Герцог (не) моей мечты (СИ)

– Пошли, Дилан,– окликнула она своего помощника, который ехал верхом  за экипажами. И я не мог не заметить, что он ехал на скакуне Элизабет.
Парнишка тут же спешился, и  последовал за ней, бросив на меня быстрый взгляд.
Ну, и парочка…
Держалась моя заноза с величием оскорбленный королевы, но мне почему-то казалось, что разозлилась она на то, что не успела узнать все до конца.
– Ох, и намучаетесь вы с ней, Капитан,– хохотнул Чарльз, стоящий с другой стороны.
– Я знаю, Чарльз… Я знаю.
Глава 29. У него - опыт, у меня - гены...
Элизабет
Пока я с гордо поднятой головой  вышагивала  к придорожной гостинице, я каждой клеточкой ощущала  прожигающий мою спину взгляд Джеймса. 
Супруг. Муж. Мое проклятье и  шило в заднице.
Господи, за кого я вышла замуж?! Куда влезла?!
Преступник со стажем, вор, каторжник и  пират, который, судя по тону и улыбкам, с которыми он рассказывал мне эту историю, очень гордится своей жизнью! Говорят, что дочери невольно выбирают себе мужей похожих на своих отцов?
Правду говорят, черт возьми! Но вот проблема в том, что я-то такого мужа не выбирала! Я за герцога замуж выходила. Ну, ладно, за загадочного герцога с темным пиратским прошлым. Ещё за тирана и деспота, который просто ищет убийцу брата.
А оказалась замужем за преступником со стажем!
Да у него опыта больше, чем у моего родного отца!
Я старалась вспомнить все  факты о каторге на землях Ван-Димена, которые в моем веке уже были  переименованы в Тасманию. Но, черт возьми! Одно дело читать о истории Тасмании, путешествовать, смотреть исторические фильмы, а другое дело вести беседы с человеком, который прочувствовал все на своей собственной шкуре...
Перед моими глазами возникали картинки нашего путешествия по Австралии с тетей Энн, которые мы устроили три года назад. Я вспоминала заповедники и парки Тасмании, и ужасы, о которых нам рассказывал гид.
Начало девятнадцатого века... Эта земля превратилась в сплошную каторжную колонию, куда привозили заключённых. Суровый и мрачный климат,  холодные ветра... Горы, реки, скалы и непроходимые чащи, где находились самые страшные тюрьмы во всей Британии... Гид постоянно рассказывал нам об адских условиях, в которых содержались заключенные, и не забыл упомянуть и о людоедстве... И совсем немногие выживали там, оставаясь навсегда в сырой земле. Господи, как Джеймс смог сохранить свою жизнь? Как  смог оттуда сбежать? 
– Леди Элизабет, все в порядке?– с тревогой в голосе поинтересовался Дилан.
– Нет,– на выдохе прошептала я, остановившись у деревянной двери маленькой придорожной гостиницы.– Не все в порядке.  Просто я – полная дура, которая не умеет вести переговоры и выяснять нужную информацию заранее.
– Вы о чем?
– О том, что влипли мы с тобой, Дилан,– повернувшись назад, я взглянула на смеющихся Джеймса и Чарльза, задержавшихся  у экипажа.– Ладно, я влипла. Ты тут не при чем. 
По тому, как занервничал мой сообщник, стало понятно, что слово «неприятности» – это его самый большой страх.
– Все настолько плохо?– Дилан тоже взглянул на герцога.
– Все зависит от того насколько мы с тобой сработаемся. И сможем ли переиграть эту парочку,– сощурив глаза, я продолжала смотреть на высокую фигуру своего супруга.– А перехитрить этих двоих будет очень сложно.
Ещё бы… Попаданка и конюх-трусишка против двух матерых преступников.
Надеюсь, мой супруг не станет следить за украшениями,  которые он мне подарит. Но с ним надо быть начеку… С таким послужным списком, как у него, хитрость уже в его крови.
Ну, ничего… У него – опыт, у меня – гены. 
Я уж себя в обиду не дам.
– Джеймс,– с милой улыбкой окликнула своего драгоценного супруга.– Вы хотите, чтобы ваша супруга умерла с голоду?
