Пришлый. Дилогия (СИ)
- Давай, так и сделаем, - согласился я с опытным воином, - стреляю на счет двести.
При счете сто пятьдесят три я выполз на позицию. Поймал в прицел свою мишень, по уговору левую, и стал отсчитывать оставшиеся секунды до выстрела. Я напряг весь свой слух, пытаясь услышать, как крадется мастер: лишь шуршание дождя и звуки разговора пары будущих мертвецов. Слов разобрать я не мог - расстояние было не настолько маленьким. Жалко ли мне мою жертву? Может, и жалко, но я старался об этом не думать, в мыслях у меня бежали лишь цифры, отсчитывая последние секунды жизни разбойника: сто девяносто восемь, сто девяносто девять. Двести - щелкнуло в моей голове вместе со щелчком арбалетной тетивы.
С расстояния в десять метров промазать тяжело. Только что пытавшийся что-то сказать человек повалился на бок, а болт, пробивший его голову, улетел в лес. Его собеседник открыл рот для крика, но вместо этого схватился за метательный нож в горле и упал на спину. Почти сразу после этого на освященный пяточек выскочил мастер и быстрым ударом в сердце добил свою жертву. На мою цель он даже не взглянул, и без этого понятно - разбойник мертв. Нурп указал мне рукой на левый шатер и, обнажив кинжал, двинулся к правому. Мой шатер оказался закрыт. Не зная системы открывания тутошних палаток, решил долго не возиться. Прорезав ножом дыру в стенке, быстро заскочил внутрь. В правой руке кинжал, в левой арбалет. Окинул взглядом спящих, взгляд наткнулся на открытые глаза одного из бандитов:
- Трево... - вырвался из его горла крик, одновременно со свистом арбалетного болта, пущенного в грудь крикуна.
Может, бандиты нас сегодня и не ждали, но спали все с оружием под рукой. Двое оставшихся первым делом схватились за рукоятки своих клинков, а потом уже открыли глаза. Один из них, правда, больше ничего сделать не успел. После крика, я не тратил времени даром: перекинув кинжал обратным хватом, вонзил его разбойнику в солнечное сплетение. Второй успел не только открыть глаза, но и попытаться ударить меня лежащим у него под рукой мечом. Все-таки меч не создан для боя в тесных помещениях - его длинное лезвие при взмахе застряло в пологе шатра. Прежде чем человек сообразил, что же ему делать дальше, я совершил прыжок, распластавшись во весь рост (негодяй находился в другом углу палатки) и ударил кинжалом в грудь. Глухой звук и отлетевший клинок заставили меня замешкаться. Разбойник не упустил возможности для контратаки. Выпустив застрявший в ткани меч, он врезал кулаком мне по челюсти - там что-то хрустнуло, голова мотнулась, и в ней появилась мысль: "Этот гад спал в нагруднике". Второй рукой мерзавец выхватил кинжал и ударил мне в лицо. Но я уже вышел из ступора. Помогла ярость, вспыхнувшая пожаром от пропущенного удара. Выпустив нож с арбалетом, перехватил его руки у кисти и врезал вражине лбом в переносицу. Глова мужика мотнулась назад, обнажая шею. С диким рычанием впился в обнажившуюся плоть, врывая мясо - зубы у меня поэффективней иного ножа будут. Из разорванного горла ударила фонтаном кровь. Я выплюнул выгрызенный клок мяса и отшвырнул залитое кровью тело в сторону. Разбойник был еще жив и даже пытался остановить кровавый поток руками. Но я на него уже не обращал внимания, жить мужик будет недолго. Облизнул кровавые губы (к своему ужасу не без удовольствия) и выбрался из палатки, огляделся. Мастер как раз подходил к шатру с пятью разбойниками. В одной руке у старика блестел клинок, на второй висел круглый щит.
- Иди к атаману, тут я разберусь! - крикнул де Горс, заметив меня.
В Нурпе я не сомневался - спорить не стал. Выхватив сабли, подскочил к самому роскошному шатру. Нескольким быстрыми движениями проделал в нем дыру и заглянул внутрь: подушки, пустые бутылки, девушка, привязанная к бревну, и дыра в пологе со стороны леса. Вот черт! Далеко он уйти не мог - форы у него не больше полминуты, а по лесу в темноте не особо-то побегаешь. Я быстро прислушался к окружающему миру: на гране чувств расслышал пульс - попался голубчик.
