Мой сводный тиран (СИ)

В ресторане нас провожают к столику. Я быстро обвожу взглядом заведение и замечаю рыжие волосы Марины почти сразу. Она сидит недалеко от нашего столика и задорно улыбается родителям Миши. Обводит взглядом зал и натыкается на меня. Я отвожу взгляд, говорю Софи делать заказ, а после смотрю на Марину. На ней лица нет. Интересно, она так удивилась тому, что я пришел в ресторан, или родителям не очень понравилось то, что они собираются пожениться?
Скорее, первое, потому что их сынок вряд ли сможет найти себе девушку, похожую на Марину. Уж точно не в этой жизни.
— Тут так красиво. — Софи обводит взглядом ресторан. — Тут очень дорого, да?
— Не переживай по этому поводу, заказывай, что хочешь.
— Я только Цезарь буду и вино на твой выбор.
Вот еще одна причина, почему мы вместе с Софи. Она никогда не пользовалась моими деньгами, не выбирала в бутике самые дорогие платья и белье, не тянула денег на рестораны и развлечения. Даже сейчас я пригласил ее сюда, а она заказала один салат и даже выбор вина переложила на меня. Мне становится стыдно за то, что я пришел сюда не ради нее, а ради Марины. Чтобы посмотреть, как она будет вести себя с родителями, и чтобы немного испортить ей вечер.
Софи этого не заслуживает. Она хорошая. Она бы никогда не поступила так со мной.
— Почему ты на меня так смотришь? — удивленно спрашивает она.
— Как?
— Будто хочешь расстаться.
Вот же он — идеальный шанс сказать: “Да, Софи. Это действительно так”. Идеально, но я молчу, потому что ее тон и взгляд не позволяют мне этого сделать. Я привык к ней за то время, что мы вместе, прикипел. И пускай у меня нет тех чувств, которые есть к Марине, я не могу поступить с ней как последняя скотина. Правда, внутренний голос твердит, что я уже так поступаю. И не первый раз. Я вру ей. Скрываю от нее истинное положение вещей и делаю вид, что все в порядке. Даю ей надежду.
— Глеб, ты меня пугаешь, — голос Софи пробивается сквозь пелену. Я перевожу взгляд на ее лицо и вижу слезы.
— Все в порядке, малыш, — шепчу и силой выдавливаю из себя улыбку. — Я просто устал.
Я снова вру ей. И смотрю на Марину, которая улыбается родителям Миши, а после так же, как и я на нее, смотрит на меня. Мы два идиота, которые делают вид, что у них все хорошо с другими. Именно поэтому я достаю телефон и быстро печатаю.
Глеб: Жду тебя у туалета через десять минут. И лучше бы тебе прийти, Мариш.
  
Глава 31
 
Марина
Я знала, что расплата за мой поступок с Глебом настигнет меня, но не думала, что это произойдет настолько быстро. Глеб появляется в ресторане как раз тогда, когда нам уже принесли заказ. Игристое вино, которое заказала мама Миши, разливают по бокалам, мы чокаемся, и я замечаю его.
Он идет за руку с Софи. Крепко держит ее, переплетая пальцы. Они подходят к столику, Глеб помогает ей сесть, отодвигая стул. Я фокусируюсь на родителях Миши.
— Мы так рады, что наконец смогли приехать к Мишеньке, — восклицает Зинаида Петровна, едва не всплескивая руками. Правда, думаю, будь ее воля, она бы и это сделала, но ей явно не позволяет этикет. — Я так скучала по сыну, — снова произносит она. — И по тебе, конечно, тоже. Как ваши дела?
— Хорошо все, я работаю, Миша оканчивает учебу.
— Да, — кивает Зинаида Петровна. — Это очень важно, ведь только после обучения Миша сможет найти достойное место работы и…
— Мама, — Миша перебивает ее, — мы ведь не поэтому собрались. С учебой у меня все хорошо, ты же знаешь, у Маришки с работой отлично.
— Прости, — соглашается она. — Я просто переживаю, чтобы отношения не затмили твое обучение, ты же помнишь, зачем тебе учиться.
— Конечно, мам. — Миша протягивает руку и хватает маму за ладонь.
Единственные лишние на этом празднике понимания — мы с отцом Миши. Он, кажется, вовсе не осознает, зачем его сюда привели. Он без особого энтузиазма поглощает свой заказ и, когда нужно, берет бокал и протягивает его в центр стола, чтобы соприкоснуться им с нашими. Я лениво перевожу взгляд на Глеба, испепеляю его взглядом и думаю о том, зачем Миша рассказал ему, где мы будем. Впрочем, он же не знает, что между нами что-то было и теперь Глеб пытается это вернуть. Я и сама в этом не уверена.
 
