Цена прощения (СИ)

Как только мозг немного пришел в себя я выключил воду и провел пятерней по волосам, стряхивая оставшиеся капли воды. Я не знал как справляться со всем этим хаусом, что она оставила после себя. Не знал… Но однозначно с этим всем нужно было что-то делать. И натянув на себя чистые вещи, я впервые за долгое время вышел из ее комнаты.
Встретила меня гробовая тишина, что только усилила боль внутри. Дошел до своего кабинета, потому что это было единственное место, которое я помнил за все дни и медленно приоткрыл дверь. Вокруг все было разгромлено, уцелели лишь пустая бутылка с виски, что валялась посередине кабинета и стол, на котором стоял ноутбук. Неплохо я постарался. Момент за моментом я вспоминал события того дня. Майю, что сидела за ноутбуком. Стол, что я перевернул. Наши крики и ее уход. Я вспоминал все и казалось это было так давно. Словно прошло уже так много времени, а на дели всего лишь каких-то четыре дня.
Щелкнул по выключателю и в кабинете включился свет. Посмотрим. Стало интересно успела ли она скачать все необходимые файлы. Я не сомневался в ее способностях, но все же для убедительности решил проверить.
— Так, так, так. Что тут у нас, — с интересом повторял я себе под нос, включая ноутбук.
Флешка так и осталась воткнута в разъем. Быстро включил ноутбук, открывая нужную папку с данными. Какого черта!? Она была пустой. Как идиот я несколько раз повторял одно и то же действие в надежде найти хоть что-то.
— Почему ничего нет! — раздраженно прорычал я, ударяя кулаком по деревянной поверхности. — Неужели ты передумала…
Но в глубине души я понимал, что это не так. Я лишь пытался найти оправдание той, что люблю. Я готов был на тысячу причин, найти хотя бы одно но и мне бы хватило этого. Хватило бы, что исправить все. Господи, я выглядел жалко! Раздраженно захлопнул крышку ноутбука, откидываясь на спинку кресла. Мысли разрывали меня на части. Мне хотелось верить в то, что она действительно решила все исправить. Хотелось, но это была бы не правда.
— Где моя нянька? — прокричал я на весь кабинет и уже через пару секунд за дверью послышались быстрые шаги.
— Я здесь, Тимур Альбертович, — запыхавшись сказал охранник.
Оперативный. Придвинулся к столу, складывая руки в замок.
— Как звать? — с интересом спросил я. Ставлю на Алексея. Слышал я где-то, что Леша это не имя, а диагноз.
— Олег зовут, — сразу ответил тот.
Не угадал.
— Прекрасно. Скажи мне, Олежа, как дела в компании обстоят?
И начиная с этого дня я с головой ушел в работу, закопав все глубоко в себе. Я, итак, потерял Майю, поэтому я никак не мог потерять еще и компанию. Я вставал в 6 и сразу же уезжал в офис, а возвращался домой поздно вечером. Я по максимуму загружал себя делами, чтобы у меня не оставалось ни минуты свободного времени. Потому что я знал, что если хоть на секунду позволю себе подумать о ней эта бездна вновь затянет меня в водоворот боли.
Своим ребятам я приказал перевести на счет Майи не хилую сумму денег. Почему я это сделал? Ответ был максимально простым. Хоть она и решила подставить меня и засадить в тюрьму на долгие годы в глубине души я понимал почему она решила так поступить. Она просто хотела нормально жить. Без страха за свою жизнь. Без моих вечных перепадов настроения. Она просто хотела быть счастливой. И когда ребята сообщили мне, что деньги были переведены я со спокойной душой решил ее отпустить.
— Олег, сейчас у тебя будет новая ответственная должность. Если когда-нибудь я попрошу тебя разузнать хоть что-то о Климовой Майи Бориславовне можешь сразу же слать меня нахрен, — он уставился на меня во все глаза, не понимая шучу я или нет. — Да, да. Прям так и говоришь: "Идите вы нахрен, Тимур Альбертович" и все.
Олег слегка усмехнулся с моей фразы, нервно почесывая затылок.
— Нууу, ладно. Будет сделано, Тимур Альбертович, — серьезно сказал охранник.
