Блеф демона (ЛП)
Скотт, Орион, Яз и Адан заняли четыре угла, соединённые дымкой — похоже, чем-то, что должно было разорвать круг Трента. Скотт мог выглядеть светловолосым мальчишкой со своим проклятием, но сила с него капала и шипела: от пузыря Трента отскакивали искры, как от взбитого костра, когда Орион, Яз и Адан подпитывали его чары. Будь их пятеро — справились бы. Но их четверо, и Трент держал оборону — спасибо Дженксу и Бису, которые с визгом роняли на них уток, бешено хлопающих крыльями.
Я смотрела — и ещё одна несчастная птица врезалась в Яз; дуга её магии сорвалась, ударила в нависающее дерево и взорвалась. Сверху посыпались искры, обжигая, едва касались пузыря Трента. Сам круг устоял, а утка, наполовину опалённая, кое-как упорхнула.
— Новая цель! — крикнул Скотт, собирая между ладонями свежие чары и следя за петляющим, рвущимся в стороны полётом Биса.
Да чтоб… нет… — Бис! — я распахнула дверцу, видя, как чары Скотта дугой летят за горгульей; Бис бешено кувыркался, уходя от удара. Тонкий шлейф пыльцы пикси говорил, что с ним Дженкс.
Холодно. Для Дженкса здесь слишком холодно. Если заденет Биса, могут погибнуть оба.
— Чары прочь от горгульи! — крикнул Ал, и готовое заклинание рванулось сквозь пузырь Трента.
Проклятие летело прямо в Скотта. Я стиснула зубы: колдун снес его в ноль и расправил плечи — самодовольный. Пытаясь спасти Биса, Ал едва не развалил круг Трента.
— Стойте! — приказала Элис, и Бис сделал в воздухе колесо. Моё дыхание сбилось, когда его красные глаза нашли меня и расширились. Трент повернул голову, в его ладонях заклубилась магия. Айви тоже подняла взгляд, моргая, приходя в фокус. Ал будто спохватился, и выражение лица обнулилось, когда он выпрямился — величественный, уверенный… и с облегчением.
— Она успела! — выкрикнул Бис, а ведьмы, сомкнувшие круг, будто замялись. — Она вернулась!
— И на охрененной тачке! — воскликнул Дженкс, тяжёлый от одежды пикси вывернулся из пальцев Биса, взорвавшись голубой пылью.
— Стоп! Все остановились! — позвала Элис ещё раз, обходя нос машины; быстрым шагом, но в своих больничных штанах выглядела почти безобидной. — С нами всё нормально!
— Эй! — выдохнула я, когда на меня рухнула тень, но это оказался всего лишь Слик: ворон каркнул и захлопал крыльями, усевшись Элис на плечо — требуя внимания и одновременно всех предупреждая.
Дженксу с трудом удавалось висеть передо мной — на нём были слои паучьего шёлка.
— Тинки уткой подавись, где ты машину взяла? — сказал он, приземлившись мне на ладонь. — Ты в порядке? От тебя несёт жжёным янтарём. Где сумка? Что ты сделала с волосами?
— Я в порядке, — сказала я, мечтая быть ростом десять сантиметров — или чтобы Дженкс был выше метра восьмидесяти. — Дерьмо на тосте, я по тебе скучала. — Я ойкнула, когда Бис перехватил мое плечо, а его ноги вцепились так, будто он никогда больше не отпустит. — По вам обоим.
Айви медленно поднялась. Сердце заныло — я вспомнила Кистена, и, почувствовав это, Бис опустил крылья. Ведьмы ковена сбились плотнее; желание быть рядом с Трентом, Алом и Айви почти физически ломало.
— Где Лейкер? — спросила я. Боже, Трент выглядел самым настоящим эльфийским военачальником; соломенно-русые волосы стояли дыбом от мистиков, аура вспыхивала и гасла — готовился к следующему заклинанию.
Дженкс перебрался мне на плечо; крылья были ледяные, он прижался к шее, греясь:
— Здоровяк смылся секунд через тридцать, как всё пошло вкривь и вкось. Тебя не было… минут пятнадцать.
Ого. Неплохо сработала.
— Пятнадцать минут? — мы с Элис двинулись через поле. Женщина была целиком сосредоточена на том, чтобы успокоить фамильяра. Локоть к локтю — грязные, уставшие, одетые совершенно не для побоища. И нам по-настоящему легко рядом друг с другом…
Пальцы Биса впились сильнее:
— Самые долгие пятнадцать минут моей жизни, — сказал он, с недоверием косясь на Слика, когда Элис велела птице оставить его и Дженкса в покое.
