Я вернулась, чтобы сжечь его дом (СИ)

— Я отправлю туда Тан У вместе с одним из охранников, но ему понадобится кто-то, кто знает все наши лавки. И еще кто-то, кому мы доверим деньги и печать для контракта.
— Пусть пойдет Хао Ань.
Мамина личная служанка. Да, ей можно доверять. Но это натолкнуло меня еще на одну мысль. Я немного пораздумывала над ней, пока Лили расставляла посуду и подавала блюда.
— До приезда отца нам стоит закрыть поместье! — сказала я, ухватив паровую булочку. Вчера я не поужинала и к этому времени сильно проголодалась. — Некоторые слуги могут быть подкуплены врагом, поэтому на ближайшие две-три недели нужно отменить дни отдыха для всех.
  
Мама замерла с чашкой чая в руках:
— Но как же тогда закупать свежую рыбу и овощи? И слуги будут недовольны.
— У нас полные кладовые и погреба. К тому же торговцы сами привозят к нам товар. Только теперь при покупке всегда будет присутствовать кто-то из доверенных слуг: Хао Ан, Ши Хэ, наша стряпуха… Те, в ком мы уверены. Чем меньше знают о нас снаружи, тем лучше.
— Ты права, Лань-Лань. Если те люди узнают о письмах, они постараются навредить еще больше.
— И еще… — я немного замялась. — На наемников нужны будут деньги. Не знаю, сколько они стоят, поэтому прошу выдать тысячу лян.
Мы с мамой пили чай, обсуждая, о чем стоит рассказать старшим братьям, а что лучше утаить.
Но, несмотря на показную уверенность, я понимала, что все задуманные меры — это больше задел на будущее. Проблемы в лавках уже сейчас, а мы даже не знаем, какие именно. Без управляющих Хо и Чжоу известия до нас попросту не доходят. Может, ночью сгорела красильная мастерская? Или Цзянху устроили погром на винокурне? Мы отстаем от врагов. Они могут напасть на любое заведение в любой момент, нам же приходится распылять свои силы, чтобы защитить каждое из них.
Но я не стала давить на маму прямо сейчас. Пусть сначала она отправит письма, потом съездит в Столичное управление…
— Госпожа! Госпожа Ли! — к нам подбежала запыхавшаяся Хао Ань.
— Что случилось?
— К госпоже Ли пришел гость и попросил передать визитную карточку!
Она протянула полоску белоснежной дорогой бумаги, и я с другого конца стола разглядела на ней хорошо знакомые иероглифы. К нам пожаловал Сюэ Сюэ!
 Глава 31 
Мама аккуратно поставила чашку на место, взяла визитную карточку, покрутила ее в руках и сказала:
— Я могу отказать ему в приеме. Сейчас моего мужа нет в поместье, как и сыновей, поэтому отказ не будет воспринят как оскорбление.
Кажется, мама на самом деле пришла в себя. Она не спросила, отказать Сюэ или нет, а лишь сообщила о том, что это возможно. В прежние времена женщинам запрещалось принимать гостей мужского пола, если муж или взрослые сыновья отсутствовали. Сейчас правила смягчились, но никто не осудит семью Ли, если мы воспользуемся этим предлогом.
Вот только стоит ли так поступать? Я не хотела видеть его в своем доме, не хотела ни говорить с ним, ни слушать его речи. Но Сюэ Сюэ никогда не делал ничего необдуманно. Если он пришел к нам, значит, хочет что-то сказать. И он обязательно донесет до нас свою мысль, вопрос лишь в том, как именно он это сделает. Была у него одна черта — неуемное стремление к совершенству. Одежда должна быть идеальной, манеры — идеальными, жена — идеальной. Если он что-то замыслил, то постарается довести дело до конца.
Сейчас он пришел к семье Ли, сознательно ставя себя в уязвимое положение: на нашей земле, в окружении нашей охраны, давая нам время подготовиться. Если отказать, Сюэ все равно подстроит встречу, но она будет проходить уже на его условиях.
— Думаю, нам стоит его принять, — сказала я, передавая маме право решения.
— Я тоже так думаю. Юный Сюэ — слишком редкий гость в поместье Ли, чтобы отказаться от удовольствия видеть его. Хао Ань, подготовь торжественный зал для приемов.
Личная служанка мамы поклонилась и поспешила выполнить распоряжение.
