Блеф демона (ЛП)

Следующим шагом была кисточка. Я отрезала прядь волос серебряными ножницами, потом выдернула три длинных волоса и привязала их к медному стилусу тремя разными узлами. Закончив, я бросила взгляд на Ала — проверить, должны ли узлы быть одинаковыми, — но он, похоже, и не заметил. Значит, либо это не имело значения, либо я сделала всё правильно… либо он просто позволил бы ей взорваться у меня в руке.
  
С недовольным видом я обильно смочила самодельную кисточку солёной водой, чтобы убрать остатки чар для выпрямления волос. Пучок тут же закрутился в идеальный локон, но по крайней мере теперь он был чистым, и я промокнула его тканью без ионов.
— Подойдёт, — пробормотал Ал, не отрываясь от своего Witch Monthly.
Я ощутила облегчение. Мне действительно нужно было, чтобы это сработало — и не оказалось очередным уроком «как не надо».
Довольная, я взялась за белый шалфей. Обобрав листья со всех стеблей, кроме трёх, я плотно свернула их в пучки и перевязала оголённым розмариновым стеблем.
— Узел Гордия? — уточнила я, чтобы не ошибиться.
— Если справишься, — высокомерно отозвался Ал, лениво переворачивая страницу.
Конечно справлюсь. И тот факт, что он не следил за мной, только подтверждал, что всё делаю правильно. Но всё же он отложил журнал и встал, когда я забралась на стол с мелом в руке, встала на колени и оценила перед собой свободное пространство. Я разложила три пучка благовоний сверху, оставляя себе место, чтобы начертить три пентаграммы.
Ал покачал головой, глядя в самый центр:
— Пентаграммы будут вложены одна в другую, — сказал он, и я издала лёгкий удивлённый звук. Это было ново. — Вот зачем тебе нужен большой стол, — добавил он. — Первую рисуй посередине.
— Поняла. Спасибо. — Я была искренне благодарна за новую технику. Установив три несожжённых пучка в центр, я кивнула. Ал положил на них камень с отверстием.
— Начерти вокруг него пентаграмму очищения, — скомандовал он, и я вздрогнула, когда он швырнул рядом мешочек с солью. — Используй соль для чистоты.
Ну конечно. Я засунула магнитный мел обратно в карман, потянулась к чёрной шелковой ткани и быстро свернула её в конус. Как из кондитерского мешка, аккуратно выдавила маленький пентаграмм из соли вокруг камня.
— Руны? — спросила я с облегчением, закончив круг. Я всё ещё не особенно умела рисовать пентаграммы от руки, но становилось лучше.
— Да, очищения по вершинам, — кивнул Ал с удовлетворением, когда я начала снизу с правой ноги и двигалась по часовой стрелке. — Очень хорошо. Пентаграмма, которая её окружит, будет пентаграммой связи, — продолжил он, пока я работала. — Подойдут обычные глифы, которые используют в кругах вызова. Используй кровь без кисточки. Если линии первой пентаграммы коснутся второй — ничего не выйдет.
Закончив, я потянулась за своим серебряным ножом.
— И, если ты воспользуешься этой чёртовой серебряной штукой, я буду крайне разочарован, — добавил он и метнул в меня что-то.
Это тоже был нож. Я поймала его по привычке и на мгновение замерла, разглядывая. В отличие от моего, он был медным — мягкий металл, почти бесполезный. У меня такого не было.
— Палец Юпитера? — предположила я.
Острие было тупое, но сойдёт, если надавить достаточно сильно.
— Разумеется, — протянул он.
Пришлось постараться, чтобы надрез был достаточно глубоким. Когда кровь пошла, я нарисовала ею пентаграмму вокруг первой. Большинство связывает такие заклинания с запрещённой магией, но если это моя кровь — в чём тогда вред? Связь с камнем будет крепче, а это важнее любых чужих предрассудков.
Глифы я могла начертить во сне. Я соскользнула со стола и вытерла палец о чёрный шёлк. Последняя пентаграмма должна была быть огромной, я могла бы рисовать её хоть ногой на полу.
— Готово? — спросила я, ожидая следующей команды, а не одобрения.
