Блеф демона (ЛП)

Запах жжёного янтаря наконец убрался в фон, и я распахнула дверь, шагнула внутрь.
Как я уже видела во второе зрение, зал был битком. Все говорили разом, я прижала к себе сумку на ремне и оглядела фамильяров в очереди — пёстрая одежда делала сцену похожей на буфет киностудии. Я, кажется, не так уж выбивалась из общего вида, как сперва показалось. За стойкой, ловко двигая очередь, тоже стояли фамильяры — бариста, готовившие напитки и лёгкие закуски с помощью магии. Болтали с постоянными клиентами весело, несмотря на вынужденное рабство. Элис не было, и у меня опустились плечи. Дерьмо на тосте, да вы издеваетесь. Значит, она ушла в хранилище Трента.
  
— Эй, спортсмен, — раздался густой голос, и я обернулась: за высоким столиком сидели двое демонов. Один — в пиджаке с широкими лацканами, яркая семидесятая «двушка»; другой — в спортивках и в таком количестве побрякушек, что даже Констанс бы одобрила. Оба смотрели на меня с интересом. — Твоя аура слишком яркая — ты здесь недавно. Кто тебя так рано выпустил, малыш?
Боз и Клемт, вспомнила я: каждого демона в этом мире я знала по простому имени — за годы отбивала их интерес ко мне не один раз. Сколько помню Боза, он застрял в диско-эпохе. Клемт недавно бросил любовь к карательной Австралии и подсел на рэп восьмидесятых. За «современные вкусы» их немного держали в стороне, вот они и торчали вдвоём в «Кофейном Хранилище», но я всегда ценила их попытки «вписаться».
По крайней мере, маскировка держится. Но демонам интересной быть никогда не полезно, даже знакомым, и я повернулась к последнему в очереди:
— Эй, парень, тут… блондин не проходил? Одет как я. Напуганный такой.
— Я спросил, кто твой хозяин? — звякнул цепями Клемт. Фамильяр передо мной покачал головой и плотнее прижался к очереди, отмежёвываясь от возможной беды.
Боз шлёпнул Клемта по руке, чтобы привлечь внимание:
— По-моему, он с поместья Каламака, — сказал он. — Клянусь, видел, как он прошёл через линию.
— Да? — интерес Клемта заострился.
— Серьёзно? — протянула я, решая, как это разыграть. Элис нигде не было. Уходить я не хотела — вдруг я ошибаюсь, и она выскочила в торговый зал. Да чтоб тебя, Элис…
— Ага, — отозвался Боз в тон Клемту. — Блестящий эльфёнок опять линию потянул вниз. Видишь? — Он кивнул на меня, поднимая надтреснутую керамическую кружку. — В хранилище полез и заблудился, маленький эльф? Вор, небось. Как думаешь, стоит усилий?
Клемт одобрительно хмыкнул:
— Не боится. Либо очень хорош, либо очень туп.
Демон соскользнул со своего высокого стула — намерения ясны, — и я шагнула назад, в лей-линию; волосы тут же запутало в разболтанной магии.
— Сойдёмся на «туп», — сказала я.
Демон потянулся ко мне, но было поздно — я исчезла, вволю заставив себя стать реальной. На этот раз переход прошёл без шва, и я моргнула, пытаясь что-нибудь увидеть в кромешной темноте хранилища Каламака. Вонь жжёного янтаря слетела с меня, я повела руками в воздухе, выискивая стену или стеллаж. С открытыми глазами или с закрытыми — разница нулевая.
— Visio deli! — взвизгнул высокий голос, и я присела, щурясь: вспыхнул ослепительный шар, летя прямо в меня. Попади — и меня на время ослепит.
— Rhombus! — парировала я, съёживаясь, когда сияющая сфера врезалась в мой защитный круг. — Элис, это я! Я! Демоны сами не переходят. Их нужно призывать. Да чтоб тебя обратно к Повороту! Что ты тут делаешь? Ты должна была держать нам выход открыт!
Второй атаки не последовало, и я выглянула из-за плетущихся, щёлкающих и потрескивающих световых сил. Lenio cinis, подумала я, заметив Элис, когда мой световой шар вспыхнул в темноте. Она наполовину пряталась за стеллажом, одновременно напуганная и упрямая. Боз и Клемт, не сомневаюсь, смотрели на всё это своим вторым зрением и ржали до слёз — я же знаю демонов.
— Рейчел? — Элис подозрительно прищурилась на меня, и я изобразила жест «ну?» — наши энергии погасили друг друга, я опустила круг. — Куда ты, туда и я!
