Блеф демона (ЛП)

— Зачем им это? — спросила Айви, а я схватила диванную подушку и положила ему на колени.
— Чтобы сбить нас с толку? — предположила я. — Разбудим его. Может, он знает, где моя книга. Бис, ты и книга, с которой мы отсюда уйдём, — в тень.
Бис присел на задние лапы, потом взмыл в воздух и неловко приземлился на верх книжного шкафа, откуда мог наблюдать всё и оставаться незаметным. Склонив голову, он продолжил читать, пока я застёгивала на парне пару пластиковых стяжек — сначала на запястьях, чтобы обездвижить, потом на щиколотке. Сердцевина из зачарованного серебра не позволила бы ему коснуться линии. Лишить мага сил несложно, именно поэтому я до сих пор хожу в местное додзё.
  
Ростом он и вправду был с десятилетнего. Но камень показывал совсем иное, и я с некоторой нервозностью остановилась перед ним.
— Honna tara surrundus, — произнесла я эльфийские слова, снимая чары сна, и надеялась, что выговорила правильно. Парень… или мужик… фыркнул, приходя в себя. Его взгляд скользнул от нас троих к подушке на коленях и обратно. Я сразу поняла момент, когда он потянулся к лей-линии, не потому что почувствовала, а потому что выражение лица стало мерзким. Слишком мерзким для десятилетнего.
С самодовольной улыбкой я присела, чтобы оказаться с ним на одном уровне.
— Привет. Сыграем в игру. «Горячо — холодно». Умеешь играть, да? — нарочито ласково произнесла я, словно разговаривала с детсадовцем, и его лицо ещё больше потемнело.
— Да пошла ты, — сказал он высоким голосом, в котором, однако, было пугающе много злости.
Айви упёрлась ладонями в колени и наклонилась к нему:
— Я бы дала ему пощёчину, но не люблю бить тех, кому ещё бриться не надо.
— Ммм, давай, — сказала я, не желая держать голову так близко к Айви. Особенно когда её зрачки были такими огромными. — Ему не десять.
Бис хмыкнул:
— Точно не десять, — отозвался он с книжного шкафа, а пацан дёрнулся, вытягивая шею, пытаясь его разглядеть.
— Ты меня видишь? — спросил мальчишка, и я нахмурилась, чувствуя, как картинка начинает складываться.
— Ты меня знал, — пробормотала я, глядя на него сквозь камень и радуясь, что положила подушку именно туда, куда положила. — Что, в общем-то, неудивительно. Полгорода знает. Но зачем ковен оставил тебя тут караулить книгу?
Его взгляд метнулся к замаскированному экземпляру на столике у дивана, и я мягко коснулась его, не чувствуя ничего от подменённого Reader’s Digest.
— Ты же из ковена. Ты Скотт? — предположила я, и «пацан» замер в разрыве между раздражением и облегчением. — Сегодня днём тебе было лет сто. Что случилось?
— Ну, теперь мне десять, — сказал он высоким, горьким голосом. — Утром буду старше.
Айви улыбнулась, и меня передёрнуло.
— Если ему не десять, я могу его укусить.
Улыбка Скотта сползла, и я покачала головой:
— И добавить к его бедам вампирский шрам? Мы не настолько жестоки. — Я склонила голову, разглядывая его. Старше утром? Его тело, должно быть, меняется с восходом и закатом, старея и молодея. Держу пари, одежда у него зачарована меняться вместе с ним, чтобы не переодеваться дважды в сутки. Именно поэтому на нём не было ничего, когда я смотрела через камень транспозиции. Не удивительно, что его отправили на инвалидность.
— Это отвратительное проклятие, — сказала я, и он резко метнул на меня взгляд. — Кто тебе это сделал?
— Забавно, — угрюмо и раздражённо отозвался Скотт. — Я предупреждал Элис не нарушать сделку. Твоя книга под диваном. Забирай и уходи. Но если возьмёшь другую — мы будем гнаться за тобой до конца света.
— Ты положил её под диван? — переспросила я, когда Айви оттолкнулась от его кресла, сдвинув его на несколько дюймов, и, покачивая бёдрами, спустилась на пол.
— Есть, — сказала она, вылезая из-под дивана с моей книгой в руках.
Я ошарашенно обернулась к Скотту:
— Ты положил её под диван? — повторила я, и Скотт поморщился, когда Айви с глухим стуком опустила книгу на столик рядом с замаскированным Reader’s Digest.
