Барон Дубов 12 (СИ)

Да, туго, очень туго. Долго так не протянем. Но долго и не надо — нужно лишь выманить тот ходячий холм на лёд. А он уже вышел на берег. И чем ближе подходил этот гигант, тем сильнее становились волны страха. Графиня Вдовина уже так вспотела от натуги, что походила на мокрую мышь. И это я ещё ей помогал, направляя часть духовной энергии на щит.
— Василиса, — позвал, топором отрубая голову очередной твари. — Сделай так, чтобы под той махиной лёд не провалился! Нужно, чтобы она на глубину вышла. Утопим их всех.
  
— Поняла! — выкрикнула она и отступила на несколько шагов.
После этого под ногами у меня пронеслась волна морозной маны, укрепляя лёд. Если та громадина пойдёт на дно слишком рано, то выживет.
Продержаться бы только… Всё-таки на открытой местности воевать с численно превосходящим противником, всё равно что марафон бежать с простреленными коленями.
— Князь, сделайте так, чтобы они все на меня шли! Нужно собрать их в одном месте!
— Легко сказать! — отозвался сзади Тарасов.
Действительно, сказать было легко. Саранча наседала, не жалея сил. Псины поблизости, похоже, закончились, потому что на меня набросилось трое Носорогов. Но Вероника хорошо зарядила мой топор морозом, так что при взмахе я выпустил сконцентрированную волну холода, которая заморозила всю троицу в паре метров от меня. А затем хорошенько жахнул молнией, расколов статуи на части. На этом Носороги тоже закончились, и я схлестнулся с пехотинцами.
Краем глаза видел, как две стаи Псин уже почти зашли с тыла. Вот значит как. Шустрые заразы играли роль кавалерии, а пехотинцы били в лоб. Топор в руке уже скользить начал из-за вражеской крови.
— Коля, я почти всё… — простонала Катя.
Эх, хотел бы я услышать этот стон в иных обстоятельствах, но сейчас он означал, что скоро людей охватит паника, потому что духовный щит падёт. И тогда нас сожрут.
Гигантская тварь ступила на лёд и медленно приближалась. Тот, хоть и усиленный, начал потрескивать. Но и сила панических волн заметно возросла.
Минус сражения на озере был в том, что я не мог полноценно использовать свой Инсект. Вокруг или вода, или замёрзшая вода. И молотом размахивать опасно — по крайней мере, пока.
— Меняем план! — крикнул я князю. — Всех в кучу и занимайте круговую оборону!
Отбив щитом атаку рук-лезвий очередного пехотинца Саранчи, разрубил его пополам и сам начал отступать.
Постепенно строй стал плотнее, и стало проще сдерживать врага. Да и духовный щит удалось уменьшить, и нам с графиней нужно было тратить меньше сил на его поддержание. Так мы выиграем немного времени.
— Если что, у меня патроны не бесконечные, — опасливо покосилась Агнес. Теперь она стояла недалеко от меня.
Ладно, пора! Тварь почти там, где надо, осталось лишь подтолкнуть её, а Саранча встала настолько плотно, что начала мешать друг к другу. Лёд под ногами таял от горячей крови и скользил. Один из бойцов Тарасова поскользнулся и упал. Утащили его так быстро, что мы ничего сделать и не успели. Только предсмертный крик услышали.
— Василиса, — повернулся я к девушке всего на миг. Её лицо походило на ледяную маску. Брови нахмурены, подбородок напряжён. Она методично работала хлыстом, отсекая Саранче конечности. — Сделай так, чтобы вы не утонули.
— Вы? — удивилась она. — А ты? Что ты задумал?
— Ледовое побоище, — коротко ответил ей и бросил через плечо Вдовиной: — Катя, продержись хотя бы пару минут!
— Если продержусь, с тебя уха! — хмыкнула она из-за моей спины.
Швырнув перед собой горсть морозных зелий, выставил щит и кинулся на врагов. Бежал, разбивая замороженные статуи и расшвыривая топором молнии. Расчищал таким образом себе путь к громадине. Чем ближе я подбирался к ней, тем больше тварь возвышалась надо мной.
Судя по всему, она и управляла всей Саранчой, играя роль офицера. Видимо, поняла, что я задумал её убить, и направила на меня все свои силы. Пехотинцы Саранчи быстро окружили меня, и со всех сторон посыпались удары. Инсект спасал от немедленной смерти, но на морёной плоти появлялось всё больше глубоких порезов. Да и щит уже весь искромсали — пришлось вырастить новый.