— Как и прежде — сносно, — отозвался Ал. Но по лёгкой улыбке я поняла, что он доволен. — Ты едва оставила себе место, чтобы начертить третью, заключительную пентаграмму — пентаграмму постоянства — с помощью магнитного мела.
Почти всё готово, подумала я. Я пока не подключалась к лей-линии — разве что, чтобы подогреть вино. А вот пучки благовоний придётся поджечь. Я вплела тонкую ленту осознания в круг, наслаждаясь тёплым покалыванием силы, когда рисовала последнюю пентаграмму.
— Тролльи какашки, — выдохнула я, когда заметила, что запачкала мел кровью.
Ал только фыркнул, не выказывая ни удивления, ни раздражения. Пентаграмма была в порядке, но мел испорчен. К счастью, около четверти дюйма оставалось чистым — хватит, чтобы закончить.
— Подожди, — сказал Ал, когда я потянулась начертить глифы постоянства.
— У меня есть ещё мел на кухне, — сказала я, но он покачал головой.
— Этот подойдёт. Ты нанесёшь руны в процессе. — Ал помедлил. — Скажешь почему?
Я задумалась, нахмурилась.
— Если я сделаю это сейчас, чары закрепятся на столе, а не на заклинании? Оно же вложено внутрь? — предположила я.
Демон довольно хмыкнул, его толстые пальцы машинально потянулись к отсутствующему кружеву.
— Верно! — сказал он. — Теперь начинай. Не делай ничего наперёд. Всё подготовлено правильно, и в награду я прослежу, чтобы ты закончила с рабочим амулетом и настоящим заклинанием подмены.
Я не удержалась от широкой улыбки.
— Спасибо.
Если раньше любое проявление благодарности вызывало у него раздражение, теперь я чувствовала настоящую признательность. Это было похоже на победу, даже если он сейчас преподнесёт мне последнюю часть как ребёнку. Если бы я не показала нужного уровня — он бы дал мне всё испортить. Уже было. Один раз. После чего я научилась думать.
Ал подошёл ближе. От него приятно пахло сандалом и жжёным янтарём.
— Зажги благовония силой мысли, но не удерживай дым в круге. Пусть свободно рассеивается, потому что… — Он подался вперёд, подталкивая к ответу.
Я не знала.
— Чтобы дать примесям улетучиться? — догадалась я.
Он затаил дыхание, потом отпустил его.
— Возможно. Попробуй.
Он уже заверил меня, что амулет в итоге сработает, и я углубилась в лей-линию, позволив покалывающей энергии наполнить меня. Направив заряд в ладонь, я щёлкнула им по пучкам трав.
— Flagro, — прошептала я, придавая сгустку энергии в воздухе форму, намерение и магию.
Слово ударило в благовония — те мгновенно вспыхнули ярким пламенем, которое быстро превратилось в клубы чёрного дыма.
— О, чёрт… датчик дыма, — пробормотала я, поражённая скоростью, с какой всё горело.
Но вскоре поняла: дым и пепел оседают строго в пределах второй пентаграммы, как бы стирая линии первой.
— О, круто! — сказала я с искренним восторгом, глянув на Ала. Вложенная и самоуничтожающаяся.
Ал наклонился, следя за оседающим пеплом.
— Связь с Тритон разрушена. Камень очищен. Поскольку внешняя пентаграмма не запечатана глифами, а внутренняя — обнулена, ты можешь войти в среднюю и с помощью медного стилуса нанести на камень свою кровь. Так, ты создашь дополнительную точку связи, — сказал Ал.
— С одной стороны хватит? — спросила я, уловив логику. Уколола мизинец и, используя самодельную кисточку, капнула три капли крови на камень.
— Достаточно и с одной. — Он постучал по стенке чаши, заставив вино колыхнуться. — Облей. С шафраном и всем прочим.
Вино должно было провести мою кровь в сам камень. Выглядело это довольно грязно. Поморщившись, я вылила четверть чашки вина на окровавленный, покрытый пеплом амулет.
— Хорошо, — сказал Ал, и в его голосе послышалась гордость, когда вино заполнило среднюю пентаграмму, потом крайнюю… и остановилось у меловой границы. Оно очертило внешнюю пентаграмму, смыв вторую. — Теперь нанеси глифы закрепления.
  
Я, разумеется, знала их. Быстро начертила знаки в нужных точках, прошептав имена, и почувствовала, как лей-линия откликается, сплетая между мной и камнем прочную связь.