Блеф демона (ЛП)

Элис споткнулась о приподнятую плитку, ахнула, удерживая равновесие.
— Они дали нам уйти, — прошептала она. — Почему? Как ты дышишь? Здесь всегда так жарко?
— Да, дали, и да, здесь всегда так жарко. — Я сбавила шаг, впервые видя всё её глазами. — Они живут под землёй, где реальность не даёт искажений, но воздухообмен так себе, учитывая, что и на поверхности воздух изначально не ахти. Никому не приходит в голову тратить чары на очистку воздуха — только у себя в квартирах.
  
Запах горелого янтаря душил, я моргнула уходящие слёзы и постаралась дышать поверхностно. Демонов легко было отличить от фамильяров, хотя одеты они часто одинаково; и, хотя работники в основном были фамильяры, иной демон сидел за кассой, отрабатывая долг. Никто не боялся, и никто не пытался бежать. Не потому, что не хотели. Просто выхода не было, разве что какой демон перебросит по лей-линии куда-нибудь ещё. Через пару сотен лет страх, знаешь ли, истирается.
— Почему они не пытаются нас похитить? — Элис почти висела у меня на руке, широко раскрытые глаза впитывали всё.
— По той же причине, по которой Клемт с Бозом позволили нам уйти. Каждый, кто не демон, кому-то принадлежит, — сказала я. — Телом и душой.
— Почему они просто не уйдут? Не прокопаются к поверхности и не сбегут?
Я замедлила шаг, стараясь перенять ленивую, беспечную походку демона.
— Потому что они проиграли свою душу демону. А раз её нет, ты — его. Никогда не ставь на кон свою душу. — Меня передёрнуло. Этому я научилась случайно. Так я и ушла от Ала — или уйду, точнее. Согласившись добровольно стать его фамильяром, я сохранила душу. А раз сохранила, то могла сказать «нет», отказаться переходить по лей-линиям в Безвременье. Он не мог меня заставить, и на этом мы нашли общий язык.
Она опустила голову.
— Меня сейчас вырвет.
— Даже не думай. — Я крепче сжала её руку. — Смотри. Вокруг фонтана стоят площадки для прыжков. Оттуда мы попадём в апартаменты Тритон. — Элис выдернула руку, и я остановилась. Она побелела.
— Зачем? Зеркало тебе не нужно, — сказала она, отступив на шаг. — С тобой всё в порядке. Я не отправлю тебя в Алькатрас. Я тебе верю. Вивиан верила — и мне этого достаточно. Мы можем вернуться домой прямо отсюда. Как вы отсюда выбираетесь? Тут есть лестница?
Лестница? Она серьёзно? Я наклонилась так близко, что у неё свело челюсть.
— Вот так просто — веришь мне, да? — По крайней мере пока жареным пахнет именно для тебя. — Я здесь не для того, чтобы прыгать через твои обручи ради собственной свободы. Я здесь ради Брэда. Мне нужно зеркало для него, не для тебя, и, раз уж ты ни за что на этой зелёной земле отсюда одна не выйдешь, ты идёшь со мной.
— Чтобы ты продала меня Тритон за это чёртово зеркало? — вспыхнула она, и я с тревогой покосилась на кофейню за спиной.
— Эй! Я сказала тебе оставаться в коридоре, помнишь? Идти — была твоя идея, а раз уж ты здесь, придётся довести до конца. Тритон нас запомнит. — Надеюсь. — Прыгнем к ней, обменяем на зеркало и путь к поверхности книгу, которую ты стащила, — и смоемся.
— Книгу я ей не отдам! — воскликнула Элис, хватаясь за рубашку, чтобы показать, где она спрятана. По крайней мере, стало ясно, что сигнал тревоги пустила не я. Улыбка мелькнула при мысли о Квене, который уткнётся в проломленную стену, вернувшись домой, — и угасла. Никакого торжества от того, что обманула его охрану. Нисколько.
— «Подержанные» чары стазиса ей не нужны, — пробормотала я, тревожно поднимая сумку выше на плечо. Мне нужно было больше, чем загадка, а книга — под рукой. Будь здесь Трент, велел бы продать.
Элис шагала рядом, бледная и дрожащая.
— Где-то ведь должен быть туннель наружу.
— Нет. — Я двинулась к площадкам для прыжков, раз за разом оглядываясь: Боз и Клемт наблюдали за нами из-за столиков на улице. — Успокойся, ей не нужна твоя душа. Это раздутый ценник от злых демонов, которым не нравится, когда их призывают в круг. Прыжки не такие уж дорогие, если только тебя не прижали к стенке. К тому же я всё повешу на счёт Тритон. Для Пана мы будто вышли за кофе. На, подержи секунду.