— Ты мне теперь банку мёда должен, старик, — гордо заявил Дженкс. — Ну? Где он, Рейч? Где зеркало?
Живот ныл, но я не сбавила шага и не изменила лица. Даже отсюда Ал читал моё настроение — и он осел, поняв, что я вернулась без зеркала. Я вдохнула, чтобы сказать Дженксу, что мы провалились… и замешкалась: у Элис раздражение сменилось тревогой.
— Вниз! — крикнула она, дёрнув лей-линию через меня; искры кольнули кожу. Я упала на колени и доверилась ей, когда она вскинула руку с театральным:
— Sisto!
Бис вцепился ещё сильнее; Дженкс катался у меня на плече. Я подняла взгляд: ковенское заклинание погасло душем красных и фиолетовых искр.
— Прекратите! Всем стоять! — резко сказала Элис. — Со мной всё хорошо, Скотт. Всё это — ошибка. Это я виновата, что влипла в чары Рейчел. Не будь её — я бы не вернулась.
— Вернулась? — выкрикнул Скотт детским тонким голосом. — Откуда? Она что, прыгает по линиям?
Вот бы, подумала я. На таком юном лице злость смотрелась чужой маской. Но Орион, Яз и Адан сомкнулись за его спиной, давая подстраховку, — и аура Скотта вспыхнула. Он тянул линию. Многовато.
— Ведро материнского гноя, он опять сейчас… — прошептал Дженкс.
Сжалось не только у меня в животе — за тех, кто встанет между мной и ковеном. Я сердито потянула линию тоже, и Трент вскинул на меня взгляд.
— Остановитесь! Все! — крикнула Элис.
— Detrudo! — выкрикнула я, и волосы хлестнуло по лицу, когда из меня рванула волна воздуха, насыщенная аурой; деревья качнулись, оба пруда перелились через кромку и разбрелись по траве. Я приоткрыла рот не от того, как ведьм перевернуло через голову, а от нового рисунка копоти среди привычного золотого свечения моей ауры. Один только Ал устоял, держав круг вокруг себя; Трент опустился на колено рядом с Айви. Бис стиснул меня, а Дженкс ухом упёрся мне в шарф, бешено трепеща крыльями у шеи.
Я глянула на руку, большим пальцем тронула указательный, прикидывая новый слой копоти, прежде чем аура погасла. Это было больше, чем я ожидала от такой поездки — и я поморщилась, когда холодная вода шлёпнулась обратно в пруд, увлекая ветки, листву и фантики. Прости, Шарпс. Но, чёрт, как было хорошо снова быть дома — где можно раскручивать чары, думая не о прошлом, а о будущем.
— Вот это да, девочка, — сказала Элис, когда листья опали. — Почему ты так не сделала с Тритон?
Я коснулась лап Биса в извинении.
— Потому что она ударила бы сильнее, — и уже громче: — Элис права. Всем заткнуться и слушать!
Скотт поднялся, стоически терпя боль шестидесятилетнего, которым он и был.
— Прибереги это для суда, — сказал он, голос мальчишки спорил с кипящей в нём яростью. Орион, Яз и Адан снова выстроились за ним. — Тебе конец, Морган, — Скотт размазал кровь под носом. — По приказу Ковена моральных и этических…
— О, ради яблок Медузы, — перебила Элис, прижимая руки к себе от холода. — Рейчел не сбегала. Она ходила за зеркалом, чтобы снять проклятие.
Ал фыркнул, становясь у меня за спиной — важно, но без малейшей магии в руках. Зато Трент… Я чувствовала: он уже погрузился в линии.
— И достала? — спросил Скотт так, будто ответ уже знал.
Элис сбавила шаг, и мы с ней упёрлись нос к носу с остальными, как геометрический треугольник.
— Лучше, чем зеркало, — сказала она, и крылья Биса опали. Дженкс тоже издал короткий вздох — беспокойство. Я не добыла зеркало — теперь все знали. — Она спасла мне задницу, Скотт.
— А Элис — мою, — добавила я, погладив Биса по лапе.
— Хм, — Ал глянул на Трента многозначительно. — Спасла члену ковена жизнь, зудящая ведьма?
— Бывает, — сказала я, и демон хохотнул, бросая на Элис осторожный взгляд: явно собирался подождать и посмотреть.
Скотт покачал головой, упёр руки в бока:
— Ничего не изменилось.
— Изменилось всё, — Элис отвела взгляд от прищуренных глаз Ала. — Отпусти линию, Скотт. Я провела с Рейчел три дня. Мы снимаем с неё обвинения.