"Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Его замшелые представления о королевском величии никак не могли помочь Винсу справиться с ситуацией. Король существовал в своём мирке, ограниченном владениями на Земле и несколькими станциями в космосе — но за этими границами огромный мир жил совсем по другим законам.
Если он будет следовать отцовским наставлениям — он проиграет. Если он не будет выполнять волю отца — он тоже проиграет. Намёк короля Родриго был более чем прозрачен — неудачного наследника заменят другим и будут рассчитывать, что новый принц преуспеет там, где прежний облажался.
  
Да, его воспитывали так, словно он единственный сын в семье, но уже несколько раз отец намекал, что ему есть кем заменить Винсента в случае его провала. Принц Гарсия испытал мимолётное сочувствие к своему возможному преемнику — и одновременно отстранённое злорадство по отношению к неудачнику, который попытается вернуть утраченные им позиции.
Приготовленный по всем правилам кулинарного искусства нежнейший тушёный лангуст буквально таял во рту. Портвейн был выше всяких похвал — один из лучших урожаев, собранных на немногих уцелевших виноградниках Земли, в меру крепкий, в меру сладкий, с богатым ароматом…
Но Винсент чувствовал только один вкус.
Горечь неминуемого поражения.
* * *
Звонок Микаэлы вырвал меня из сладких объятий сна. Мне снился лав-отель и наша ночь с Михой, и я не сразу смог отделить сон от реальности, когда в ухо мне ввинтился рыдающий голос:
— ¡Todo se ha ido! ¡Se comieron a Dominic!
— Что, прости? — не понял я. Мои успехи в испанском были пока достаточно скромными, чтобы спросонок разобраться, кто кого съел и при чём тут какой-то Доминик.
— Мой лангуст! — прорвалось сквозь рыдания. — Доминик! Его съели!
— Кто съел? — я всё ещё не понимал, что происходит.
— Винсент с отцом! ¡Esos malditos culos reales! Юлий, что мне делать⁈
— Так, — я сел на кровати. — Во-первых, попытайся успокоиться. Если его съели, то сделать уже ничего нельзя. Но можно отомстить.
— Vas a matarlo, ¿verdad? — с надеждой спросила моя кровожадная красавица. Даже рыдать перестала. — Убьёшь, да?
— Но есть не буду, — предупредил я её. — И тебе не дам. Дай мне пару минут, я сейчас выясню, почему твоего лангуста скормили королю.
Она послушно отключилась. А я набрал мистера Лю.
Администратор ответил мгновенно, словно ждал моего звонка. Хотя, может, и ждал.
— Добрый вечер, мистер Лю, — поздоровался я. — Вас беспокоит Юлий Марс, купивший у вас лангуста Доминика для мисс Микаэлы Марии Кармелы Пилар Адорасьон де лос Рамос де ла Кармона. Могу я узнать у вас, на каком основании вы нарушили наш договор и позволили королю Родриго съесть нашу собственность?
Мистер Лю не моргнув глазом выслушал мою отповедь.
— Простите за доставленное беспокойство, господин Юлий, — извинился он. — Видите ли, время было уже позднее, а его величество очень настаивал, так что мы предпочли не беспокоить вас и мисс Микаэлу, и решили проблему своими силами.
Голопроектор продемонстрировал мне небольшой аквариум с живым и невредимым лангустом. Я не был уверен, что это именно Доминик, но от сердца у меня отлегло.
— Мы выловили вашего лангуста, чтобы его величество успокоился, — продолжал администратор, — но приготовили ему другое животное, из тех, кого как раз сегодня доставили с фермы. Когда его величество покинет ресторан, мы вернём Доминика на место. Мисс Микаэла сможет проследить за этим процессом, специально для неё мы организуем трансляцию. Пожалуйста, передайте ей наши извинения за пережитое волнение. Мы готовы поднять размер ваших отчислений с прибыли до двух процентов.
Я счёл компенсацию за разрушенные нервные клетки Микаэлы более чем весомой, принял очередные витиеватые извинения мистера Лю, пожелал ему спокойного завершения рабочего дня и сбросил вызов. Оставалось успокоить Михалыча.
— Я всё выяснил, Доминик цел, — начал я с самого главного, когда голограмма показала мне заплаканное личико латины.
— Но я же сама видела, как его поймали и унесли! — взвилась Микаэла. — У них там камера установлена! Я к ней подключилась, чтобы перед сном смотреть на Доминика!
А вот это новость… Интересно, мистер Лю в курсе, что его систему видеонаблюдения взломало юное светило инженерного факультета?
— Ну, тише, тише… Я сам его видел, мне его показали, — пришлось вспомнить уроки Царя, чтобы сделать голос действительно успокаивающим. — Доминика поймали и унесли, чтобы король угомонился, но съел он другого лангуста. Мистер Лю выпустит твоего питомца обратно в аквариум, когда всё успокоится, и Винс с отцом уйдут спать. Обещал для тебя трансляцию сделать.
Хм. А ведь мистер Лю знает про подключение к камере. Наверняка знает. И не возражает, что любопытно…
— Ну, если он соврал… — Микаэла угрожающе стиснула кулачки. — Если Доминика всё-таки убили… ¡Les daré de comer a los peces!
Вот в том, что тогда мистера Лю, короля Родриго и принца Гарсию действительно утопят и пустят на рыбий корм, я ничуть не сомневался. В нервных клетках Микаэлы жили очень нервные тигры, их опасно было выпускать на волю.
— По крайней мере, — проворчала она, успокаиваясь, — я надеюсь, что повар всё-таки плюнул им в тарелки!
  