Но я достиг главного. Саранча ослабила давление на остальных, сконцентрировавшись на мне. И это чувствовалось! Меня буквально сбивали с ног волны страха и панического ужаса — духовная защита едва держалась. Долго я так не смогу! Все силы уходили на то, чтобы не поддаваться магии Врага.
Я магически усилил ноги, вырастив небольшие корни, чтобы они цеплялись за лёд, и попёр вперёд. Со всех сторон в меня врезались клинки, царапая дубовую плоть, хватали за руки и за ноги, но я направлял всю ману, что у меня оставалась, на то, чтобы прорываться. Топор беспрерывно поднимался и опускался, сияя окровавленным лезвием.
— Р-р-р!!! — рычал я сквозь зубы, ускоряясь с каждой секундой.
Шаг, ещё шаг, бег, удар молнией, быстрый бег!
Мне удалось прорваться сквозь основной строй Саранчи и зайти громадине сбоку. Раскидав ещё несколько пехотинцев, оказался на просторе. Не нужно было оглядываться, чтобы понять, что вся эта толпа несётся за мной.
Топор из моей руки исчез — я перенёс его в кольцо. Щит отбросил, чтобы максимально уменьшить вес. Сделав солидный крюк, оказался в ста метрах позади ходячего холма. Тварь медленно переставляла лапы по толстому льду, пытаясь развернуться.
— Мда, жиробасина, с тобой не потанцуешь, — ухмыльнулся я и побежал, направляя предпоследнюю каплю маны для усиления ног.
Усиленный княжной лёд оглушительно трещал под моей поступью. Тварь переставила заднюю правую ногу левее, затем другую, подняв тучу серебристой пыли, и встала боком. А я уже находился от неё в пятнадцати метрах. Оттолкнулся одной ногой, подлетев на пару метров, и оттолкнулся второй от головы вовремя подвернувшегося пехотинца. Сделал это так сильно, что врага расплющило и вбило в лёд, а я подлетел в воздух на полдюжины метров и врезался в бочину ходячего холма. Тот как раз поднял левую переднюю ногу и потерял равновесие от удара.
Тварь упала, я тоже. Рядом посыпались каменные осколки от шкуры монстра. В голове от удара звенело, будто я внутри колокола оказался. Но разлёживаться нельзя! Встряхнув головой, вскочил и побежал дальше, к упавшему холму. В руках появился молот. Настало время пустить его в ход!
Отшвырнув плечом с пути пару противников, снова подпрыгнул и использовал уже последнюю каплю маны, направив её в молот. Обрушился на чудовище сверху и, размахнувшись из-за спины, ударил. Но не тварь в открывшееся на броне место, а рядом, по льду.
Зелёная вспышка на миг ослепила меня, а лёд оглушительно треснул и начал проваливаться прямо подо мной.
— Коля! — пронзительно закричал кто-то из девушек — кажется, Лакросса.
А я и сам уже всё понял. Пора делать ноги!
Лёд трещал, а вода под ним бурлила. Шагающая махина попыталась встать, но её ноги тут же начали погружаться в воду. Она взревела, и на меня обрушилась новая волна страха. Только не моего, а её.
— Оно боится! — радостно прокричал, прыгая со льдины на льдину. Они под моими ногами тут же проваливались вглубь.
Лёд ломался в радиусе нескольких сотен метров. Саранча пыталась по инерции атаковать, но, похоже, управление той твари ослабло. Враг беспорядочно метался, прыгал на льдины, падал, проваливался под воду. Сама громадина несколько раз ударила по воде своими огромными ногами, расшвыряв куски льда и побив кучу Саранчи, и окончательно погрузилась под воду, оставив после себя водоворот из пузырей и тонущих пехотинцев.
Я же допрыгал до своих, что стояли на островке спокойствия посреди бушующего озера. Но я был бы не я, если бы по пути не окунулся в ледяную воду. И как следует её прочувствовал, потому что вышел из Инсекта. После нащупал под водой ступени на айсберге, который создала княжна, и поднялся по ним.
  
Мужчины встретили меня победными криками, а девушки охами и вздохами.
— Господин, да на вас места живого нет! — взволнованно воскликнула Вероника.