Это обычным людям в темноте по лесу бегать тяжело, я же несся как бешеный лось - мое зрение позволяло бежать как днем, а учитывая мои ночные силы, итого быстрее. Где-то внутри кипела шальная радость погони. Радость охотника, настигающего жертву. Через минуту практически нагнал свою жертву.
- Стой! Тебе все равно не уйти, - крикнул я убегающему. Но тот почему-то лишь прибавил ходу. Плешивый ломанулся через кусты, не разбирая дороги.
Уже практически схватил гада, но разбойник на полном ходу влетел в обрыв. Мне чудом удалось остановиться на самом краю. Ломая ветки и кости, Атаман с криком покатился вниз. Но вот, крик оборвался. Оборвался в моей голове и пульс Плешивого. Проклиная этого бегуна по пересеченной местности, я осторожно полез вниз. Дорогу искал по сломанным веткам. Пару раз чуть не повторил путь несчастного атамана, но спустился все-таки без происшествий. Хорошенько пошарив внизу, обнаружил беглеца. Плешивый Атаман неподвижно сидел у сухого дерева, оперевшись спиной на ствол. Кончик ветки, торчащий у него в шее под подбородком, я увидел только когда подошел вплотную. Мерное шуршание дождя разбавила русская речь из слов, которые нельзя произносить в приличном обществе. Кто же меня теперь выведет на заказчика? Не везет - так не везет. И чего этому атаману не сиделось в шатре? Тяжело вздохнув, полез обратно на верх.
Вернулся в разбойничий лагерь расстроенный дальше некуда. Нурп сидел у горящего огня, вместе с ним грелись еще шесть человек в оборванной, грязной одежде: четыре молодые девушки, один парень и мужик среднего возраста.
- Это кто? - спросил я, присаживаясь рядом.
- Рабы ихние. В оставшемся шатре было пятеро и одна у Атамана. Где Атаман?
- Мертв.
- Как?
-Дело дрянь, - произнес мастер после моего рассказа.
- Да уж, хорошего мало, - вздохнул я.
- Вы-то как тут оказались? - спросил у молчавших все это время пленников.
- Да, кто как, - шмыгнула носом одна из девиц, - кого одного на тракте подловили, кто с караваном шел.
- И давно вы тут?
- Да, кто как, - ответила та же девушка, - я дольше всех. Их вот, - ткнула она пальцем в мужика и молчаливо сидевшую девушку, - только вчера привели. А я атаману нравилась, поэтому и держал. Остальных девиц убивали, как надоедят. В среднем месяц тут они жили: готовили, стирали, да этих зверей ублажали. А как что не по ним, разговор короткий: отволокут в лес, да голову отсекут.
- Ну, зачем им девушки еще понятно, но мужиков-то к чему они держали? - задал я вопрос.
- К чему держали, я не знаю, только мужики в плену были до первой облавы, а потом пропадали.
- Ладно, сегодня вам всем повезло - вы свободны. Можете идти по своим домам.
- Спасибо, родненький, - заголосили хором девки. - Как же нам тебя благодарить? Чем же отплатить тебе? Ведь и не думали уже домой-то вернуться.
- Нечего меня благодарить - не за вами шел, - оборвал я поток слов.
Надо собрать трофеи, но при свидетелях обыскивать трупы как-то неудобно. Правда, неудобно было только мне - Нурп без малейшего смущения стал шарить по карманам ближайших мертвецов.
- А ты че расселся? - обратился он ко мне, - иди, обыщи тех, что в палатке и сходи к трупу Плешивого. Кто из нас молодой?
-А вы все лучше отдохните, - обратился мастер уже к бывшим пленникам, - завтра идти далеко.
Через пару часов мы с мастером собрали в уцелевшей палатке все более-менее ценное: мечи, копья, одежду, а также продукты. Деньги, серебреные изделия и наиболее нормальное оружие оставили себе, остальное утром предложили разобрать бывшим невольникам - утащить с собой весь хлам все равно не получится. Первым к куче трофеев подошел мужик, он подобрал себе подходящий кинжал и меч, на остальное не обратил внимание.
- Видно, человек знает, с какого конца за меч браться, - прошептал мне на ухо мастер, - из оставшегося хлама выбрал лучшее.