Идеальный грешник (СИ)

Спустя час, в доме так и было тихо.
Отец со своей новоиспеченной супругой уединился в своей части семейного гнездышка. Марс не стал переодеваться. Просто снял пиджак, галстук и подвернул рукава рубашки.
Поймал себя на мысли, что впервые за хрен пойми сколько лет он ждет кого-то.
И зачем ждет? Сам не знал причины. Просто ждал, когда же эта кукла с голубыми глазами явится домой.
Или все же он ошибся, и живет она не в этом доме? Тогда где?
Марсель прикинул, что за последние полгода больше торчал в городе, к отцу приезжал редко. А в своей комнате бывал, когда в доме была только прислуга. Так уж получалось. И да, Жасмин он ни разу не встретил здесь. Выходит, все же «дом» не здесь?
Вариант проживания в квартире Мирослава он сразу же отринул. Нет, определенно, нет. И потом он бы первым узнал, если бы у Мира появились серьезные отношения.
И вдруг Марса обуяла злость. Да какого хрена происходит? В чем вообще дело? Ну подумаешь, дерзкая девчонка! Да и хрен с ней. Все равно он ее трахнет. Не сегодня, так через день-два. Никуда она не денется.
Приняв решение, Марс поднялся по лестнице, сменил брюки и рубашку на более приемлемый и удобный наряд. В конце концов, ночная жизнь только начинается. И не стоит куковать здесь, когда все веселье в городе.
Марс спустился в холл, когда входная дверь распахнулась и в дом ввалилась смеющаяся парочка.
Тарновский машинально отметил, что прическа у девчонки изменилась. Растрепалась, будто в ней побывали мужские пальцы. Да и взгляд определенно светился удовольствием. И улыбка — широкая и соблазнительная.
И времени прошло довольно много. Уж Марс точно успел бы трахнуться и добраться до особняка. И у Мирослава никогда не было проблем с потенцией.
Выходит, пока он тут, как идиот, мерил шагами гостиную, эти двое...
Злость становилась сильнее. И Марсель решил, что определенно нужно проветрить мозги. Иначе слишком уж странно и непривычно он ведет себя. По-идиотски.
— Жас, подождешь? Я сейчас принесу выпивку. Есть повод отметить, — веселый голос брата вклинился в тяжелые мысли Марса.
Он хотел уже свалить, просто пройти мимо смеющихся голубков. А теперь вдруг задержался.
— Только мне что-нибудь некрепкое! — спохватилась Жасмин.
— Лимонад? — поиграл бровями Мир, полностью игнорируя застывшего на отдалении нескольких метров брата. Ну или, действительно не видел? Не исключено. Марс не прятался, просто стоял в небольшой плохо освещенной нише.
— Ну уж нет! Я уже взрослая, — хохотнула Жасмин, игриво хлопнула Мирослава небольшой сумочкой по предплечью.
Идиоты, блин. Так и хотелось отвесить Миру подзатыльник и спросить, какого хера он «поплыл» перед этой мелкой бабой.
А тем временем Мирослав оставил Жасмин. Девчонка сделала несколько шагов в сторону гостиной и застыла.
— Привет, — негромко произнес Марс, а на лице — широкая и обольстительная улыбка.
Он знал, что морда у него смазливая. Бабы так и тают, стоит правильно улыбнуться. И Тарновский этим пользовался. И если учесть, что почти каждый день Марс по пару часов торчал в спортзале, то да, цену своему телу он знал.
Жасмин, вскинув брови, отвернулась. Не удостоила его ответом.
А Марсель понял, что такой расклад его бесит. Да что за дела? Какого хрена она о себе возомнила?
Потому Тарновский, недолго думая, ринулся к девчонке. Рывком развернул ее, а когда длинные локоны взметнулись и окутали его плечи и лицо, Марс выдохнул.
Черт, и приятное такое ощущение. Будто шелком огладили.
Марс дальше не думал. Взял, что хотел. А хотел он пухлые розовые губы и юркий язычок.
Секунды хватило на то, чтобы нырнуть ладонью в длинные пряди на затылке.
Рывок, и девчонка уже вынуждена встать на цыпочки, а Марс с жадностью накрыл распахнутый в возмущении рот.
Язык тут же раздвинул губы, хранившие аромат вишни. Марс ненавидел, когда у партнерш была яркая помада. Его бесило стирать потом ее со своего тела.
А здесь, цвета не было. Но был идеальный вкус спелой вишни.
Он не знал, откуда сумел распознать все это за долю секунды. А потом и вовсе стало не до того. Какая вишня, если на вкус девочка была слаще карамели?
 