И тогда я отпустил ее, да. Отпустил, но не забыл. Я не смог отказаться от нее полностью, потому я продолжал изо дня в день просыпаться в ее комнате, сжимая в руке очередную футболку. Я вынюхал почти весь ее запах, но все равно продолжал это делать. Я не разрешал никому входить в ее комнату. Не разрешал трогать ее вещи и с момента ее ухода практически все оставалось на своих местах. Лишь только спустя пол года я смог отказаться от этого. Я смог впервые за такое долгое время уснуть не на ее кровати. После чего я больше не позволял себе даже заходить в ее комнату. И эта комната стала моим личным шкафом со скелетами.
 
Кстати, от алкоголя тоже пришлось отказаться, потому что после того как я выпивал, я каждый раз срывался к ней. Я не знал ее адреса, нет. Но несколько раз будучи выпившим я подходил к Олегу и просил назвать мне ее адрес. Естественно он этого не делал из-за чего пару раз ему прилетело по роже и он ходил с фонарями, освящая себе путь. Мне стало и впрямь жалко Олега и я решил завязать с этим делом, дабы больше никому не принести вреда.
Я не забывал ее никогда, просто закрыл все воспоминания о ней в самых далеких уголках своего сознания. Я внушал себе, что мне плевать. Пусть я обманываю себя, но пока это работает я буду продолжать так делать. Я внушал себе, что мне все равно, потому что надеялся, что когда-нибудь это окажется правдой.
Настоящее время.
Меня колотило как ненормального, пока я быстро шел на выход из клуба. Единственный. Единственный вопрос, что волновал меня все эти годы… Хотела ли она все изменить? И ответ был получен. И я не знаю что было хуже. Когда я ничего не знал или же такая правда. Я не мог поверить… Неужели она действительно ощутила облегчение после того как ушла от меня? Неужели она и впрямь чувствовала себя как в рабстве? Внутри опять что-то болезненно сжалось и я словил себя на мысли, что давно не чувствовал этого. Неужели для нее не было ни одного теплого момента? Эта мысль убивала меня, нанося сотню… Нет, тысячу ножевых прямо в сердце. И мне снова. Снова было адски больно!
Ненавижу тебя!
Быстро запрыгнул в тачку, выжимая педаль газа в пол. Из-за злости вперемешку с адреналином скорость совсем не ощущалась, хотя ехал я сто двадцать километров в час. Огни ночного города расплывались, как и все вокруг. Разные дома и постройки проносились перед глазами за секунду и мне нравилась эта сумасшедшая скорость. Сильнее вдавил педаль газа в пол и, не выдержав закричал во все горло.
— Ааааа, сука! — орал я, ударяя кулаками по рулю.
Крик сменился истерически смехом. Я смеялся как псих больной, а перед глазами вновь проносились воспоминания о Майи. Три года! Три чертовых года я ничего не знал о ней. И теперь она вновь появилась в моей жизни, чтобы окончательно добить. Где ж я так согрешил, что в наказание мне отправили ее? Да если даже все грехи собрать, та боль, что осталась после ее ухода отмоет все с избытком.
Хотелось выпить. Хотелось просто напиться и вновь все забыть. Убавить этот поток боли и чувств, как громкость на телефоне. Пик. Пик. Пик. И уже в следующую секунду тишина…
Быстро доехал до дома, со свистом затормозив у ворот. Вылез из машины и на всех порах направился в дом. Перед глазами была лишь одна цель и я уже не мог успокоиться.
— Тимур, ты дома! — радостно запищала Милана, пытаясь повиснуть у меня на шеи.
Грубо отцепил ее руки, отодвигая от себя. Ненавижу этот тошнотворный запах ее духов.
— Что за блевотней ты вечно духаришься? — раздраженно спросил я.
Милана в шоке округлила глаза, а ее нижняя губа затряслась от обиды.
— Ч-что? Я…, - заикаясь, она пыталась связать слова.
— Не важно. Я куплю тебе нормальные духи, — быстро бросил я, направляясь на второй этаж. — И не ходи за мной.
Быстро поднялся по лестнице и словно в замедленной съемки дошел до двери, что вела в комнату Майи. Ладошки стали потеть от волнения. А по спине уже скатывались капли холодного пота. Я слышал собственный пульс в ушах и он так противно звенел, раздражая барабанные перепонки. Вытер ладошки о края брюк, открывая дверь. И я словно выпустил всю свою боль наружу. Это как открыть портал в прошлое. Именно это я сейчас сделал. Я открыл портал в тот день, когда моральная боль беспощадно разрывала мое сердце, а я лежал на этой кровати, что стояла сейчас перед моими глазами и корячился от этой боли. С грохотом захлопнул за собой дверь, проходя вглубь комнаты.