"Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Матушкин гостинец приготовил? – негромко спросил Нежата.
Велько отложил весло и вытащил из сумки сверток. В воздухе поплыл сладкий медовый аромат. Нойда бросил на сверток заинтересованный взгляд, но вопросов задавать не стал.
– А если ящер не примет дар, тогда что? – тихо спросил Велько. – Об этом подумал?
Нежата хотел ответить, но оглянулся и воскликнул:
– Впереди просвет!
  
Вскоре камыши расступились, и лодка вынырнула из травяной чащи на чистую воду. Близнецы одновременно вздохнули свободнее. Они и сами не осознавали, как давят на них эти зеленые стены. Нойда же, напротив, будто собрался, и незаметно переложил к себе поближе копьецо-сулицу.
Перед ним раскрылся окруженный тростником затон. Гладь воды была почти полностью закрыта цветущими белыми лилиями и их круглыми плавучими листьями. Лишь посередине оставалось гладкое черное окно. «Красота какая!» – успел подумать Велько. Потом тростники медленно раздвинулись, и в затон выплыла серая, замшелая, усеянная ракушками узкая скала.
Близнецы оторопели. Нежата застыл, стиснув рукоять меча. Оба живо вспомнили шеву, едва не погубившую карела. А в следующий миг плавучая скала распахнула плоские желтые глаза…
Нойда схватил со дна лодки сулицу, направил ее на неторопливо плывущее в их сторону диво и пропел угрожающую фразу на своем языке. Вполне отчетливо прозвучало лишь «шуур хауги!»
– Хауги? – воскликнул Нежата, очнувшись. – Мы нашли его! Велько, давай пряник!
Быстро вытащив из свертка гостинец, он поднял его в вытянутой руке.
– Здравствуй, отец! Прими нас, твоих законных сыновей! Велено нам передать тебе этот дар – священный брачный пряник! Твоя земная супруга сама испекла его для тебя взамен того, который разделила с тобой на берегах Волхова восемнадцать лет назад!
Нежата бросил пряник в воду. Тот булькнул и исчез в глубине. Вслед за ним, подняв волну, погрузилась и глазастая скала. Велько, вцепившись руками в борт лодки, все смотрел в воду и ждал.
– Ящер принял дар? – наконец прошептал он.
– Не знаю, – тоже шепотом ответил его брат.
Ответ пришел откуда не ждали – и уж точно совсем не такой, какой близнецы надеялись получить. Лодку потряс такой могучий удар, что она даже подскочила над водой. Каким-то чудом никто из нее не вылетел.
– Гребите, иначе нам конец! – заорал Нежата. – Велько, сзади!
Он едва успел ухватиться за мачту, и в тот же миг новый тяжелый удар в днище отбросил лодку в камыши. Там она и застряла. Велько уронил весло, и оно поплыло среди лилий.
– Ну все, приплыли! – горестно воскликнул Нежата.
– Ставьте парус! – раздался вдруг голос нойды.
– Ты умом тронулся? Не лезь не в свое дело! Какой парус, мы тут застряли намертво!
– Быстро ставьте, иначе будет поздно!
Близнецы обменялись взглядами, посмотрели на похъельца, и дружно принялись отвязывать парус. Опустить его заняло несколько мгновений.
Тем временем по воде опять побежала рябь. Среди лилий поднялась серая, облепленная ракушками спина, и чудище, разгоняясь, поплыло в их сторону.
– Готово! – крикнул Велько, закрепляя парус.
Нойда одним движением распустил узел на привязанной к поясу веревке. Братья увидели, как беззвучно шевелятся его губы. В следующий миг на лодку налетел вихрь, подхватил ее и поволок куда-то прямо по склонившимся до самой воды тростникам.
– Руль держите! – донеслось сквозь вой ветра.
Они прорвались через заросли, проламывая в тростнике настоящую просеку, и вскоре вылетели в чистую воду. Берега здесь расходились, образуя широкую спокойную протоку между двумя лесистыми островами. Туда-то и лодка и понеслась, увлекаемая колдовским ветром.
  
