Хозяин Пустоши. Книга 1 (СИ)

— Понятно. Отдыхайте. Я скоро вернусь. Игломета еще разделать надо, — сказал я и вернулся к Лене. Конечно, по пути продолжал лечить, кого мог, пока магия не закончилась.
Лена занималась тем же. Мы встретились и я пересказал разговор с Евгением.
— Как думаешь, пусть идут дальше или предложим присоединиться к нам? — спросил я.
— Так деревня…
— Пока устроим лагерь у берлоги, а потом отвоюем деревню. Я не сомневаюсь в ребятах.
  
— Если город еще не смел ее, — проворчала она. — Я использовала последний эликсир лечения.
— Добудем еще, — улыбнулся я перемене темы. — Благо, знаем место.
— Вдвоем? С зелеными камнями? — удивилась Лена.
— Во-первых, они могут помочь. А во-вторых, разгоримся до сапфиров и будет проще, — с улыбкой ответил я. — Тебе же нужна химера? И мне нужна химера. А вот и она.
Я указал на тушу игломета. Лена кивнула, но с сомнением.
— Опасно, — промямлила она. — Ты не так давно получил изумруд. И не знаешь своего потенциала.
— Насколько я понял, никто не знает. Я намерен выяснить свой, — решительно сказал я.
— Вообще, всех проверяют при рождении, но не всем родители говорят потом, чтобы не обнадеживать или не расстраивать.
— И что же напророчили тебе? — хитро улыбнулся я.
— Тигровый глаз точно, а возможно и оникс, — ответила Лена. — Но это уже опаснее.
— Я готов рискнуть.
Она хотела что-то сказать, но осеклась при взгляде мне в глаза. Не знаю, что она увидела, но просто кивнула.
— Идем разделывать его, — только и сказала Лена.
Извлечение реагентов из монстров и обычно-то грязное дело, а тут все осложнилось тем, что железа у игломета находилась в очень неудобном месте, прямо под желудком. Так что извозился я знатно. Хорошо, что рубашку снял и не пришлось стираться потом. Народ наблюдал за этим словно за представлением в театре. А пока я занимался железой, Лена осторожно срезала иглы с подкожными мешочками — именно благодаря им монстр и стрелял иглами.
Потом мы рассказали людям о деревне и о нашей затее в целом. Честно сказали, что сейчас в деревне не все гладко и предложили остаться у берлоги. Все равно после недельного бегства от игломета им нужен продолжительный отдых. Они согласились.
К вечеру мы вернулись в берлогу. По дороге охотились. Весь следующий день помогали людям обустраиваться. А потом еще день ушел на приготовление эликсира для раскочегаривания моего ядра магии. И не только моего — после обеда Лена поставила свою треногу рядом и тоже занялась алхимией. Варили мы не на воде, а на компоте. Все же более сильный реагент, чем те, с какими работали прежде.
— Передумала? — мягко улыбнулся я и подкинул кусочек корня дуба в варево.
— Решила, что все же не трусиха, — проворчала она. — Если кому-то не повезло, это не значит, что не повезет и мне. Я сильнее.
— Люблю тебя, — вырвалось у меня.
Лена едва не опрокинула плошку. Посмотрела на меня. Опустила глаза.
— И я тебя, — еле слышно сказала она. — Только очень хотелось бы побыть хоть немного вдвоем. А у нас то волк, то толпа бродяг.
Я рассмеялся и поцеловал ее. Она ответила, но потом оттолкнула.
— Смотри за эликсиром лучше, — пробормотала Лена, но ее глаза счастливо блестели, а щеки разрумянились.
Самое смешное, что у нее получилось сделать нужный эликсир на пять попыток быстрее, чем у меня.
— Пей, — подбодрил я ее.
— Тебя дождусь.
— Нет. Технику безопасности еще никто не отменял. Если что-то пойдет не так у одного, второй поможет, а если мы оба сделаем что-то не так?
Этот аргумент сработал. Я вылил очередную неудачную порцию и вышел за ней из нового лагеря в лес.
— Все повторяется. Год назад мы сидели в похожем лагере со Степановыми, — заметила Лена.
— Да, только теперь народа куда больше. Пришли. Пей.
Я привел ее на полянку, где мы тренировали Игниса. Он тоже пришел с нами, сел рядом и от любопытства склонил голову на бок.
Лена выпила. Постояла немного. Икнула. А потом в ее руках появились черные плети с шипами.