Глава 6
 
Ни о каком сне у «волков» после такого приобретения не могло идти и речи. После ухода Юлия Кассиан отправился прямиком в тренажёрку, и его звено последовало за ним. Отчасти из чисто женского любопытства — как можно пропустить первые тренировки лидера на новой машине? Отчасти — из той же чисто женской потребности обсудить услышанное.
Новости никому не давали покоя, какой уж тут сон?
— Интересно, почему о находке «Ковчега» ничего не стали сообщать? — задумалась Нима. — Всё-таки из-за его исчезновения целая война разгорелась. А так могли бы положить конец всем распрям, и компенсацию затребовать за потерянное…
— Скорее всего, из-за симбионтов, — отозвалась Лита. — О них до сих пор не распространяются. Если станет известно, начнётся охота на тех, у кого они есть — просто из-за страха. И на самих симбионтов. Все полезут на Марс, копаться на месте находки «Ковчега», вдруг там ещё что-то осталось?
— А ведь Юлий с Марса, — негромко сказала Нима. — И он слишком одарён для простого человека. Как думаете, это симбионт его таким сделал?
— Отец сказал — наши симбионты делают человека непревзойдённым бойцом, — так же тихо ответила Лита. Было так странно произносить эти слова: «наши симбионты». Они пугали и наполняли гордостью одновременно. Было легко представить, что бы сделало с нею знание о своей избранности, о превосходстве собственного клана, если бы она знала об этом с детства. От этого становилось по-настоящему жутковато. — Если про кого-то и можно такое сказать в Академии, то про Юлия — точно.
— Интересно, как это — иметь симбионта? — озвучила Мара занимавший всё звено вопрос. — С ведьмами понятно: отец сказал про общее сознание… Но ничего не сказал, как это выглядит у нас.
— Наверное, думать всем вместе очень мешает, — предположила Нима. — Как разобраться, где чьи мысли? Или у них в мыслях тоже разные голоса?
— Я могла бы… — начала Лита, но договорить ей не дали.
— Даже не думай! — хором заявили ей сестра и подруга.
— Мы им тебя не отдадим! — добавила Мара. — А будут доставать — поколочу!
И она изобразила удар ногой с вертушки.
— Я хотела сказать, что могла бы у них это спросить, — миролюбиво пояснила Ведьма. — Мне самой интересно знать, на что меня пытаются натолкнуть. Вдруг нам действительно это пригодится? На наших условиях, разумеется.
  
— Лучше как-нибудь вместе спросим, — возразила Мара. — Троих сразу им не одурачить.
— Ну спасибо за высокую оценку моих умственных способностей, — немедленно отреагировала Лита.
— Цыц, — сказал Кас.
Звено моментально прекратило препираться: перед ними открывались двери тренажёрки, и все разговоры на опасные темы следовало прекратить из-за угрозы оказаться записанными.