Глава 5. Вещие песни
 
Лодка пронеслась через озеро, как подхваченный бурей сухой лист. Братья не успевали ни думать, ни смотреть, куда их несет – лишь бы удержать руль, только бы не налететь на скалу или торчащую из воды корягу. Потом резкий, больно бьющий шквал столь же внезапно исчез, как и появился, превратившись в тот обычный холодноватый ветер, который назойливо дул в Черном островняке на открытых местах. Подгоняемая им лодка неспешно поплыла вдоль поросших лесом незнакомых берегов. Только тогда близнецы вновь обрели дар речи.
– Хвала Грому! – выпалил Нежата. – Еле ушли! Пожертвую жрецам рыжего быка, когда вернемся!
Велько перевел дух и обернулся к нойде.
– Спасибо тебе!
– За что?
– Но разве не ты вызвал ветер?
– Я, – не стал отпираться похъелец.
– Ты нас всех спас! – с чувством воскликнул Велько.
– А вы меня, – пожал плечами колдун. – Мы квиты.
Нежата, открывший было рот, чтобы тоже поблагодарить спасителя, поглядел на него и промолчал. Похъелец с безразличным видом сидел на своем месте, будто и не они только что чудом избежали смертельной опасности. И вместо благодарности Нежата ощутил только раздражение.
– Это ведь был он, ящер? – тем временем думал вслух Велько, мысли которого обратились в другую, куда более важную сторону. – Великий Хауги?
– Леший его знает, – сердито ответил Нежата. – Я и разглядеть его толком не успел, так быстро он бросился… Эй нойда, ты что скажешь?
– Если вы о водяном чудище – да, это был он, Хауги, – невозмутимо подтвердил похъелец. – Я вам еще на острове сказал, что его логово в ильменях.
Нежата уставился на него хмурым взглядом.
– Уж слишком ты много знаешь, да помалкиваешь! Что ветер вызвал – спасибо! Но еще чуть-чуть, и он бы нам не понадобился…
– Не ты ли велел мне сидеть тихо и не лезть? – напомнил нойда.
Старший близнец прикусил язык, краснея от гнева.
– Оставьте пустые ссоры, – вмешался Велько. – Брат, Великий Хауги не принял наш дар!
– Да! – подхватил Нежата, отворачиваясь от колдуна. – Даже не пожелал нас выслушать! Почему? Что мы сделали не так?!
Велько вздохнул.
– Я тут думаю – что, если это вовсе не тот, кого мы ищем? Помнишь, что матушка сказала? Если ящер примет дар…
Нежата выругался.
– Ну, если это какое-то здешнее чудовище, я попросту убью его! С большим удовольствием!
– Легко сказать… – Велько обернулся к нойде: – А ты что скажешь?
– Я ничего не знаю ни о вас, ни о ящере, которого вы ищете, – отвечал похъелец.
«И знать не желаю», – было написано на его лице.
– Но про Хауги ты что-то явно знаешь, ведь так? Это ведь твои родные места!
– Вовсе нет. Я родом со Змеева моря, это намного севернее.
– А сюда тебя как занесло? – неприязненно спросил Нежата. – Почему шатаешься по чужим землям, а не живешь со своим племенем, как все добрые люди? У тебя есть род, семья?
Нойда, и так-то бледный, побледнел еще сильнее и ничего ему не ответил.
– И что ты делал у Арнгрима? – не отставал Нежата. – Может, ты-то его сюда и заманил?
– Брат, перестань! – с досадой сказал Велько. – Ты ведешь себя непристойно. Похъелец вытащил нас, считай, из пасти этого Хауги, кем бы он ни был – а ты оскорбляешь его.
Он повернулся к колдуну:
– Прошу, друг, расскажи, что ты знаешь о Хауги!
Нойда помолчал, как будто думая, стоит ли вообще что-то говорить новгородцам.
– Великий Хауги – не просто какое-то «здешнее чудище», – наконец произнес он. – И заманили вас сюда вовсе не затем, чтобы отпустить обратно целыми и невредимыми.
– Заманили? – резко спросил Нежата. – Кто заманил?!
Вдруг он осекся и замолчал, краснея. Велько поглядел на него и вздохнул.
– А вот что скажи, чародей, – вновь спросил он нойду. – Тот вещий сон, что приснился Везунчику… Ты знаешь, он чем он был? Арнгрим говорил?
– Говорил. Ярлу приснилось, что на одном из здешних островов есть тайные врата, что ведут в подземелья древней чуди, полные сокровищ. Остров тот якобы построен из костей, охраняет его водяной дракон…
  
– Сокровища? – встрепенулся Нежата.
– Они существовали только во сне Везунчика, – хмыкнул Велько. – Теперь ясно, почему его сюда понесло! Победить дракона и захватить клад – какой же нурман упустит такую возможность! Кстати, брат, ведьма с Кукушкина острова ничего не говорила тебе о кладе?