Пленница (СИ)

— Проходи на кресло, — говорит она. — Сейчас все сделаем.
Я скрываюсь за ширмой, впервые, наверное, так ясно ощущая благодарность к Виктору и слышу, как хлопает дверь, когда раздеваюсь.
Он ушел.
От этого становится разом легко и приятно. Даже предстоящий осмотр не вызывает привычного омерзения, когда я устраиваюсь на кресле.
Гинеколог подходит ко мне и надевает перчатки. Я думаю о том, что могла бы сейчас все рассказать доктору, попросить помощи.
Но именно в этот момент понимаю, что не буду делать так.
Виктор решил меня проверить. Но сейчас я заинтересована не в его благосклонности, не в подарках. Я понимаю, что этот человек желает мне добра, он меня защитит.
А уж что я буду давать ему взамен — только мое решение. Может, его нужно просто примирить с той трагедией, которую он так и не пережил? И тогда Виктору не понадобится молодая жена? Может, тогда он меня отпустит?
Я морщусь, когда врач приступает к процедурам, но все проходит довольно быстро.
Отпуская меня, она выписывает рецепт на противозачаточные.
— Это… — я холодными пальцами касаюсь бумаги.
— В вашем возрасте еще рано беременеть, — говорит она.
— Но разве…
— А вы семью планируете?
И тут открывается дверь. Я смотрю на Виктора и понимаю, что он ничего про деторождение не говорил. Может, именно потому, что представил меня всем вокруг своей племянницей.
Он садится рядом и по-свойски кладет мне руку на плечо.
— Ну что? — спрашивает Виктор у доктора в то время пока принтер распечатывает результаты анализов.
— Ваша племянница здорова, — радостно поясняет врач. — Очень хорошо, что те условия, о которых вы говорили, почти не сказались на ней.
Следом мы молча покидаем кабинет гинеколога.
— Судя по всему, — говорит Виктор, помогая мне надеть пальто, — ты так и не наделала глупостей.
Я поправляю перед зеркалом шарф, который он только что накинул мне на шею и раздумываю о том, не называется ли это все Стокгольмским синдромом.
Я мечтала хотя бы раз оказаться за пределами клетки. Вдохнуть воздух свободы. Но я от этого шанса отказалась. Потому что… благодарна?
Встряхиваю головой.
— Почему глупостей? — делаю шаг к выходу.
В чем-то он прав. Еще рано. Сначала мне нужно обзавестись надежными гарантиями, что, выбравшись из клетки, я не погибну и сумею спасти сестру.
— Ты же сам сказал, что рядом с тобой лучше.
Виктор подхватывает мой локоть.
— Да. А еще я сказал, что за каждый твой шаг навстречу я буду делать что-то приятное для тебя, — он открывает передо мной дверь машины. — Я очень рад, Анжелика, что мы решили вопрос со здоровьем и что ты меня послушалась, поэтому мы едем в ресторан.
Я вздергиваю голову.
— Ресто…
Виктор кивает и улыбается.
— Помнишь, я сказал, что ты сможешь выходить в город, если будешь вести себя разумно? — говорит он мне на ухо. — Лик, я убедился, что мы можем себе это позволить.
Он делает жест, предлагая мне залезть в салон.
— Я хочу нормальный ужин, не то, что вчера, — произносит Виктор, когда мы касаемся друг друга коленями.
И странное дело, я почему-то медлю, прежде чем отодвинуться.
— Обсудим вопрос про психолога? — выдыхаю в пространство.
— Он твой, как я и обещал, — Виктор кладет мне руку на плечи.
У меня странное чувство, будто если бы мой спутник сейчас захотел завести себе женщину, у него не было бы проблем.
Мне с трудом верится, что просто еще одна бесправная девочка из клуба могла что-то так сильно в нем поменять. Я для него что-то большее по какой-то причине, которой не понимаю.
— Тогда что мы будем обсуждать? — вырывается у меня.
  