Его язык трахал ее рот так порочно, как собирался делать это с ней самой. Пока что... Пока что это были всего лишь губы. Но это пока. И Марс давал понять ей, что на вот таком поцелуе не остановится.
Он изучал и гладил ровные зубки и сплетал их языки, слизывал ее возмущение и чертову вишню. И, наверное, не остановился бы, если бы девчонка не цапнула его за губу.
Пришлось выпустить птичку. А настроение уже поднялось.
Марсель разжал руки, Жасмин тут же вывернулась и отскочила от него. Но вышло так, что девушка уперлась спиной в стену. Марс, да, прекрасно знал, куда затащил малышку. Здесь, в нише, никто их не увидит, даже если заявится в холле.
Подняв руку, Марсель прикоснулся к месту укуса. Взглянул на свой палец. Капельки крови смазались, а тело мгновенно среагировало. Хотя, оно среагировало в первую же секунду. «Стояк» выпирал во всей красе. И Марс не собирался его прятать.
Тарновский облизал губу, не сводя взгляда с девчонки. Та своим голубым взором тигрицы обещала ему все кары небесные. И да, Марс отчего-то не сомневался, что эта девочка способна на горячую месть.
— Мне нравится, детка, — прошептал Марсель, облизал свой палец, отметив, как вспыхнули девичьи щеки. — Разрешу повторить, когда буду трахать тебя.
Он ушел, не дожидаясь ответа.
Ушел через боковую дверь, не встретившись с братом или прислугой.
А дальше — сел за руль тачки Мира и помчался в город.
Нет, и все же, зря он думал, что не сделал и шага по направлению к достижению цели. Он отобрал у Жасмин поцелуй. И это, черт дери, было круто!
  
Глава 4
 
Такс, спокойно... Главное, спокойствие... Главное, контролировать дыхание и каждую чертову эмоцию...
Жасмин глубоко втянула воздух носом, выдохнула через рот.
— Чертов озабоченный идиот! Кобель! Ублюдок! — прошептала она, лихорадочно вытирая ладонью губы.
Они горели так, будто кто-то присыпал их перцем. Да что он позволяет себе?!
Жасмин прикрыла глаза. Нет, такая мелочь не способна вывести ее из равновесия. Не способна, и точка!
А в холле раздались шаги Мирослава.
Жасмин натянула на дрожащие губы приветливую улыбку, понадеявшись, что говнюк по имени Марс не оставил на них своего клейма. Хотя, мог бы. Учитывая его опыт и славу.
Жасмин тряхнула головой, приводя мысли в порядок.
Нет, Марсель, это всего лишь капризный и избалованный, стремящийся доказать всему миру свою значимость, мальчишка.
А вот Мирослав — он настоящий мужчина. Мужчина, с которым хорошо, интересно и безопасно. А потому Жасмин, оттолкнувшись от стены, пошла навстречу парню. Своему парню. С которым она встречалась вот уже чуть больше месяца. Пусть это и был небольшой секрет, на котором она же сама и настояла из-за свадьбы мамы и Карла, но да, они были парой.
С Мирославом Тарновским Жасмин познакомилась в последние дни весны. Тогда их группу отправили в «рабство», как весело называла эти занятия сама Жасмин.
«Рабство» проходило по договоренности в компаниях, которые оказывали спонсорскую помощь вузу, где училась Жасмин. На долю Медаевой выпали нехитрые обязанности: приносить курьерскую почту с первого этажа офиса на последний. Бесспорно, занятие весьма полезное. Но иначе в зачетке Жас не появилась бы желанная подпись курирующего практику преподавателя. Словом, отбывать повинность Жасмин принялась с особым рвением. И первое же свое задание она выполнила на «отлично». Заявилась прямо в офис генерального директора и передала конверт.
На тот момент девушка не знала, что гендиректор — Карл Фердинандович Тарновский, первая любовь ее мамы. Об этом факте девушка узнала вечером того же дня.
Но в первую встречу Карл Фердинандович, и этот момент почему-то Жасмин запомнила особенно ярко, вскинул голову, отвлекшись от бумаг. Очевидно, не ожидал он, что кто-то посмеет потревожить его уединение.