Блеф демона (ЛП)

— Свалить её. Сваливай! — закричал один из агентов, и крики Элис внезапно оборвались. Эта тишина была хуже, чем её вопли, и я выглянула из-за дерева, когда они затолкали её в машину и захлопнули дверь.
— Психиатрия Низин? — спросил второй. Первый покачал головой — под уличным фонарём он казался просто силуэтом.
— Она думает, что она из Ковена.
— Голая и сопротивлялась, — сказал первый. — Ночь в заколдованной камере вытрезвителя. Если утром всё ещё будет называть себя ковеном — пусть кто-то другой с ней возится.
  
— Меня устраивает, — покачал головой тот и перешёл на другую сторону машины. Они сели, я видела, как они разговаривают, но машина не тронулась. Я осталась в укрытии, сомневаясь — стоило ли мне вмешаться? Если она свяжется с Вивиан, всё станет куда сложнее. Но если меня заметят — хуже. Если узнают, явятся в церковь за ответами, которых моё прежнее «я» не сможет дать. Я, может, и смогла бы их одолеть, напасть из-за спины, но риск, что меня увидят, был слишком велик.
Тем не менее, я задумалась — и тут позади зашуршала вода, и из пены показалось лицо с фиолетовыми прожилками.
— Рейчел, — сказал Шарпс. Из воды торчали только глаза и рот. — Всё в порядке?
Я замерла, первая реакция — сбежать. Но он думал, что я — моя прежняя, более юная версия. И, что хуже, видел сквозь демоническое заклятие незаметности.
— Ах, привет, Шарпс. Хейди-хей.
— Хейди-хо, — ответил он, тело его стало чётче. — Не слышал, как ты переходила мост. Новые ботинки?
Я перевела взгляд с патрульной машины на свои старые ботинки — теперь новенькие, без единой царапины.
— Ага. Я… не хотела мешать. Просто делала заклинание под мостом.
— Я видел, — Шарпс опустился в пену. — Хотел было подойти, но подумал, что это О.В. снова баламутит пруд. Кто это был? Новый напарник?
Он точно считал, что я — это я два года назад, и я немного расслабилась.
— Нет. Просто кто-то, кому я пытаюсь помочь, — сказала я, и он кивнул, водоросли упали ему на один слепой глаз.
— Она уронила это в воду. Я подумал, тебе может пригодиться, — сказал он, и тонкая, покрытая прожилками рука высунулась из воды и положила на парапет заколку в форме ленты Мёбиуса.
— Боже, спасибо, — сказала я, поднимая её.
Но он уже растворялся обратно в пруд, не желая, чтобы фары машины О.В. выхватили его из тьмы.
— Береги себя, Шарпс, — пробормотала я, закидывая сумку повыше на плечо и направляясь к автобусной остановке. Мне нужно было попасть на Фаунтин-сквер, где я могла бы сесть на автобус куда угодно — по любую сторону реки. Может, к тому времени, как я туда доберусь, я уже пойму, куда иду. К Пискари — умолять за жизнь Кистена? В Безвременье — торговаться с безумным демоном за зеркало, чтобы спасти себя? Или, может, в третий вариант — в О.В., вызволять Элис до того, как она свяжется с Вивиан?
В любом случае, мне понадобится чёртовски хорошая маскировка.
А может, и нет…
  
