Под двойной защитой (СИ)
Ему так легче.
– Марк, не надо. Я не могу…
Глава 8
Марк не слушает, он стаскивает с меня трусики и проводит пальцами между ног, раскрывая. Ниже и ниже, пока его мощные пальцы не находя нужную точку… Я всхлипываю, а он толкается, растягивая меня сразу двумя пальцами. Я чувствую их в себе, его крепкие костяшки и то, какая я узкая для его жесткой ласки. Слишком жесткой и голодной, я все-таки выворачиваюсь прочь и падаю спиной на кровать.
Подтягиваю ноги под себя и смотрю на Марка, который моментально наклоняется ко мне. Он хочет вернуть меня на место, ведь он не закончил, но он неожиданно замирает, когда наши глаза встречаются.
Я шумно дышу и смотрю на него со злостью и страхом, использую внезапное затишье и подтягиваю ноги еще выше, утыкаясь коленками в подбородок, и хватаюсь за подушку, которая вдруг попадается под руку. Я бросаю ее между наши телами, словно воздушная преграда может меня спасти, но мне хочется хотя бы прикрыться. Марк разорвал мою тунику как животное, а штаны с трусиками болтаются где-то у щиколоток.
– Нравится, когда мужчина трахает тебя через силу? – Марк протягивает ладонь и зажимает подушку так, что она скрипит под его сильными пальцами. – Любимый фетиш? Заводишься, когда оставляют синяки?
Я тоже хватаюсь за подушку и продолжаю смотреть ему в глаза. Почему-то кажется, что именно там мое спасение. Я вряд ли могу остановить его словами, и уж тем более ничего не могу руками, но вот в его глубоких глазах иногда мелькает что-то живое… что-то, что я могу пробудить и упросить его не делать мне больно.
Не ломать меня.
– Марк, пожалуйста, не сейчас.
Я веду пальцы по подушке дальше и сама дотрагиваюсь до него. Марк в ту же секунду опускает взгляд на мои тонкие пальцы и наблюдает, как я несмело и коряво пытаюсь смягчить его хватку.
– Я знаю, что поехала с тобой, что уже согласилась… Но дай мне привыкнуть к тебе, хоть немного. Тебе же не нравится, когда я пугаюсь тебя.
– С чего ты взяла?
– Ты сам сказал в первую встречу, что не собираешься насиловать меня. И ты злишься от моего холода, я же вижу.
Я брожу по тоненькому льду, он в любой момент может рявкнуть и доказать, что ему плевать из чего рождается мой оргазм. Из холода или из жара. Я знаю, что он может. Как знаю, что с большой вероятностью снова кончу под ним.
За прошедшие годы Марк стал опасным и изощренным мужчиной, он не просто разбогател, а настолько привык к огромным деньгам и к власти, что это видно в каждом его жесте. Размеренном и хозяйском. Он знает, как вырвать прибыль из чужой глотки, растоптав конкурентов, и знает, как добиться женских стонов.
Он знает о жизни намного больше меня.
– Ты не будешь навязывать мне правила, – Марк рывком забирает подушку и отбрасывает ее прочь.
– Это просьба, Марк. Даже мольба…
Он щурит глаза. Потом опускает взгляд на мое обнаженное тело. Мне не удается прикрыться, как следует, и я буквально чувствую, как его бесстыжий взгляд гуляет по мне. Проникает и порабощает. Марк возбужден, я на мгновение задерживаюсь глазами на его топорщейся ширинке и нервно сглатываю. Я не успеваю поймать опасный жест, я сперва закусываю нижнюю губу, а потом понимаю, что сама дразню мужчину.
Марк смотрит на мои губы и легко прочитать пошлые мысли, которые приходят к нему. Он хочет засунуть мне в рот член и грязно поиметь.
– Значит решила поторговаться? Набиваешь себе цену, красотка? – он усмехается. – Хорошо, я дам тебе привыкнуть. До вечера.
После вечеринки? Хоть что-то.
– Но ты больше не будешь ломаться, Мира, – добавляет он хозяйским тоном. – Еще раз устроишь истерику, и я отошлю тебя домой. И тогда случится всё, что обещал мой помощник. Ты меня поняла?
– Да.
– Заканчивай лезь мне в душу, там ничего нет. Я купил тебя, чтобы нагибать, а не предаваться ностальгии. Прошлое для меня ничего не значит.
В дверь номера стучат, и Марк встает с кровати.
– Это к тебе, – бросает он. – Привезли платья, чтобы ты выбрала.
