Люнборгские истории (СИ)

- Ты успел дать ему имя?
- Да. Он, как обычно, родился слишком рано, слишком маленьким, чтобы жить. Но имя я дать ему успел. -  Король допил пиво и знаком велел повторить.
 - Так что опять натворила Джейн? - Клаасу не хотелось показаться бессердечным, но сидеть здесь, ожидая разоблачения было глупо. Вряд ли брат выбирался из дворцца с такими предсторожностями только для того, чтобы вместе с ним залить пивом горе. В конце концов, для этого он мог вполне законно просто приехать в гости.
- Довела до схваток жену какого-то негоцианта. Этот идит додумался на аудиенцию притащить беременную жену, ты представляешь?!
- Да. Глупо. - Мрачно согласился кронпринц. Хотя большинство неудачных беременностей старательно скрывались королевской семьей, слухи все равно просачивались за стены дворца. Да и тех, которые было уже не скрыть, хватало с лихвой. Тащить в таком случае беременную жену перед очи бездетной королевы означало либо вселенскую глупость, либо полное неуважение. Либо и то, и другое сразу.
- Ребенка, конечно, спасли. Зря я, что ли, магов во дворце держу? Раз уж с моими не могут, пусть хоть на чужих отрабатывают. - Зло проолжал король. - Но эта дура еще и устроила скандал. Представляешь, начала требовать, чтобы бедняжку выпороли за неважение к королеве. Та, видите ли, осмелилась заговорить без ее разрешения, и сесть на пол в присутствии коронованной особы...
- А ты?
- А я прекратил этот балаган. Пообещал магам, что спущу по три шкуры, если не спасут женщину и младенцца. Запер Джейн в ее покоях и запретил входить к ней всем, кроме пары проверенных слуг. Издал специальный указ, запрещающий слугам выполнять любые приказы королевы о наказании без моей личной визы. Извинился перед главой гильдии негоциантов и сводил его на могилу Арьена, чтобы тот объяснил своим, в чем дело. Только ссоры с купцами мне сейчас не хватало! Все. - Король, закончив этот торопливый отчет, снова потянулся за пивом.
- А, нет. Не все. Еще послал ... послал, в общем, посла Вотана, который пришел ко мне с нотой протеста на жестокое обращение с сестрой его правителя.     Показал ему некоторые бумаги и пообещал, что если еще хоть раз кто-то дернется в сторону твоей семьи, их правитель получит свою сестрицу обратно. С заключением десятка магов, в том числе люнборгских и дунских, о ее неплодности и сумашествии. И тогда я посмотрю, какому дураку на континенте  он сможет втиснуть в жены своих родственниц.
- Развелся бы ты, пока не поздно. - С тоской проговрил Клаас, глядя, как брат планомерно напивается.
- Не могу, Клаас. Не могу. Сам же понимаешь, что я изрядно блефовал. Вот ты, как адмирал, скажи мне: если завтра начнется война, выстоим мы против вотанского флота?
- Попытаемся. - Клаас отвел глаза. - Нам бы магию чуть-чуть подтянуть, чтобы поставить хорошую защиту на побережье. Сам знаешь, чем вотанцы сильны. А флот мы готовим. У меня там отличные ребята подрастают.
- Это хорошо. - Король кивнул, заметно успокоившись.  - Скажи, сколько лет мира тебе, по прикидкам, надо, чтобы мы не попытались, а именно выстояли?
- Лет пять. - Подумав, ответил Коаас.  - Но, на крайний случай, хотя бы два.
- Хвала творцу! Столько-то я еще надеюсь продержаться.
- Так а что случилось-то, Ян? Зачем звал, тем более, так?
- Беда у меня случилась, Клаас. Выручай!
- Что надо делать? - Кронпринц мигом собрался, готовый за брата сразиться хоть со всем вотанским флотом разом.
    Король, хотя они сидели вдвоем за столиком, еще раз подозрительно оглянулся и, склонившись к самому уху брата, что-то тихо прошептал.
- Рехнулся? - Только и смог ахнуть тот. - Потерпеть не мог?!
- Я и так терпел, Клаас. Я пятнадцать лет терпел эту дуру рядом с собой. Всех этих ее ведуний, гадалок, прорицателей... Все ее выходки, выставляющие меня идиотом. Ну, помнишь, вроде той, когда она заявилась в зал заседаний и потребовала прервать государственный совет для исполнения супружеского долга. Видите ли, ее звездочет просчитал, что именно в это время зачатие окажется удачным!
  