— Не собирался же я открывать дверь, держа её на виду, — Скотт выглядел неловко, почти по-детски. — Я знал, что ты не купишься на «вот тут мы держим твою книгу и код от сейфа». Но попробуй что-то втолковать двадцатилетней.
Последние слова он произнёс с насмешливой ухмылкой, и я почувствовала лёгкий укол раздражения.
— Не стоит её недооценивать, — сказала я. — Она, наверное, уже едет сюда.
Скотт дёрнулся, а я ощутила, как лицо становится каменным.
— Чёрт, надо убираться, — сказала Айви, и в животе у меня сжалось от тревоги.
— Ах, Рейчел! — позвал Бис с вершины книжного шкафа, тяжело нахмурив брови.
— Она уже в пути, да? — спросила я, а Скотт только самодовольно на меня уставился. — Откуда она узнала, что мы здесь? — повторила я, но он упорно молчал. Да чтоб меня. Если сигнал ушёл, когда мы позвонили в дверь, она может оказаться тут меньше чем через двадцать минут. Мы уже почти столько и провели.
— Ладно, сворачиваемся, — сказала я. — Бис, нам надо… —
Слова застряли, когда я увидела его мертвенно-больное выражение.
— Что там? — спросила за нас обоих Айви, а Бис, наполовину спрыгнув, наполовину спланировав, оказался на полу. Оставив книгу на месте, он сделал один мощный взмах крыльями и приземлился на журнальный столик, уперев когтистую лапу в замаскированный Reader’s Digest.
— Ты знал? — сказал гаргулья, глядя на Скотта, и у меня внутри всё сжалось.
— Что знал? — спросила я, а когти Биса с мерзким скрежетом прочертили три борозды по столешнице.
— Этим заклинанием нельзя вернуть призрак Кистена, — сказал он, метнув взгляд на книгу, что оставил на полу. — Нужен целый труп, а не прах.
Я застыла, словно меня ударили в живот. Элис знала, что это не сработает, ещё до того, как сунула мне его две недели назад. Она соврала, чтобы взять меня под контроль, соврала, чтобы заставить предать приёмную семью.
И пока я смотрела на Скотта, внутри начал медленно подниматься настоящий, холодный, позвоночник за позвонком, ненавистный мороз.
Я вздрогнула, когда Айви рванулась к нему и вжала в кресло.
— Ты знал? — прорычала она, скользнув зубами по его шее, и Скотт затрясся, зажмурился, а запах его страха наполнил комнату. — Ты знал?!
— Айви! — выкрикнула я, хватая её за руку. Отнимать добычу у вампира опасно, но сейчас это была не жажда. Это была боль. — Отпусти его. Отпусти! Айви, ты не хочешь быть такой. Пусти. Его. Сейчас!
Она оттолкнула Скотта так, что кресло чуть не опрокинулось, и, тяжело дыша, отвернулась, пытаясь взять себя в руки. Отпустила она его ради меня — не ради Скотта и уж точно не ради себя.
Скотт вытер слюну с шеи связанными запястьями, холодный пот выступил на гладком лбу. Бис разок глянул на Айви, потом перебрался ко мне на плечо. Его крепкая хватка вернула меня в реальность, и я выдохнула, осознав, как близка была к тому, чтобы позволить Айви поступить по-своему. И это тоже было не тем, кем я хотела быть.
Но вместе с тем во мне закипала злость. Ковену была нужна не я. Им нужно было всё, что я знала, и нужно так, чтобы не только подчинить меня себе, но и убрать как соперника, чтобы их собственные умения засияли ещё ярче.
— Айви хочет знать, знал ли ты, что это не сработает, — сказала я, положив ладонь на лапы Биса. Мальчишка дрожал, и проходящая через нас связь успокаивала. — И я тоже хочу знать. Знал?
Скотт перевёл взгляд с согбенной спины Айви на меня.
— Знал, — тихо сказал он. — Если это что-то значит, я голосовал против. Демонам не место в ковене.
  
У меня дёрнулся уголок губ.
— Да? Похоже, тебе это сильно помогло, правда?
Айви медленно выпрямилась, и в её глазах отразились тени. Поворачиваясь, она изо всех сил старалась ничего не разрушить, даже когда её мир рушился. Я давно не видела на её лице такого выражения, и моя боль сместилась, стала глубже. Она снова была в трауре. Мне было тяжело, когда умер Кистен, но для Айви это стало ударом. Он был её другом, деловым партнёром, любовником — знал о ней всё и любил её всё равно.