Я уже не понимала, что творится в зале, провела рукой по взъерошенным волосам — вот бы Дженкс был здесь, пригладил бы.
— Элис, ты худший напарник из всех, с кем мне приходилось работать. Как, чёрт возьми, мы узнаем, что происходит по ту сторону стены? Если они выключат резонатор, мы тут застрянем. Ради этого я тебя и привела!
— Тогда иди и смотри. Амулет найду я, — сказала она, сотворив свой собственный свет — яркий, слепящий. Явно синапсы в порядке. Два дня? Пыльца пикси мне на задницу.
— Вон, — кивнула я на стену. — Делай то, для чего пришла.
— Через Безвременье? А ты возьмёшь, что нужно, и бросишь меня? Даже не надейся. — Элис продолжала разглядывать полку древних эльфийских книг. — Там демоны. В прошлый раз я еле ушла.
А теперь вернуться будет ещё труднее. Хуже того — кроме как стукнуть её по голове и перетащить через стену самой, принудить я её не могла.
— О боже! — выдохнула она, тянусь к книге. — Откуда у него это?
— Не трогай! — крикнула я, и она отдёрнула руку. — На них висят защитные чары.
— Всё это незаконно, — обиделась она.
— Потому и лежит в его хранилище. И запретили их лишь потому, что они людям не по нутру. — Я обошла стеллаж с эльфийским порно, которое заманило меня сюда в первый раз, и направилась к вмонтированным в стену выдвижным ящикам без замков. — Знание не бывает «правильным» или «неправильным». Важно, как — и используешь ли — его. — Я покосилась на неё и нахмурилась, когда она снова потянулась. — Я сказала — не трогай. Хочешь, чтобы служба безопасности Трента вышла на нас?
Скривившись, она отняла руку.
— Я думала, у нас последний экземпляр, — прошептала, жадно уставившись. — В нашем не хватает страниц.
Я выдвинула ящик и удовлетворённо протянула «ммм»: внутри в своих поролоновых гнёздах лежали древние металлические обруч-амулеты, почти все — с родной булавкой-активацией.
— Всё на той полке на проводах. Если будешь паинькой, может, уговорю Трента показать свою библиотеку, когда вернёмся домой, — сказала я, хотя сомневалась: ковен уже показал свои загребущие лапки.
— Нужный амулет наверняка здесь, — добавила я и прошептала: Abundans cautela non nocet — проверить на ловушки. Над ящиком легла дымка золота и чёрного, но ничего не вспыхнуло предупреждением: пут не было. Все они «мёртвые». Здесь их держали только из-за контроля температуры и влажности. Ну и потому, что гравировка на обручах древняя.
— Как только найду нужный — сматываемся, — сказала я, беря первый и читая инвокацию. Металл был совершенно мёртв и холоден, я щурилась на выцветшие буквы. Не то. Но вещь — потрясающая: скрученный круг металла даже сохранил исходную булавку-вызов. Делало его дороже — как игрушка в коробке. Ценность — потому что мы её придаём. Полезности — ноль.
Хорошо, что мне уже удавалось прясть пустяки в золото.
Следующий — то же самое. И третий. Я глянула на Элис: та уже нашла стопку картин и листала их, будто на ярмарке, подбирая что-нибудь на стену в гостиной.
Но когда я перешла ко второму ряду, странное ощущение царапнуло мою ауру. Я протёрла старое серебро, прочитала инвокацию. Спасибо, Трент. Обрадованная, обхватила обруч пальцами, пытаясь уловить хотя бы искру магии — но это был просто мёртвый металл. Клялась бы, что что-то почувствовала…
— Э-э, Рейчел? — сказала Элис, и я вздрогнула, когда вспыхнули потолочные лампы. Вдали сквозь стены протянулся глухой улюлюкающий звук.
Дерьмо на тосте, я и включила ту самую сигнализацию, о которой предупреждала Элис.
  
— Валим, — сказала я, запихивая амулет в карман и подталкивая её к лей-линии. Она всё ещё была тут. Они не смогут отключить её, пока сами не войдут в линию.
— Куда? — вымолвила она, побелев. — Рейчел, мы не проломимся через охрану Каламака.
У нас было минуты две, самое большее. Меня нельзя было ловить. И Трент, и Квен решат, что я — та самая Рейчел, что его арестовала, а он сейчас на меня страшно зол. Он не станет думать. Он меня убьёт. Обернёт лисой и загонит по ночи.