Глава 13
 
Я стояла, едва касаясь носками жёлтой линии перед окошком, стараясь выглядеть разумной, а не раздражённой. С каждым мгновением это становилось всё труднее. Моя красная, расшитая пайетками кофта и джинсы со стразами явно не играли мне на руку — и как же я жалела, что не переоделась. Выглядела я не как девушка, пришедшая выручать подругу, а как… ну, почти как уличная жрица любви.
— Простите, мисс Атакат, — сказала женщина за пластиковым стеклом, не выказывая ни капли сожаления. — Мы не выпускаем под залог Джейн Доу.
— Но она не Джейн Доу, — возразила я. — Она Элис Атакат. Моя сестра.
Элис, конечно, благоразумно назвалась Джейн Доу, а я решила использовать фамилию своего биологического отца — Дональда Атаката, известного публике как Така́та. Это было не так уж сложно просчитать, но всё же… В шестидесятые, когда он выбрал себе сценическое имя, времена были другими.
— Если она сама подтвердит, что это её имя, — сухо ответила женщина, — возможно, я смогу вам помочь. Пока что она задержана.
— За непристойный вид? — громко переспросила я, но в лице каменной женщины не дрогнул ни один мускул.
— За сопротивление при аресте. Пока мы не установим её личность, под залог она не выйдет.
— Я же сказала, кто она такая! — Я начинала закипать. — Можно с ней поговорить?
— Позже. — Закончив со мной, офицер вновь уставилась в экран. — У неё есть кое-какие документы.
— Ладно. — Я отступила, понимая, что только сильнее её раздражаю. «Документы» означали, что её собираются передать другой городской службе — вероятно, психиатрической. Всё-таки нашли её в парке полураздетой, утверждающей, что она из Ковена моральных и этических норм. — Можно я подожду? — спросила я, и женщина кивнула в сторону ряда жёлтых пластиковых кресел у стены.
— Спасибо, — устало проговорила я и поплелась по кафельному полу. Похоже, я совершила ошибку, позволив О.В. забрать Элис прошлой ночью, поставив под угрозу собственную безопасность. Возможно, я просто надеялась, что ночь в вытрезвителе немного её утихомирит. Но, скорее всего, это было тщеславием. Вероятнее, О.В. уже установила её личность, даже если она продолжала молчать, и, вполне возможно, в этот самый момент связывались с Вивиан. Меня это нервировало.
Офис ночного залога Цинци располагался в углу здания О.В., с удобным выходом на нижний уровень одной из городских тюрем. Через широкое окно с видом на улицу уже пробивался свет рассвета. Было около шести утра, почти не было трафика. На стоянке через дорогу, предназначенной для краткосрочной парковки, стояла только одна запылённая машина.
Я ощущала усталость всем телом, когда опустилась в оранжевое пластиковое кресло и положила сумку на колени. Дерьмо на тосте, я сидела в оранжевых стульях. Закрыв глаза, я откинулась назад, головой уткнувшись в стену. Элис, возможно, устроилась поудобнее, чем я. Я вытянула ноги — и тут же напряглась, услышав шелест крылышек пикси.
Я приоткрыла глаза — но это был не Дженкс. Почувствовала лёгкую тоску, когда увидела крылатого четырёхлетку в потрёпанной рубашке, шарящего в мусорке в поисках сахара. Четыре года. И совсем одна. Жизнь пикси в городе — не сахар.
Но хотя бы я знала, где находится Элис, и пульс замедлился. Я не была уверена, особенно после того, как зашла в круглосуточный магазин по пути сюда. Волосы мои были всё ещё кудрявыми, но теперь казались светлее — спасибо амулету. Это был весь мой маскарад. Я бы сделала больше, но не знала, насколько ударит по кошельку её залог. У меня не было ни зелий сна, ни чар-двойников. Ничего.
Кроме того, что у меня под рукой, — подумала я, и, протянув руку к ближайшей линии, ощутила, как сила заискрилась на пальцах. Я сжала кулак, и свечение исчезло. Место казалось пустым — пустые кресла, одна дежурная и никаких проверяющих заклятий. Но камеры на потолке были. И только две двери: одна — на улицу, другая — в камеру временного содержания. Чтобы открыть последнюю, требовалась ID-карта. Я застряла.
Я вздохнула, усаживаясь поудобнее. На пальце блеснуло мамино кольцо Трента, и я начала крутить его, пока красный камень не спрятался в ладони. Да хоть бы Тритон пообещал мне три желания — я всё равно не отдам. Ни за что.
Обычно освобождение под залог занимало не так много времени. Но её, вероятно, ещё даже не оформили. Элис не была пьяна. Как только с неё снимут заклинание, всё сведётся к обвинениям в непристойном виде и сопротивлении. Ну и к её безумным заявлениям о членстве в Ковене. За это держать не должны. А вот то, что она несовершеннолетняя… это уже проблема.
  
Я закрыла глаза.
Улыбка Кистена всплыла в памяти так внезапно, что я распахнула глаза и резко выпрямилась, подтягивая сумку повыше на колени. Если я правильно рассчитала дни, то сегодня после полудня Кистен окажется у тротуара перед баром Пискари, выброшенный как вчерашний мусор.
— Я не смогу это остановить, — прошептала я, чувствуя, как перехватывает дыхание, всё казалось нереальным. Кистен умрёт. Я видела это. И ничего не могла изменить.