Мне вообще кажется, что все случившееся в кинотеатре мне просто показалось. И его слова, касания к моей руке, переплетенные пальцы — тоже. Телефон пронзает мелодия, я снимаю блокировку с экрана и натыкаюсь на сообщение от Глеба.
Несколько минут гипнотизирую экран, надеясь, что мне показалось, но нет… сообщение действительно есть там. И это пугает меня. Он хочет поговорить со мной? Прямо здесь и сейчас, пока я нахожусь с родителями своего будущего жениха? Миша ведь даже еще не успел сообщить им о свадьбе.
Глеб: Не думай шутить со мной, Мариш. Я встану и подойду к вашему столику при всех.
Я знаю, что ему не составит труда сделать это, поэтому выдавливаю из себя мучительную улыбку и собираюсь сказать, что мне нужно отлучиться, но в этот момент Миша произносит:
— Мам, пап… я хочу вам кое-что сказать.
Мое сердце замирает, когда Миша поднимает бокал и встает. Это не остается незамеченным Глебом. Даже отсюда я вижу опасный блеск в его глазах. Он, кажется, даже поднимается со своего места.
— Миш, — пищу я, — мне нужно отойти.
Он кивает, но по его взгляду вижу, что он недоволен. Оно и понятно, я бы тоже не очень довольна была, если бы мою речь прервали в момент, когда я собираюсь рассказать о решении выйти замуж, но другого выхода у меня нет. Если Глеб придет сюда, будет еще хуже. И наверняка непонятно для родителей Миши.
У дверей туалета я нервно брожу из стороны в сторону и пытаюсь отгадать, о чем Глеб хочет поговорить. При этом понимаю, что несколько минут уже прошло, а его все нет. Я даже достаю телефон, чтобы написать, но тут слышу:
— Заждалась?
— Какого черта ты вытворяешь? — кажется, я уже задавала ему такой вопрос, но Глебу не помешает и повторить.
— Просто хочу поговорить, — он пожимает плечами, — и вообще, это я должен спрашивать, что творишь ты.
— В каком смысле?
— Зачем ты позвала Софи и Мишу в кино?
— Потому что так правильно!
— Я хотел провести время с тобой.
— Я выхожу замуж, Глеб. Если твоя девушка для тебя ничего не значит, то это не означает, что точно так же я отношусь к Мише.
Мною руководит злость, потому что Глеб ведет себя как ребенок. Избалованный и считающий, что все должно быть так, как он хочет.
— Она значит, — рычит Глеб. — Значила, — добавляет уже тише, а после я не успеваю опомниться, как он заталкивает меня куда-то в подсобку.
Здесь темно настолько, что я не могу разглядеть даже Глеба, что стоит в шаге от меня. Я чувствую его дыхание на своей щеке, горячую ладонь на локте и не могу понять, что происходит. Ощущение, что мы вмиг перенеслись на три года назад, потому что это уже было. Вот так между нами уже происходило.
Я знаю, что Глеб смотрит на меня, потому что я смотрю на него. Не могу не смотреть, хоть и не вижу. Носовые рецепторы раздражает все тот же запах туалетной воды, и кажется, что нет никакой возможности спастись от этого. Скрыться, чтобы не вспоминать и не чувствовать.
— Она значила, Марина. Когда я сюда ехал с Софи, она была единственным человеком, которого я к себе подпустил за три года. Она идеальная. — Он хватает меня за плечи, больно впиваясь пальцами в кожу и делая больно.
— Отпусти, — прошу его и веду плечами.
— Нет, не отпущу.
— Да что ты хочешь? — мой голос срывается на крик. — Тебя вон идеальная девушка ждет! Сам же говоришь, так в чем проблема? Иди к ней, что ты делаешь со мной тут? Зачем?!
— Что я делаю? Что делаю? — Я вижу, что он на эмоциях. — Ты замуж выходишь! За идиота, который тебя недостоин!
Сама не понимаю, как отвешиваю ему пощечину, как с силой врезаюсь рукой в его щеку.
— А кто достоин? Ты? Тебе напомнить, как ты уехал и нашел другую?