Глава 30
 
— Свадьбу, — он кладет мне руку на колено, и я вздрагиваю.
Следом Виктор косится на меня.
— Господи, Лика, я пошутил. Ты же несовершеннолетняя, — и усмехается.
Врет ведь и не краснеет.
В город мы так и не заезжаем. Конечно же я снова недооценила Виктора. Мы в загородном ресторане, где удивительно пусто.
Виктор как-то очень по-хозяйски разговаривает с персоналом, когда мы заходим, и это первое, что бросается мне в глаза. Второе — маленький зал, в который нас провожают, совершенно безлюдный.
Виктор ведет себя как джентльмен — отодвигает мне стул.
В последний раз мужчина обращался со мной так очень давно.
— Ты специально выкупил это место? — говорю я, когда официант приносит меню и отходит на «безопасное» расстояние.
Виктор откидывается на спинку стула, закладывает руки за голову и усмехается.
Странное дело, сейчас я ощущаю себя с ним не как с человеком, который меня купил, а как с обыкновенным мужчиной.
Давным-давно забытое чувство обжигает. Я ведь почти забыла, как это, флиртовать. А мне сейчас, очевидно, придется взяться за это оружие. Но это больше не пугает.
— За кого ты меня принимаешь? — криво усмехается Виктор.
— За… — я черчу на идеально выглаженной скатерти узоры, а потом резко вскидываю голову. — Я не знаю, кто ты, а ты предложил мне принять чуть ли не самое важное решение в жизни.
Повисает пауза.
Он наклоняется вперед.
— Что именно хочешь узнать о моем прошлом?
Я чувствую, как к щекам приливает кровь. Не подумала бы, что вывести его на разговор будет так просто.
— А… сколько у меня вопросов?
И тут я понимаю, что облажалась. Надо было задавать их, а не…
Виктор улыбается.
— Скажем, первый ты озвучила, — он обводит помещение жестом. — Я это место купил.
Выдыхаю.
Нет, серьезно? Неужели я угадала или он просто смеется?
— У Макса, — говорит собеседник и я с трудом подавляю нервную дрожь. — Он владелец сети элитных ресторанов. И благодаря одной глупой ошибке едва не просрал их все.
Разве Виктор мог привести меня в то место, где меня увидели бы обычные люди? Он ведь утверждает, что мне опасно показываться где-либо без него. И если это так, хозяин по-прежнему будет возить меня только туда, где он все контролирует.
Смотрю на официанта.
А потом мне в голову закрадываются мысли о Максе. Я не хочу думать о нем, но воспоминания о клубе становятся все более и более назойливыми.
У Виктора с моим бывшим хозяином счеты. Какие?
Тем временем собеседник демонстрирует мне указательный и средний пальцы.
— Еще два.
— Ладно.
— В обмен расскажешь что-нибудь о себе. О вкусах. О детстве. Что-нибудь трогательное или забавное. Я подумал обо всем, что ты сказала. В доме действительно обстановка… пугающая. Тут лучше?
Киваю.
— Больше напоминает что-то нормальное?
— У тебя ведь не было проблем с девушками? — вырывается у меня до того, как я успеваю обдумать этот вопрос.
Черт! Надо было спросить другое!
Виктор смотрит мне в глаза и улыбается как сытой кот.
— Удивлен, что тебя это заинтересовало.
Потом он растирает ладонями лицо.
— Впрочем, неважно. Долгое время я не мог найти ту, которую мог бы не подозревать.
— Подозревать?
— Это третий вопрос?
Я даже привстаю.
— Нет!
Виктор улыбается.
— Тогда жду третьего.
Я сосредотачиваюсь, обдумывая то, как я могла бы уместить все те факты и нестыковки, что успела обнаружить во время нашей недолгой совместной жизни в одно единственное предложение.
Тем временем приносят еду и персонал снова удаляется.
Я сосредоточенно смотрю на скатерть. Макс.
Виктор же наслаждается блюдом так, словно ничего не происходит. А я вспоминаю о том, что он выкупил меня у врага. Зачем?
Только как правильно спросить об этом?
— Что за женщину увел у тебя Макс?
Виктор поднимает голову. Лицо его вмиг темнеет, и я понимаю, что попала…
Он растягивает галстук.
— Лика…
Смотрю ему в глаза.
— Ты хочешь, чтобы мы были вместе?
Виктор крепко сжимает вилку. Мне кажется, я перехожу черту. Точнее, давно уже перешла ее. Но мне важно понять, что я для него такое: игрушка или… Или кто?