Если на его лице и промелькнуло удивление, то он постарался тут же его скрыть. Обворожительно улыбаясь, он тут же направился в мою сторону.
– Ни в коем случае, Элизабет,– произнес Джеймс, – вы нужны мне живой.
Меня так и подмывало  добавить это злосчастное «пока». Пока живой. Но я продолжила играть роль милой супруги, так же как и Джеймс выполнял роль заботливого мужа.
 
Два актера – не иначе.
Только Дилан и Чарльз  были единственными зрителями  этого спектакля под названием «счастливые молодожены». Но скоро это выступление мы должны  показать всему высшему  обществу.
И для начала, не мешало бы узнать до конца информацию. Так что же случилось с Дорианом? И кто его убил?
Дикий голод напрочь затмил мое любопытство. Я, как говорят моряки, набивала трюм так, словно меня кормят в последний раз. Да и что уж тут говорить… С таким мужем никогда не знаешь, когда поешь в следующий раз. И поешь ли вообще...
Джеймс, в отличие от меня, ел не спеша, и  был непривычно молчалив и задумчив. Казалось, он совсем не обращал внимания на свою прожорливую жену, словно был не здесь… Не в этой реальности...  А погрузился в прошлое, о котором рассказывал мне совсем недавно.
Я не стала засыпать его вопросами, позволив побыть ему в уединении… Возможно, мои выводы о том, что ему нравилась такая жизнь были поспешны? Или он грустит о брате?
Быстро расправившись с обедом, я  поспешила в комнату, где уже ждала меня Агнес, чтобы помочь переодеться, как она сказала, в дорожное платье…
Я понятия не имела, как выглядит дорожное платье, но находиться в таком белье с Джеймсом наедине –  больше была не намерена. Итак, вся изнервничалась по этому поводу...
 Мне ему  ещё этих три проклятых поцелуя отдавать… Три! Черт возьми! И как я на это согласилась?
Но, я бы солгала, если бы убеждала себя, что мне не нравятся его поцелуи… И то, как реагировало мое тело на прикосновения его губ, меня безумно пугало. А в такой одежде, пугало вдвойне... 
Именно поэтому  я, не слушая недовольных стонов Агнес, выбрала платье с пышной юбкой, и схватила припрятанные бриджи от костюма Элиота.
Старые, поношенные, но крепкие. А главное – без прорези между ног. 
– Но, леди Элизабет, это бальное платье!– попыталась возразить Агнес, увидев наряд, который я выбрала.
– И что? Какая разница? Пусть все думают, что я еду на бал… 
Агнес замолчала, не посмев возразить, и принялась помогать мне избавляться от свадебного платья.
Я угрюмо рассматривала себя в зеркале.
Ага… На бал. Золушка из будущего… Вместо хрустальной туфельки и принца мне достались сапоги Элиота и пират. И нет в мире феи, которая могла бы настучать по тыкве этому пирату, чтобы он хоть ненадолго стал принцем. Ох, уж эти сказки… Вот так, нас, женщин,  с детства и обманывают.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Через пять минут Агнес ошарашенно наблюдала, как я натягиваю мужские штаны, пряча их под пышной юбкой.
– Вот теперь порядок,– самодовольно улыбнулась, покрутившись перед зеркалом.– Кажется такая мелочь, а сразу спокойнее стало как-то…
И, оставив в комнате, удивленную горничную, поспешила вниз.
Джеймс уже ожидал меня в экипаже, о чем мне тут же сообщил, поджидающий меня внизу Дилан.
Уже? Мы так быстро уезжаем? 
Мое тело ужасно болело после этой двухчасовой тряски, а до Лондона нам с такой скоростью ещё ехать и ехать... А я еще совсем не отдохнула. Куда он так спешит?
– Спасибо, Дилан,– вздохнула обреченно и поплелась к экипажу...
Наверное, правду говорят о том, что когда мужчина поест– он тут же добреет… Потому мой супруг был в отличном расположении духа.
Как хамелеон. Настроение меняется пятьсот раз в день. Он то злится, то дразнит, то грустит, то смеётся. 
Одарив меня своей очаровательной улыбкой, Джеймс помог мне забраться в экипаж, и мы отправились в путь.
Я долго изучала глазами своего супруга, собираясь с силами, чтобы продолжить свой маленький допрос.