"Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
А Велько всё летел над зимними лесами под дивную песню, купаясь в созвучиях, как в лучах рассветного солнца…
Летучий камень
Глава 1. Новая крепость
Над лесом разносился стук топоров. Эхо ударов раскатывалось по воде, отражалось от скалистых берегов. Громкие окрики, ругань и хохот, треск падающих деревьев…Никогда прежде тихий Кукушкин остров не слышал такого шума. Птицы смолкли, лоси ушли подальше в лес, кажется, даже рыба в реке затаилась.
Красивый, поросший ольховником мыс на слиянии двух рек было не узнать. Деревья срублены, земля разрыта. Вездесущие серые валуны, разбросанные по северным лесам великими потопами древности, сложены в огромные кучи. Десятки крепких карельских парней машут заступами, месят грязь, вкапывая в землю обожженные, заостренные бревна частокола. Копают ров и сразу насыпают вал, чтобы никто не подобрался со стороны леса. Ну а с реки попробуй еще пристань с налёту – каменные луды выглядывают из воды, словно острые рыбьи плавники.
– Тын будет высотой полторы сажени, – рассказывал Нежата карельским старейшинам, не без гордости поглядывая, как один за другим поднимаются в небо бревна, как растет стена его будущей крепости. – Земля тут у вас каменистая, стало быть, вкапываем бревна прямо в вал. Потом еще камней подсыплю. Здесь, где два рукава реки сходятся, поставим дозорную башню…
Старейшины слушали молча. Нежата говорил по-словенски, и не все его понимали. Стоявший радом с новгородцем Кевит время от времени переводил сородичам то, что считал нужным до них донести. Слова нужно было выбирать тщательно: не всех карелов радовало, что на землях рода Кукушки появится словенская крепость, запирающая речной путь в нурманские земли. Как бы теперь все прибыли с торгового пути по Узерве не потекли к новгородцам!
У Кевита было на этот счет свое мнение. Немолодой, с проседью в рыжеватых волосах и бороде карел глядел на Нежату спокойными как речная вода глазами. И не жалел для него похвал.
– Благо вашему вечу, что прислало к нам именно тебя, воевода, победитель Великого Хауги! Ты и твоя дружина избавили наши земли от чудовища, и теперь всякий карьяла тебе вовек благодарен!
Нежата невольно приосанился. Он не вникал в тонкости договора о защите и торговле, который заключили между собой именитые мужи Нового города и карельские старшины. Ему было поручено возвести здесь укрепление, и он с волнением и радостью схватился за важное поручение. Погоня за чудищем Хауги была славным приключением. Однако ставить крепость и управлять ею – совсем другое дело. «Был ты просто смелый воин – будешь князь…»
Нежата немного стыдился своей радости – и еще того, что вече выбрало его, а не Велько. Они ведь плечом к плечу сражались против огромной щуки. Кроме того, Нежата отлично знал, что в городе его брата считают более дельным и разумным. «Небось матушка замолвила за меня слово перед вечем, – думал он. – Она все время боится, как бы я за море с нурманами не сбежал и не сгинул в чужих краях… Что ж, скоро увидит, на что я способен. Сперва крепость поставлю… А там!» Нежата прекрасно понимал, что появление на мысу словенского острога – открытый вызов для нурманов, всегда ходивших по Узерве беспрепятственно. Значит, скоро их драккары здесь появятся. Молодой воевода почти мечтал об этом. Только успеть бы к тому времени возвести крепостную стену!
Руско, племянник Кевита, тоже думал о нурманах.
– Поскорее бы закончить, – озабоченно произнес он. – Если б еще новгородцы хоть немного помогали…
Кевит кинул на племянника быстрый взгляд, тот смущенно умолк. А Нежата, услышав его слова, помрачнел. На словах, карелы сами пригласили новгородцев на защиту. На деле же все было не так просто. Кевит, который горячо поддерживал каждое начинание Нежаты и уже незаметно стал его правой рукой, к сожалению, не был здесь вождем, и его слово не считалось законом. У карел вообще не было вождя, каждый род – сам по себе. С одной стороны, это и хорошо – потому что всякий народ силен единством. Но плохо, когда у каждого старика свое мнение. А дети с внуками за ним во весь голос повторяют. Да еще и в драку лезут! «За каким лешим мы должны строить новгородцам крепость на нашей же земле, пока они прохлаждаются? Договор – ладно, но им надо – пусть сами и строят!» А на слова Нежаты, что не воинам в земле копаться, карельские парни отвечают, что они, дескать, тоже могут стать ратниками, если припрет…
– А в подтверждение нашей вечной благодарности, славный воевода, – произнес Кевит, тонко чувствуя настроение новгородского защитника, – есть у нас одна девица, достойная твоего внимания…
Нежата сразу перестал хмуриться. Карел с улыбкой продолжал:
– Первая красавица в здешних местах. Зовут ее Ютси – Лебёдушка. Воистину, боги улыбнулись при ее рождении! Косы как лен, стан как березка, зубы как речной жемчуг! Быстрая да легкая, как плотвичка! Едва подросла, сразу стало ясно: не для рыбака какого-нибудь рождена. Такая красота достойна князю достаться…
– Вот и славно, – оживился Нежата. – Пусть ее приведут вечером ко мне. Поглядим, что там за плотвичка!