    Сперва я смирился. И даже думал, что смогу с ней поладить. Ну, подумаешь, склочный характер! Была бы она единственной сварливой женой на всю Фразию...  Потом я ее жалел. Искренне жалел и старался поддержать. Но, брат, прости, я уже устал хоронить собственных детей. Я смирился с мыслью, что после меня наследуешь ты и твои мальчишки. И тут оказалось, что Джейн не смирилась. После покушений на Мариту с детьми я понял, что она не успокоится. Это уже не желание материнства, не долг перед Короной. Это какая-то одержимость, Клаас.
- И ты решил подлить масла в огонь?
- Нет.  Я просто не выдержал. Не выдержал, и впервые за пянадцать лет позволил себе побыть просто мужчиной. Прошу тебя, помоги! Если она останется здесь, рано или позно Джейн ее выследит. Ты же сам знаешь, что все шпионы Вотана в последние годы заняты тем, чтобы выслеживать и убирать моих фавориток, охраняя интересы Вотана рядом с нашим троном.
- А потом?
- А потом спрячем ее где-нибудь. А ребенка обьявим твоим, твоим и Мариты. Сроки позволяют.
- Думаешь, Марита согласится?
- Если ты попросишь... Я и сам попрошу. Только не сегодня, а как-нибудь наведаюсь в гости. Ну что вам терять, Клаас?! У вас же два здоровых наследника. Кто-бы не родился, все равно все достанется твоим детям.... А я просто хочу увидеть своего ребенка живым. Хоть одного ребенка - живым.  - голос короля дрогнул. Он отвернулся, пытаясь сморгнуть слезы.
- Ладно. Только смотри, брат, держи свою Джейн на привязи - Решился наконец-то Клаас.  Один косой взгляд в сторону Мариты или детей, и мне будет плевать на последствия войны с Вотаном. Каждый „восточный“ в этой стране, из какого-бы клана он ни был, будет охотиться за головой твоей королевы.
- Спасибо!
    Когда король и кронпринц вышли во двор кабачка, там их уже ждали люди короля. „Восточные“ кронпринца еще раз проверили окружение, дав знак, что все в порядке. После этого один из королевских людей подошел к Клаасу. И под широкополой шляпой тот увидел совсем еще девчоночье лицо.
    Ну, спасибо тебе, братец! Удружил - мысленно выругался кронпринц. А вслух спросил.
- Как давно?
- Третий месяц.
- Скаку выдержишь?
- Постараюсь.
- Плохо будет, скажи сразу. Поняла?
- Да, Ваше Высочество.
    Эту гонку Клаас запомнил на всю жизнь. Больше всего хотелось, загоняя коней, лететь в сторону дома,  увозя с собой драгоценный подарок брату. Туда, где можно вдыхать полной грудью горько-соленый воздух Полночного моря. Туда, где этот подарок можно сберечь. Но именно забота о этом подарке и делала их сейчас наиболее уязвимыми, заставляя придерживать коней, превращая в медленные мишени. Но, хвала Творцу и старым фразским богам, в этот раз все обошлось.
    Через семь с половиной месяцев вся Фразия ликовала. Принцесса Марита, жена Его Высочества кронпринца, родила третьего ребенка. Девочку назвали Арианой.
    Посление годы были „неурожайными“ на принцесс, посылая в королевские дома континента одних мальчишек. Поэтому, как только было обьявлено о рождении малышки, Генрих, король Люнборга, прислал послов. Они прибыли с договором о союзничестве двух стран и о помолвке новорожденной принцессы с восьмилетним кронпринцем Эрихом, наследником Люнборга и окрестностей.
  
Барон и целитель
 
Еще одна зарисовка, не вошедшая в книгу "Мачехина дочка". Как мы помним, Кати - многолетняя камеристка Агаты - не смогла сопровождать свою госпожу и подругу в столицу. Помешали неожиданная беременность - следствие связи с военным магом-целителем -  и последовавшая за этим скорая свадьба. Ниже описан разговор двух рыцарей - барона Хендрика фон Роде и целителя - рыцаря Ульриха, который позволяет более полно понять мотивацию последнего. Зачем ему вообще нужна эта свадьба и почему маг-целитель отказался от места в столичном гарнизоне.