— Выпускай! — крикнул я, когда понял, что она растерялась.
Она охнула, вытянула руки в разные стороны, чтобы не задеть меня и волчонка, и выпустила магию — как учили, сразу весь заряд. Деревья оплели лианы и содрали кору. А Лена покачнулась и упала бы, если бы я не подхватил.
— Потрясающе, — выдохнула она и потеряла сознание.
Я лишь покачал головой. Игнис подошел, обнюхал ее и неодобрительно фыркнул. Теперь оставалось дождаться пробуждения моей спящей красавицы.
Обморок продолжался недолго, всего минут десять. И первым делом она посмотрела на камень у себя на руке. Теперь он стал синим.
— Зря я боялась, — смущенно улыбнулась Лена.
Я не стал ничего говорить и просто поцеловал ее. Мы еще немного посидели, пока Лена окончательно не пришла в себя, а потом вернулись доваривать мой эликсир.
И вечером все повторилось уже со мной. Только я использовал иглы и обошелся без обморока — я просто упал и пролежал на коленях любимой девушки почти час, пока не стало слишком темно и сыро от росы. Большую часть времени из этого я симулировал, чтобы побыть с ней вдвоем подольше.
А еще я думал о магии. Все же она какая-то неправильная. Да, люди тут ей пользуются уже три века. Но они не знают иной, а я да. Но сначала надо встать на ноги и разобраться с прямыми врагами, а потом можно и изучить, что не так с магией. Почему половина инструментария у людей, а вторая у монстров.
Еще два дня наши новые поселенцы приходили в себя после недели ужаса преследования. Они отмывались, стирали обноски, отъедались и отсыпались. И конечно мы знакомились — кто чем занимался в городе, кого за что изгнали. Евгений не наврал, среди оставшихся пятидесяти шести человек — увы, шестеро погибли во время схватки — были все от проворовавшихся бухгалтеров до профессиональных шулеров.
Конечно же, в отряде оказались и военные, целых двадцать два человека. Они учили остальных выживать, охотиться и защищаться. Четверо из них служили лично князю Великого Новгорода и входили в ряды охотников на монстров.
— За что же вас погнали? — спросил я.
— Мы с сынком его на охоту пошли, — со злой усмешкой поведал их командир. — Заносчивый был мальчишка и самоуверенный слишком. Вот самоуверенность его и подвела — тяпнул эликсир и пошел вперед. Да и попал под тяжелую лапу монтикоры. А князь нас обвинил, что не уберегли. А как нам беречь его, если он с магией и вперед попер? Еще и не лезть приказал, дескать, сам справится.
Я покивал и как раз их и взял на охоту за реагентами для лечебных эликсиров.
— Мы вперед переть не будем, нам пожить хочется, — посмеялась Лена.
Вшестером мы отправились в уже известную зону. Без сетей серебристых котов мы не искали — убивать их не хотелось. Но все же я высматривал их логова и на второй день поисков нашел. Под корнями упавшего дерева копошились три котенка. Мамы рядом не было. Но только я протянул к одному из них, как Лена меня остановила.
— Ты давно научился молоко вырабатывать? — с насмешкой спросила она при виде моего недоумения. — Они еще молоко сосут, ты его не выходишь.
Пришлось признать ее правоту и отложить расширение моего магического зверинца до лучших времен. Но теперь я точно знал, чем займусь, если или когда вернусь в деревню.
Но золотистую гадюку мы не нашли — ушли не в ту сторону и забрели в болото. А там нас сама нашла лягушка с поэтическим названием Дыхание болот.
Эта тварина выскочила перед нами из глубокой лужи на кочку и начала надувать горловой мешок. Размером мне чуть выше колена, пучеглазая, с зеленой шкурой, покрытой исцеляющей слизью. Одна беда — дышала она парализующим ядом.
  
Наши спутники бросились врассыпную. Я же хотел просто пристрелить ее, но Лена потянула меня прятаться. Игнис прыгнул в воду без команды.
— Ты ее не пробьешь, — прошипела она, когда мы лежали за кочкой и ждали, пока яд рассеется. — Пули ее не берут. Она считается классом выше игломета.