Я подняла чашку к губам, чтобы скрыть улыбку из-за маминых слов. «Редкий гость»? Сюэ Сюэ еще ни разу не был в нашем поместье, прежде он приходил, только чтобы передать мне подарки. И торжественный зал — кажется, мама не на шутку разозлилась.
Спокойно допив чай и утолив голод, мы с мамой пошли к центральным воротам поместья. Торжественный приемный зал располагался неподалеку от них, отделенный всего лишь первым двором и церемониальными воротами. В детстве меня пугало это здание — слишком уж страшным оно казалось. Изогнутая крыша, покрытая зеленой черепицей, напоминала спину дракона, ряды толстых алых колонн — его лапы, а раздвижные решетчатые двери — чешую. Торжественный зал почти всегда был закрыт, и я постоянно выдумывала, что может быть внутри: сундуки с серебром и драгоценными камнями, клетки, где сидят провинившиеся слуги, а может, там и вовсе затаился тот самый дракон и ждет, пока я загляну.
Охранники в полной амуниции уже выстроились перед зданием, слуги при нашем приближении открыли двери, я увидела в глубине зала три массивных стула, покрытых алым шелком, и снова хихикнула. Неужели мама собирается весь прием указывать Сюэ Сюэ на его невежество?
Из курильниц уже поднимался дымок от благовоний, на вазах, лаковых панно и лампах — ни пылинки. Мы с мамой опустились на боковые стулья, оставив центральный пустым, Бай-Бай села на подушку у маминых ног, Ми-Ми запрыгнула на нефритовый столик с резными ножками. После этого Хао Ань отправилась встречать Сюэ Сюэ. Согласно обычаю, гостя такого уровня должен был встречать кто-то из членов семьи Ли, но в этикете было столько дополнений и уточнений, что каждый мог выбрать любой вариант и объяснить, почему он сделал именно так.
Двери разъехались в стороны, и перед нами предстал Сюэ Сюэ. Сегодня он больше походил на молодого чиновника, который недавно сдал экзамены. Из-под темно-красного шелкового халата строгого края выглядывал белоснежный ворот нижней рубахи, длинные волосы полностью спрятались под черной шапкой-футоу с двумя крыльями по бокам, пояс подчеркнуто прост — с бляхой из недорогого нефрита, соответствующей невысокому рангу. Словно он пришел к нам не как сын друга семьи и не как сын левого министра, а как помощник цензора, коим он и был.
Сюэ пришел не один — с ним были охранник, слуга и пожилой господин ученого вида, род занятий которого я определить не смогла. Войдя в торжественный зал, Сюэ Сюэ поклонился:
— Этот недостойный приветствует госпожу Ли и юную госпожу Ли и нижайше просит прощения за столь внезапное и неуместное вторжение, когда почтенный господин Ли находится в отъезде.
Было бы удивительно, если бы Сюэ Сюэ не понял все наши намеки.
— Какое же неотложное дело привело сына господина левого министра в поместье моего мужа? — спросила мама, указывая на то, что такого дела просто не может быть.
— Вчера до слуха этого недостойного донеслись тревожные вести о несчастьях, постигших семью Ли. Признаюсь, мое сердце рвалось приехать в этот дом еще вчера, и лишь суровая речь отца о неподходящем времени для визита остановила меня. Но сегодня я не смог удержаться и примчался сюда. Прошу меня простить за столь неподобающий вид для визита! — Сюэ сложил руки и выставил их перед собой в поклоне.
— Мне и моей дочери было любопытно послушать о терзаниях молодого господина Сюэ, но я так и не услышала, какое дело привело его в наш дом.
  
Он выпрямился:
— Этот недостойный осознает, что нынешний визит переступает через грань должного, и нижайше умоляет госпожу Ли взглянуть на этот проступок со снисхождением. Прошлые события — и мимолетная удача быть знакомым с юной госпожой Ли, и та прискорбная ошибка, что омрачила имя и репутацию нашего скромного рода — не позволяют мне отречься от доли ответственности. Этот недостойный никогда не считал себя чужим семье Ли. Ваш благородный супруг, как родной дядя, наставлял меня с детства, его мудрые слова стали для меня драгоценными уроками. Как же могу я, получивший столько милости, сидеть сложа руки, когда в дом наставника постучалась беда? Именно поэтому, презрев все условности, я осмелился прийти в поместье семьи Ли.