Где моя башня, барон?! Том 3 (СИ)

Добравшись до середины плаца, он порылся в кармане и выудил странный прибор, напоминающий карманные часы. В центре прибора имелся отсек, куда Юсупов поместил три зелёные жемчужины, после этого до щелчка повернул крышку. Яркое свечение разлилось по плацу. А затем собралось в большое пятно, выплёскивающее молнии. Через несколько секунд пятно уплотнилось, молнии втянулись в него, и перед нами открылся широкий портал.
  
— Прошу, господа. Не задерживайтесь. Вас уже ждут. Да, добро пожаловать. Сражайтесь как настоящие львы! — подбадривал Юсупов, но сам в портал лезть не спешил.
— А вы не пойдёте с нами? — поинтересовался Гвоздев.
— Егор Никитович Гвоздев, увы, у меня ещё есть дела. Да и папенька не любит, когда его детки лишний раз рискуют своими жизнями. Для этого есть вы, — заискивающая улыбка Юсупова исчезла, а ей на смену пришла расчётливая и даже надменная. — Чем быстрее вы закончите работу, тем быстрее получите выплату от моего отца.
Этот несуразный аристократишка жутко бесил. Не только меня, но и всех окружающих. Идиотская манера речи, жесты, поведение, всё это оказалось фальшью. Непонятно только одно, на кой-чёрт он придуривался убогим? Хотел, чтобы мы поторопились? Нам хватило одной его фразы «Егор Никитович Гвоздев», чтобы желать оказаться от него как можно дальше.
— Что ж. Тогда передавайте привет отцу, — кивнул Гвоздев и, растолкав охотников, вошёл в портал. Кажется, ему больше остальных хотелось избавиться от этого придурка.
Мы последовали за Никитичем и вывалились у чёрта на куличках. Впереди возвышалась башня, у подножия которой лежали разрушенные дома, а слева — табличка «Добро пожаловать в село Кептин!».
Вот к вам и пожаловало ДОБРО. И уничтожило практически все постройки.
Небо утопало в алых лучах заката, предвещая отличную битву. В сотне метрах от башни виднелось большое озеро, от которого тянулся ручей. Слева и справа густой лес с буреломами. Вдали я заметил единственную дорогу, ведущую в село. Хотя от него уже ничего и не осталось.
Вокруг башни возвели частокол, за которым скрылись гвардейцы Юсупова. На удивление они выглядели… хм-м-м… нормальными. Руки, ноги, голова и никакой придури. Только внимательный блеск в глазах и оружие в руках. С ними определённо можно иметь дело.
Заметив нас, гвардейцы замахали руками, а один из них даже забрался на частокол и заорал:
— Быстрее за стену!
— Мы опаздываем на чаепитие? — спросил я и тут же получил тычок в спину от Васяна.
— Топай. Умник, — пробурчал он. — Не смешно.
— Только после вас, — усмехнулся я, пропустив Васяна вперёд. Как только он сделал пару шагов, я влепил ему смачный пинок и, захохотав, отбежал от него, поближе к частоколу.
— Ах ты сучонок! — обиженно прорычал Васян и схлопотал затрещину от Шишакова.
— Хватит собачиться, — осадил его Шиша.
— А я то чё? Это он нач… — Васян хотел ещё что-то сказать, но под суровым взглядом Гвоздева сломался и захлопнул варежку.
Когда мы подошли к воротам, я заметил, что все доски были в глубоких царапинах. А ещё на земле валялись клочья серой шерсти. Посмотрев вверх, в сторону кольев, я заметил, что на многих из них имеются кровоподтёки. И это настораживало.
Ворота со скрипом распахнулись, и нас впустили внутрь. Коренастый мужчина с седой бородой и шрамом на щеке вышел нас поприветствовать.
— Борис Акимов, капитан гвардии Юсуповых, — сурово сказал он, отдав честь, и хмыкнул. — А вы не торопились.
— Вообще-то мы выдвинулись в тот же день, когда поступил заказ, — парировал Гвоздев, пожав руку капитана.
— Ну, понятно, — хмыкнул капитан. — Значит, старшенький сын, как всегда, вставляет палки в колёса. Пытается доказать, что охотники бесполезны и гвардейцы лучше справятся. Вот и дал нам целых две недели побарахтаться в этом аду.
— Сражаться с людьми — это достойный навык, но он очень сильно отличается от сражения с монстрами, — согласился Гвоздев. — Введите нас в курс дела. Большие ли у вас потери? Действительно ли оборотень один?