— Пан? Тот демон? — Элис уставилась на скучающего демона в красной мантии, который с театральным пафосом вздымал сияющие волны энергии, отправляя нагруженных пакетами фамильяров к их хозяевам. — Ты его знаешь?
— Я знаю всех. — Меня же они не знали. Я сунула кофе Элис, растрепала волосы и натянула шляпу пониже. Образ готов. Я перехватила кофе, незаметно ещё раз глянув на Боза и Клемта. Наглость меня из этого вытащит — и побольше. — Будь тихой и угрюмой, — подтолкнула я. — Справишься?
Никто не умел быть такой мрачной, как Элис. Вот с «тихой» у меня были сомнения.
Мы ускорили шаг у фонтана. Демоны могли прыгать откуда угодно и куда угодно, но специально отведённые точки входа-выхода спасали от случайностей. Фамильяры, конечно, вообще не умеют прыгать. Потому и не переживают, что сбегут на поверхность.
Иными словами, за них прыгают демоны. У Пана таланта к драме — с избытком. А ещё лёгкая рука и привычка тащить чужое — вероятно, поэтому он и отрабатывал здесь общественные работы. И потому, что скучал до одури. Они все скучали.
— Пан! — окликнула я, зная, что он меня не узнает. Я — безликий фамильяр. — Попался на продаже кривого проклятия?
Демон обернулся, рассмеялся, потом вгляделся внимательнее; его вычурные завитки энергии стихли мягким шипением, когда он водрузил на нос очки, зачарованные видеть сквозь чары. — О-о, кого я вижу. Две свежие отбивные. Хотя ты не свежая, да? Не смотря на отсутствие копоти. Так что, Белоснежка, кто и как долго прятал тебя от нас?
С непринуждённой фамильярной наглостью я намотала палец на локон его видимой ауры, не позволяя его энергии смешаться с моей — держала раздельно, как масло и воду. Движение отрепетированное. Надеялась, этого «уличного авторитета» хватит.
— Может, вопрос «почему»? — сказала я и позволила его энергии накрыть мою щекотящей волной. — Я — последняя прихоть Тритон. Не возражаешь? — Я приподняла стакан в объяснение и шагнула на площадку.
Элис встала рядом со мной, белая как мел. Козьи, щелевидные зрачки Пана сузились.
— С каких это пор?
— С тех, как Галли учудил редкую глупость. — Я подтолкнула Элис. — По одной.
Элис покачала головой, обхватив живот руками и не сводя взгляда с кофейни. Дерьмо на тосте… Это были Боз и Клемт, оба направлялись к нам. — Ладно. Ты первая, — сказала я, сойдя с круга, а она застыла в нерешительности. — Я сразу за тобой. Только сойди с круга, когда прибудешь, чтобы я на тебя не приземлилась.
— Эй, Рейч… — начала она.
Кожу защипало, когда Пан подогнал её ауру под линию, рявкнув совершенно лишнее Vade! Никакого заклинания — чистая физика. И всё же, когда его широко взмахнувшая рука закончила дугу сжатым кулаком, Элис исчезла — Пан перебросил её в апартаменты Тритон.
Сойди с круга, — подумала я, становясь на её место и протягивая Пану кофе. — Скажи, что мы пошли к Дали, ладно? — кивнула я Бозу и Клемту.
Пан взял стакан, губы скривились в неверии.
— За кофе? О, Белоснежка, могла бы придумать лучше.
Я многозначительно постучала по крышке.
— Считай это залогом. В следующий раз, когда буду в реальности, принесу настоящий.
Решив, что я шучу, он рассмеялся.
— Договорились. За то, что рассмешила, — можно. Я не смеялся уже двадцать семь дней, восемь часов, сорок девять минут…
И тут он театрально взмахнул рукой, и меня не стало — его выкрик «Vade!» отозвался во мне лишь эхом мысли, пока Пан смещал мою ауру и выплёвывал меня в апартаментах Тритон.
  
Моргнув, я вдохнула и обнаружила себя на плоском сером диске, вписанном в серую плитку пола. Высокие потолки, стены задрапированы белой вуалью. Мягкие, предельно уютные подушки на множестве кресел и диванов; низкий зелёный сланцевый стол размером с бильярд Кистен притулился между ними. Окон не было, но занавешенная заколдованная рама показывала вид — ровное озеро, окружённое большими деревьями. Целая стена — одни полки и подсвеченные ниши с безделушками разных эпох. Рядом — стойка чар с пузырьками зелий, расставленных, как таблетницы. Просторно и прекрасно, но воздух всё так же вонял горелым янтарём, и я чувствовала под всем этим жёсткую породу.