лейна, написавшего пресловутую «библию»! Связь прослеживаете? И, надо сказать, до сих пор дело процветает: фармацевтический бизнес Лейна с успехом выпускает пищевые добавки с акульим хрящом и продает их по всему миру!
– Почему же их выпуск не запрещен? – спросил Дамир. – Если доказано, что…
– Вы представляете себе, друг мой, каково это – бороться с большими деньгами? – по своему обыкновению прервал его Гаспарян. – Вот, поглядите!
Он полез в ноутбук, стоящий на столе, и, развернув его в сторону собеседника, продемонстрировал на экране несколько красочных баночек с названиями на английском.
– Вот, полюбуйтесь!
– BeneFin, – прочел Дамир, подавшись вперед для удобства. – И…
– SkinAnswer, – подсказал доктор. – Первый позиционируется как пищевая добавка для лечения всех типов раковых заболеваний, а второй называют лекарством против рака кожи. На упаковках указано, что применять препараты можно на любой стадии заболевания, включая терминальную!
– И что?
– А то, что на этой стадии пациентам прописывается паллиативное лечение, основанное на ударных дозах обезболивающих – к сожалению, это все, что медицина может на данный момент, и никакие акульи хрящи, оленьи рога и рыбьи хвосты тут не помогут! Не доказана не только эффективность, но и безопасность данных «лекарств» – нет такой статистики. Однако директор Национального института регистрации рака у низших животных в Балтиморе провел собственное расследование и выявил сорок случаев онкологических заболеваний у акул, треть из которых являлись злокачественными. Таким образом, казалось бы, миф о неуязвимости этих морских хищников развенчан, но ничего не изменилось: препараты по-прежнему продаются, а люди все так же платят деньги за «панацею». А акулы болеют лимфомами, опухолями почек, придатков и даже, заметьте, хрящей! Так что лечение рака при помощи акул столь же абсурдно, как и при помощи кошек, ведь кошки, как известно, не болеют раком простаты! За всю историю медицины не отмечено ни одного случая, который говорил бы о положительном клиническом эффекте терапии акульим хрящом. Очевидно одно: вреда он, судя по всему, не приносит, но и не лечит – вообще ни от чего! Акулий хрящ – фармацевтическая пустышка, и все же она по-прежнему остается и на рынке, и в перечне так называемого «экспериментального» лечения.
– Так Цибулис лечит рак молочной железы акульим хрящом?
– Ее формулировки расплывчаты, она ничего не отрицает и не утверждает. Если судить по результатам, которые, прямо скажем, невероятны, ей бы поделиться с миром своими успехами, вынести метод на суд медицинской общественности… Ан нет, она отказывается!
– И на этом основании вы называете ее мошенницей? – решил уточнить Ахметов.
– Молодой человек, вы вообще присутствовали, пока я тут распинался?!
– Так вы полагаете, она занимается подтасовкой? – решил уточнить Дамир, понявший процентов семьдесят из того, что рассказал ему доктор. – То есть вы считаете, что она использует те же самые способы, что и все остальные врачи, и ни о каком экспериментальном лечении речи не идет?
– Совершенно верно! – просиял Гаспарян. – Похоже, в органы нынче стали набирать людей с интеллектом!
Пропустив мимо ушей неприятный намек, Ахметов продолжил:
– Как же вы тогда объясните потрясающую статистику Цибулис?
– Да не могу я ее объяснить, поймите! – всплеснув сухонькими ручками, воскликнул доктор. – Но у меня есть большие сомнения по поводу того, что статистика эта правдивая!
– А как же толпы благодарных пациентов?
– Вы их видели, эти толпы?
– Нет, но…
– Так о чем мы тогда говорим?!
– Вы ее не любите, да?
– Кого?
– Цибулис. Что-то личное?
– Да бог с вами, почему же личное! Просто я не терплю, когда врачи строят из себя богов, убеждая окружающих в своей непогрешимости. Мы не боги, и в этом убеждаешься, стоит лишь месяцок поработать с нашими больными. Мы радуемся каждому маленькому улучшению, а уж если получается достичь устойчивой и продолжительной ремиссии… Вот почему мне до крайности неприятно, когда кто-то жонглирует статистикой, словно фокусник бананами, не имея доказательств. Сами подумайте: если бы Цибулис реально добивалась столь потрясающих результатов, неужели она скрывала бы свои методы? Да она писала бы диссертации (а у нее, насколько мне известно, нет даже кандидатской степени), выступала бы с докладами по всему миру, принимая заслуженное восхищение медицинского сообщества и передавая опыт. Почему, спрашивается, она этого не делает?
– Из природной скромности? – рискнул предположить Дамир.
Громкое «ха!» было ему ответом.
Добравшись до автомобиля, припаркованного почти в квартале от НМИЦ (места на стоянке учреждения не нашлось), Дамир набрал Аллу.
– Ну, есть успехи? – сразу спросила она.