Под двойной защитой (СИ)

Господи, неужели?
Я буду плакать от счастья, а не горя?
– Малышка, ты чего? – Марк задает свой любимый вопрос, который произносит с беспокойством. – Надумала рыдать?
– Нет-нет, – я качаю головой, смахивая слезинки с лица. – Хотела испачкать твою рубашку и всего-то.
– Ааааа, – Марк усмехается. – Тогда вопросов больше нет.
– Можно пачкать?
– Лучше порвать. Острыми нетерпеливыми ноготками, – он понижает голос и смотрит на меня заговорчески. – Но для этого надо найти номер.
  
– С ума сойти! Сколько ты продержался? Ты уже говоришь о сексе, – я хлопаю его по плечу, а в душе благодарна, что мы говорим и подшучиваем, а не обсуждаем разговор с Расом.
Марк наклоняется и целует меня в губы. Дарит теплую ласку, которую тут же пачкает грязноватым подтекстом. Он проталкивает язык в мой рот и хозяйничает в нем, проникая глубже и жарче. У меня сбивается дыхание, но я не останавливаю его. Позволяю развратно целовать себя, словно наша прелюдия на парковке может закончиться большим, чем страстный поцелуй, и постанываю. Скручиваю его рубашку между пальцем, понимая, что еще чуть и вполне могу надорвать ее.
– Сладкая, – шепчет Марк, он уходит влажными губами к моему виску и лижет меня, как леденец. – Я хочу трахнуть тебя.
– Какая неожиданность…
– Я жалею, что не взял машину, ты бы уже стонала на заднем сиденье.
Я цокая языком и показываю, что не сдалась бы так быстро. Но я уже влажная, вот в чем правда, от грязноватого шепота Марка я буквально плавлюсь и чувствую, как по телу разливается сладковатое напряжение.
– Пообещай, что так будет всегда, – я поднимаю руки и обхватываю шею Марка, притягивая его к себе. – Ты всегда будешь надежным сукином сыном, а я твоим сладким леденцом.
– Я умру от диабета, – он кивает головой, показывая, что уверен в произнесенном диагнозе. – Черт, Мира, нам нужно срочно найти номер.
– Так соскучился?
– Хуже, – Марк говорит хрипло и сжимает сильными ладонями мою талию. – Не помню, когда последний раз был так голоден.
– Ты только что из ресторана.
– Там меню не на мой вкус.
Он все же увлекает меня в сторону, чтобы поймать такси. А я путаюсь в ногах, чтобы подразнить его, только он тут же подхватывает меня на руки и несет на правах победителя.
Теперь-то точно всё на его вкус.
  