— Один? Ха-ха-ха! — засмеялся капитан. — Вы будете чертовски удивлены, когда наступит ночь. А насчёт потерь… — он хмуро кивнул вправо. Там красовалось кладбище из тридцати надгробий, на скорую руку сколоченных из дерева, — Это все, кого мы успели убить. Те, кто обратился, сегодня ночью заглянут на огонёк.
— И много обратившихся? — спросил Гвоздев.
— Дохрена, — напряжённо произнёс капитан. — Понимаю, что вас обманули, но мой господин князь Юсупов не имеет никакого отношения к гхм… шалостям своего сына. Князь Юсупов достойный человек, именно поэтому мы здесь и готовы умереть во благо его рода.
— Надеюсь, как честный человек, он выпишет нам премию за выполненный объём работ, — печально вздохнул Гвоздев.
— Об этом можете не переживать, — успокоил его капитан, и всех нас в том числе. — Я лично буду ходатайствовать о том, чтобы вам выдали причитающееся и немного сверху, но только в случае успеха. Если задание провалится, то сами ведь знаете… деньги покойникам уже не потребуются.
— Вы правы, — усмехнулся Гвоздев. — Как я понимаю, в оцеплении только гвардейцы?
— Не совсем так. Есть пара торговцев, переносной лазарет, пара ремесленников и шут, — капитан указал на расположение перечисленных и добавил: — Князь Юсупов нанял группу дворян для зачистки башни. Сегодня они вошли внутрь. Пока никто не вернулся. Наша задача если не убить всех чудовищ, то хотя бы продержаться до их возвращения.
— Не переживайте. Продержимся, — пообещал Гвоздев, а после того как попрощался с капитаном, повёл нас на стены.
Частокол был сколочен на славу. Четырёхметровые толстенные заострённые брёвна, сверху платформа, на которой разместились стрелки и копейщики. По всему периметру частокола расставлены прожекторы, направленные в сторону леса. А у подножия частокола расстелились ковром сотни, если не тысячи, отстрелянных гильз.
Заметив мой интерес, один из стрелков крикнул сверху:
— Пули хреново работают! Нужно попасть серебром прямо в глаз! А ты сам понимаешь, сколько оно сто́ит! Да и нет такого благодетеля, чтоб выдал нам бесконечный серебряный боезапас.
— Выходит, стреляете обычным свинцом? — спросил я.
— Хэ. А ты смекалистый, — стрелок натянул улыбку на бледное лицо. — Сначала свинчаткой заливаем тварей. И если удаётся попасть в сустав и замедлить оборотня, то переключаемся на серебро и целимся обязательно в глаз. У этих мразей чертовски прочный череп, хрен пробьёшь. Вот и остаётся стрелять по глазам. Меня, кстати, Даня зовут.
— Я Владимир, — сообщил я ему. — И много оборотней убили за две недели?
— Ха-ха! Прилично! — расхохотался он и показал пальцем вглубь лагеря, где на колья были насажены четырнадцать человеческих голов. — Эт они обратиться уже успели, а так были страшны как моя жизнь.
— Печально. Убили четырнадцать, а потеряли тридцать человек, — задумчиво сказал я.
— С хрена ли? Тридцать эт покойничков, а ещё два десятка бойцов в лес уволокли. Ну ты сам увидишь. Они скоро домой попросятся, — хмыкнул Даня, как будто отмочил забавную шутку.
— Слушай, а почему они не разбредутся по округе? — поинтересовался я — Какой смысл бездумно нападать на стены?
— Да кто ж знает? Эт я у тебя должен спрашивать. Ты ж охотник как-никак, — ответил Даня и почесал бороду. — Я думаю, что их что-то манит. Может, башня? Как будто волчары пытаются что-то защитить.
— Защитить башни от людей? Не типичное поведение для чудовищ, — заметил я.
— Есть такое дело. Во! Смотри! — выпалил стрелок, тыча пальцем в сторону леса. — Видишь, желтые огоньки загорелись?
  
По лестнице я поднялся на платформу и увидел жёлтые пары глаз. Они смотрели на нас из гущи леса. Тени беззвучно скользили через бурелом, обещая защитникам башни весёлую ночь.
— А чего их так много? — задал я очередной вопрос, насчитав больше шестидесяти пар глаз. И это ведь только то, что я успел увидеть.
— Так ведь там же не только оборотни. Вожак взял под контроль пару стай волков, плюс псины приблудные. Шавок-то мы отстреливаем, а вот с оборотнями уже сложнее. Не наш профиль. Сам понимаешь, — Даня достал портсигар и протянул мне: — Закуришь?