По лицу Кевита скользнула тень. Красотка Ютси была его родственницей, и он желал для нее высокой судьбы.
– Для защитника и спасителя нам ничего не жаль, – произнес он вслух. – Как оградят наш остров эти крепкие стены – так пусть убережет от несчастий крепкая дружба!
– Только этого и желаю, – кивнул Нежата. – Да хранит нас всех Батюшка-Гром!
Услышав грозное божье имя, Кевит склонил голову чуть набок. Крепость они уже осмотрели, и можно было переходить наконец к тому вопросу, с которым карел и пришел к Нежате.
– Батюшка-Гром… – повторил он задумчиво. – Знаю, вы, словене, почитаете его больше прочих богов. Однако не Громовик тут правит. В наших озерах да болотах – свои властители…
– Что такое? – насторожился Нежата. – Еще одно водяное чудище завелось?
Кевит повернулся к старейшинам, пересказывая им беседу. Те разволновались, загомонили, указывая в сторону реки.
– Не чудовище, скорее, наоборот… Есть тут поблизости кое-кто, о ком тебе следует знать.
– Это о ком же?
– Лучше мы тебе не расскажем, а покажем, – сказал Кевит. – Благоволи пройти с нами, воевода. Мы с Руско тебя проводим. Тут недалеко…
– Недосуг мне, – досадливо сказал Нежата.
– Поверь, такого ты в словенских землях не увидишь. Из ваших земель они давно уползли…
* * *– За рощей есть одна протока. За ней – хороший, пологий бережок, за ним – березовая роща, – рассказывал Кевит по пути. – Там живут лесные саами, целое племя…
– Саами? – удивленно повторил Нежата. – Я думал, они давным-давно на север из этих краев выселились в… Как вы те земли называете?
– Похъела туманная, – ответил Кевит, сложив пальцы от порчи.
Нежата кивнул. Он уже не раз слышал от карелов сказки и небылицы о темной стране, обиталище нечисти и чудовищ. Если в карельских землях заводилось что-то скверное и опасное, значит, явилось оно непременно из Похьёлы. Ну а жители тамошние, саами – или как их звали в словенских землях, лопари, – все поголовно считались колдунами. Иной раз полезными, но вообще-то лучше с ними дел не иметь…
– Ты прав, воевода – раньше здесь лопарей было полно. До самого Нево их селения стояли. Теперь почти все ушли. К сожалению, не все, – скривился карел. – Эти вот пиявками присосались. Рыбу нашу ловят, зверя бьют… А земля на их берегу хорошая, мы смотрели. Можно даже ячмень посеять. Тут ведь доброй земли почти нет, один камень, – пояснил он. – Если б там посеять ячмень, Кукушкину роду большое подспорье было бы. А лопарям эта земля зачем? Они не сеют, не пашут…
– Так пусть откочуют, – отозвался Нежата. – Рыбы мало в реках, что ли?
– Не из-за рыбы они здесь сидят.
– А из-за чего?
– Скоро сам увидишь…
Новгородцы и карелы обошли мыс, пересекли насквозь сырой лесок, и перед ними предстала мелкая протока, стиснутая скалистыми берегами. Темная вода шумела, плескала и пенилась, пробираясь через каменные завалы. Осыпь, что в древние времена сползла с воду с ближайшей горушки, почти перегородив русло, была невелика…за исключением одного валуна. Посреди реки из воды выглядывала скала, а на ней, на острой грани, стоял, а вернее, парил в воздухе осколок дикого камня величиной с большую избу. Держало его на опоре размером с ладонь не иначе как колдовство. Смотреть было жутковато, казалось, вот-вот рухнет в реку от малейшего дуновения, – но нет, глыба спокойно стояла, причём явно уже не первое столетие – даже сосна на верхушке выросла.