Я вспоминаю, что он хотел видеть на мне красное, как на вечеринке в доме родителей Раса.
– Хорошо, – я киваю и жду, когда он отойдет в сторону, чтобы тоже спуститься с кровати.
– Я уеду сейчас, вернусь как раз к вечеринке. Будь готова. Я хочу, чтобы ты была самой красивой там.
Он разворачивается и собирается уходить, когда в его кармане отзывается мелодичным переливом сотовый. Марк достает телефон, на его губах играет хитрая улыбка, с которой он отвечает на звонок.
– Недобрый, – бросает он расслабленно и слушает собеседника. – Можно… Во сколько это? Ок… Да, сейчас.
Марк вновь поворачивается ко мне и взмахивает телефоном в воздухе, после чего подбрасывает его. Я ловлю сотовый и с удивлением смотрю на Марка.
– Там Рас. Он хочет поговорить с тобой.
Я не готова к стремительному повороту. Я понимала, что скоро увижусь с Расом, но часть меня относилась к словам Марка, как к жестокой и издевательской шутке. Я только-только свыклась с мыслью, что Марк находится рядом со мной, бросает мне слова и трогает мое тело.
Но Рас… Это совсем другое, нанесенная им рана намного глубже, она проходит по диагонали по всему сердцу и задевает каждую живую клеточку. Даже сейчас, столько лет спустя.
– Здравствуй, Мира.
Боже…
Я слышу его голос в телефоне и едва не выпускаю кусок пластика из ладони. На мгновение вся комната исчезает, я погружаюсь в черным морок и пытаюсь протолкнуть хоть глоток воздуха в легкие.
А, когда прихожу в себя, то замечаю напряженный взгляд Марка. Он жадно смотрит на меня и ловит каждую мою эмоцию. Он мрачнеет на глазах, ведь я реагирую на Раса слишком ярко и живо.
– Рас? – я выдавливаю из себя одно-единственное слово и отворачиваюсь от Марка.
Бросаю взгляд на шикарный вид из окна, мечтая отвлечься на суету большого города, чтобы Рас не услышал как тяжело мне даются слова.
– Рас. Он самый, – он коротко усмехается.
У него изменился голос. Огрубел. Заматерел.
Но это все равно его голос, я слышу родные интонации и полустертые нотки, которые занимают так много места в моей памяти. У меня был миллион ужасных вечеров, когда мне казалось, что я никогда не выброшу его из головы, не смогу пережить нашу любовь и пойти своей дорогой. Я даже пыталась научиться ненавидеть его, но тщетно.
– Как у тебя дела? – Рас звучит расслабленно и, кажется, что он чем-то занят параллельно, смотрит на графики экономического канала или вовсе подписывает бумаги. – Мы давно не виделись, а мне чертовски интересно, как ты живешь теперь. Хотя Марк намекнул, если честно.
Снова усмешка.
Или мне мерещится, потому что он упоминает Марка?
Черт, мне нужен воздух, в номере слишком жарко! Я подхожу к окну и дергаю ручку, чтобы впустить свежий поток. Левая ладонь сама цепляется за подоконник, я ищу опору и не доверяю собственным ногам.
– На что Марк намекнул?
– О, Мира, это не телефонный разговор. Но мы скоро увидимся. Ты же будешь на вечеринке?
– Я…
– Марк обещал показать тебя. Мне очень любопытно, не издевайся над моим сердцем.
Он точно издевается.
Сейчас я не сомневаюсь, что в его голосе звучит издевка. Мне на мгновение кажется, что это я виновата в нашем расставании, а не он, потому что он говорит так, словно это я разрушила нашу сказку. Жестоко растоптала и поглумилась над чувствами другого.
Он просит меня не издеваться над его сердцем, хотя сам прошёл по моему сердцу жестоким катком.
В тот самый день, когда я открыла дверь и увидела, как он трахает Элис. Девчонку с курсов по английскому, на которые я тоже ходила. Я видела ее несколько раз и хранила в телефоне общие фотографии, где она улыбалась в камеру вместе со мной. Она не была моей подругой, но не была и посторонней.
А Раса она подпустила к себе так близко, что он перегнул ее через спинку дивана и вколачивался в неё сзади раз за разом. Она стонала от удовольствия и извивалась как сумасшедшая, то пытаясь соскочить с его члена, то наоборот наталкиваясь на него сама. Я простояла в проеме двери всего несколько секунд, но увидела и запомнила на годы.