Эпилог
 
Марк лежит на мне. Его ладони упираются в матрас рядом с моими плечами и ритмично нажимают, продавливая его.
Его член во мне. Марк трахает меня, вжимая в кровать, делая оттяжку и врываясь вновь. Я пытаюсь смотреть на его лицо, но перед глазами сгущается пелена, я дрожу и извиваюсь под ним. Чувствую, как он порабощает мою чувствительность, мое тело, мое удовольствие…
Оно замыкается на нем и становится оглушающим. Я выкрикиваю что-то нечленораздельное, когда Марк убыстряется и вбивается в меня на всю длину. Я сжимаюсь и обхватываю пальцами его шею, трусь мокрым от пота лицом об его грудь и ощущаю вибрацию его тела, как свою.
Мы кончаем вместе. Полно и бурно, я еще сжимаюсь и чувствую, как Марк заливает меня семенем. Я едва делаю вдохи, которые кажутся раскаленными и одновременно сладкими, но обвиваю его ногами, чтобы он остался во мне.
– Хочешь маленького? – спрашивает Марк, усмехаясь. – Тебе все-таки мало меня одного?
– Дурак, – шепчу.
И целую его губы. Кусаю их и следом зализываю свои следы.
Марк стал моим мужем, мы сыграли пышную свадьбу, на которой он настоял. Мне было все равно, как отмечать этот день, главное, чтобы он был рядом и стал моим. Но в Марке проснулся ребяческий азарт, да его невозможная любовь к роскоши, жизни на широкую ногу и поддразнивании окружающих. Он вложил столько денег в празднество, что мы попали в светские новости.
Скандальный бизнесмен и дочь несчастного рода сыграли свадьбу в поместье опального лорда. Заголовки были по-желтому ужасными и высосанными из пальца, но нам было плевать. Главное, что остались кольца и клятвы, которые шли из самого сердца. А я ощутила их силу, когда держала руки Марка и слушала его признания. Он был краток и по-мужски сдержан, но произнес, что клянется всегда любить меня, оберегать и держать моего брата подальше от всяких видов зависимости.
Брат был на свадьбе и растрогал меня до слез, когда начал со слова “Прости”. Так просто и верно, прямо в душу. Он произнес его с искренней даже болезненной интонацией, как человек, который наконец посмотрел на ситуацию глазами другого и увидел сколько боли он ему принес.
Я крепко обняла его и сказала, что нам повезло получить второй шанс. Мы должны воспользоваться им и сделать так, чтобы родители нами гордились.
– Мы можем продолжить, – Марк прикусывает мочку моего уха и утягивает меня в сторону. – Еще полминутки и я смогу постараться еще разок.
Я поддаюсь его рукам, когда он разворачивает меня к себе спиной и прижимается пахом к моей попке.
– Еще разок? – я повторяю за ним. – Это будет уже четвертый раз.
– Всё для тебя, малышка. Ты хочешь ребенка, я делаю всё, чтобы моя жена была довольна.
– “Ты хочешь”? То есть ты нет?
Я буквально слышу, как он чертыхается в своем мозгу.
– Хочу, – он зацеловывает мою шею и оставляет на ней влажные следы своего настырного языка. – Но, если честно, я сейчас больше хочу тебя.
– Ты мужик до мозга костей.
– И мне даже не стыдно.
Он опускает ладони вниз и начинает разминать мою талию. Мы почти не встаем с кровати третий день. Мы слишком буквально поняли значение словосочетания “медовый месяц” и не может оторваться друг от друга. Секс, поцелуи, объятия, глупые разговоры и споры, мы с Марком ждем, когда окружающим мир нас снова заинтересует, но пока до этого далеко. Нам не нужен никто кроме нас, можно заварить дверь и мы почувствуем разницу только, когда кончатся продукты.
А за окном вообще-то французский курорт. И много-много видов. Ресторанов. Развлечений.
Плевать.
Мы закончили все дела, чтобы вырваться сюда и не думать ни о чем постороннем. Марк вырвал у бизнеса передышку, разрешив управляющему звонить, только если вдруг на Марка заведут сразу пять уголовных дел или если обанкротят сразу как минимум пять его фирм. В остальных случаях он приказал забыть его номер. И решать все самому.
Я же уволилась из кофейни, продала свою квартиру и решила перебраться в дом Марка, который он купил незадолго до встречи со мной в казино и в котором еще не жил. Он тоже хочет начать с чистого листа, оставив шумную, бурную жизнь молодого и богатого самца за спиной. Он и так перепробовал слишком много грехов, можно и успокоиться.
Рас тоже успокоился. Он все-таки звонил мне и писал, пытался вновь объяснить, что просто-напросто связан по рукам и ногам. Он не может уйти из-под влияния отца Клариссы, тот уничтожит его за предательство дочери и так далее. Я перестала читать его сообщения и только написала ему в ответ, что буду вынуждена сказать об его смс Марку, если он продолжит.
Рас опасается Марка, почти как отца Клариссы. Потому что от Марка тоже зависят сделки, остатки денег на счетах Раса и даже его свобода. Я взяла с Марка обещание, что он не будет мстить ему, и тот согласился.
Не знаю, планировал ли Рас сразу меня использовать или он просто плыл по течению. Использовал шансы и тоже поддался сумасшествию нашей старой влюбленности… Это неважно. Главное, как он повел себя в конце. Он не оставил меня в покое, хотя видел как мне больно и плохо, и продолжал напоминать о себе, чтобы не отдать меня Марку, пока сам выбирал Клариссу. И деньги ее семьи. Он сделал ставку на них по итогу. Он муж Клариссы и готовится в скором времени стать отцом.
  
Я оставила его в прошлом, вместе с трагедией моих родителей и безумными долгами моего брата. Пусть будет там, а в настоящем у меня есть Марк, его любовь и забота. И будет ребенок.
Его не может не быть. Мы постоянно занимаемся сексом, а Марк очень пылкий мужчина.
– Сделай уже тест, – Марк нажимает и подгибает меня под себя. – Я уверен, ты уже беременна.